Выбрать главу

Зена потянулась за виноградной гроздью и принялась одну за другой отрывать сочные ягоды.

— Опасное легкомыслие! Если ты предатель… Лемнос возмущенно посмотрел ей в глаза:

— Боишься, что я тебя отравил? Или что за дверью ждет Драконт, чтобы лично порубить тебя на корм свиньям? С сорока вооруженными людьми для подстраховки? Зена, этот ужин готовил я. А я ведь поклялся…

— Ладно, ладно, — она закрыла его рот рукой, — я раздражительна и легко выхожу из себя, уяснил?

— Уже заметил, — честно ответил Лемнос. — Слушай, Драконт сейчас в столовой, плюет в потолок и хлещет вино. Похоже, он что-то подозревает или смертельно недоволен, как в былые времена. Возможно, причина в тебе.

— Вот и отлично. Светлая голова ему незачем.

— Он успел наблюдаться, и теперь зол, как Циклоп. Ты что, хочешь, чтобы он совсем потерял голову и прихлопнул сначала меня, а затем и тебя тоже?

— Да не прихлопнет, — тихо сказала Зена. — Потому что ты немедленно принесешь ему еще кувшин вина.

— А ты знаешь, что он со мной сделает? — повар в отчаянии воздел руки и замотал головой. Потом вздохнул: — Ладно, делать нечего, я заставлю его выпить еще. А потом?

— Будешь ждать моего сигнала.

— Где ждать и какого сигнала?

— Дай договорить, — ответила Зена, теряя терпение. Повар взглянул на нее с хитрой усмешкой и комично пригнул голову, словно опасаясь удара. «Проклятый коротышка! — пронеслось у воительницы в мозгу. — И за что я его люблю?» — Когда Араконт заснет, выйдешь и встанешь за колонны, так, чтобы видеть рыбацкие лодки. Смотри в оба. Ты заметишь свет факела. Он качнется влево, вправо, еще раз влево и вниз. Ожидание может затянуться. Итак, ты за колоннами, ты весь внима-ние, и ты ждешь — что?

— Влево, вправо, влево, вниз. Случайность исключена, — ответил Лемнос. — Колонны, факел, — торжественно добавил он. — А ведь туман!

— Факельщик подойдет совсем близко.

— И что тогда?

— Я буду ждать тебя. Ты пойдешь со мной. Куда — узнаешь позже.

— Ясно. Ты не забыла о войске Драконта?

— Это не твоя забота, — бесстрастно ответила Зена, едва сдерживая улыбку. — Молись, чтобы туман не рассеялся.

Коротышка хихикнул:

— Говорят, этой ночью собственную мать не отличишь от гидры.

— Драконта наверняка родила гидра, — зло отшутилась воительница. — Ты на моей стороне, Лемнос? Он мигом посерьезнел:

— Да, Зена. Я делаю это в память о Марке. Если я не доживу до рассвета, по крайней мере совесть моя будет чиста. В царстве Аида я скажу Марку, что пытался сделать добро.

— Молодчина, — твердо ответила воительница и протянула ему пустой поднос. Повар вскочил на ноги и локтем отодвинул засов.

— И последнее, — добавила воительница. — Ты знаешь, где спит Полизей?

— Полизей? — Лемнос перехватил поднос в одну руку, а на другой поджал указательный палец: — Ты об этом? Знаю, а тебе зачем?

Зена лишь улыбнулась и махнула в сторону двери. Задвинув за поваром засов, она пересекла комнату и вышла на балкон. Тьма сгустилась, и теперь воительница могла разглядеть только смутные силуэты ближайших деревьев. На западе сквозь туман еще просвечивала багровая полоса: последний отблеск заката. Размытыми красными точками виднелись костры. Многие укрылись в палатках, остальные грелись у огня. Из лагеря доносились приглушенные голоса. Жестокая улыбка тронула губы воительницы: «Драконт. В следующий раз ты не захочешь играть со мной в эти игры. В следующий раз…», — если сегодня ей улыбнется удача, следующего раза не будет. Никогда. С Драконтом и его людьми Зена встретится по ту сторону Стикса. Зена овладела собой и, переменив выражение лица, направилась в покои поговорить с Габриэль. Тихонько мурлыча что-то себе под нос, девушка наблюдала, как на ковре Пенелопы появляется кайма, обрамляющая центральный узор.

К этому времени туман уже пробрался в покои царицы. Старый слуга, присев на корточки, сбрызгивал ароматным маслом дрова в очаге; женщины закрывали окна плотной тканью. Габриэль и Пенелопа удалились во внутренние комнаты. Зена вышла на другой балкон и еще раз осмотрела остров. Воздух был сырым, но еще довольно теплым. Видимость становилась все хуже и хуже. Стоя у самых занавесей, она не могла различить даже балконной ограды. Зена скользнула в небольшую комнатку. Пенелопа стояла на коленях у открытого ларя и показывала Габриэль свои одежды. Воительница откашлялась, женщины одновременно подняли глаза и повернули к ней головы.

— Я ухожу. Заприте дверь.

Вместо ответа Габриэль подняла с пола что-то тяжелое и мрачно улыбнулась. «Приготовились к обороне», — решила Зена. Пенелопа чуть не расплакалась, но справилась с собой. Расправив плечи, она вернулась к содержимому ларя.