Выбрать главу

Интересно, откуда у этой девчонки такие познания в области мужчиноведения? — ухмыльнулась про себя Робин.

— Потом я сказала, что передумала, — продолжила Камилла, закончив пудриться. Она критично осмотрела свое отражение в зеркале и, оставшись довольной результатом, послала двойнику воздушный поцелуй.

— Как же я тебе завидую! — Фрида с восхищением и чуть ли не с преклонением смотрела на подругу. — Тебе достался самый потрясающий парень курса.

Камилла как можно беззаботнее пожала плечами.

— Подумаешь… Марк, например, ничуть не хуже Эйдона.

— Скажешь тоже! — возмутилась Фрида. — Марк только и может, что хвастать перед девчонками своими мускулами. К тому же Эйдон старше. Ему ведь уже двадцать четыре.

— Откуда ты знаешь?

— Спросила у секретарши, — словно извиняясь, ответила Фрида. — Он ведь долгое время жил во Франции.

— И скоро опять вернется в Европу, — уверенно заявила Камилла.

Робин замерла. Когда она спросила Эйдона, долго ли он планирует оставаться в Америке, он ответил, что пока не знает и что его решение будет зависеть от множества факторов. Впрочем, Эйдон мог покривить душой. Потому что затем он и вовсе лишился серьезности и принялся убеждать Робин, что его будущее зависит и от нее.

— А как же университет?

— Фрида, не будь дурочкой. Какой может быть университет, когда в твоих погребах бродит вино? К тому же Эйдон с таким упоением рассказывает о винах… Вчера он часа два учил меня дегустировать! В какой-то момент Эйдон так увлекся, что позабыл обо мне.

Фрида выпучила глаза, и Камилла осознала, что сболтнула лишнее. Пусть хотя бы в глазах недалекой подруги она выглядит королевой красоты и повелительницей мужчин.

— Правда, я нашла способ напомнить о себе, — игриво заметила Камилла с чувством превосходства над Фридой.

— Разлила вино?

— Лучше. — Камилла хищно улыбнулась. — В тысячу раз лучше и приятнее.

— И что же ты сделала?

— Я поцеловала Эйдона Макдауэлла.

— Правда? — Девичья зависть вновь дала о себе знать звонкой дрожью в голосе.

— Чистая правда. Мы целовались несколько минут. Я думала, что задохнусь. Эйдон такой страстный… А потом мы… — Камилла не договорила, потому что в туалетной комнате разом появились шесть девушек. Их выразительные взгляды были направлены на умывальники, рядом с которыми стояли Камилла и Фрида.

— Мы опаздываем.

— А что у нас сейчас? — Фрида зевнула. Похоже, ей было ровным счетом наплевать, где спать.

— Французская литература, — без особого энтузиазма сообщила Камилла.

Однако это известие пришлось по душе Фриде. Отличная возможность поиграть на нервах подруги. Камилла слишком высокого о себе мнения. Пора бы чуть согнать с нее спесь.

— Кстати, ты заметила, как твой Эйдон смотрел на преподавательницу? — невинным тоном поинтересовалась Фрида.

Сердце Робин неистово колотилось в грудной клетке. Не хватало еще, чтобы ее начали обсуждать ученицы! Если Эйдону нравится морочить девчонкам головы, то пусть хотя бы ее не втягивает. Она зрелая, самодостаточная женщина. Ей ли тягаться с самонадеянной красоткой вроде Камиллы Оверлэйм? Робин пыталась убедить себя в том, что ее гнев и досада вызвана вовсе не ревностью. Кого и к кому ревновать? Пусть детишки развлекаются, какие их годы! Она всего лишь волнуется за Эйдона… как старшая сестра, которая не может молча наблюдать за тем, кого ее братец повадился водить в дом в отсутствие родителей. Камилла не пара Эйдону, решила для себя Робин. При этом она старалась не задумываться над тем, кто же, по ее скромному мнению, мог составить достойную пару молодому Макдауэллу. Уж не она ли?

Наконец Фрида и Камилла ушли, и Робин смогла покинуть свое убежище. Быстрым шагом она направилась к аудитории, в которой должна была проводить занятие. Вряд ли студентов удивит минутное опоздание. Робин всегда старалась зайти в класс последней, подчеркнув тем самым свою значимость. Однако сюрпризы на сегодня не закончились. Прямо у двери ее кто-то нагнал. Быстро обернувшись, Робин обнаружила героя недавнего разговора.

— Эйдон? Почему вы опаздываете на занятие? — тоном строгого преподавателя спросила Робин, взявшись за дверную ручку.

Эйдон накрыл ее кисть своей рукой, не дав открыть дверь.

— Я… я… извините. У меня были дела.