Выбрать главу

— А по-моему, очень нормальная соседка, — сказал Бен, потягиваясь, — мне на таких далеко не всегда везет.

— Мелиса, не стоит начинать скандал, — увещевали свою красавицу-подружку девушки.

— А мне плевать на остальных, — стала в позу Мелиса, — пусть думают, что хотят. Ты обещал быть на празднике со мной, а я не люблю обманщиков. Прогони ее, слышишь, прогони.

— Мелиса, что это на тебя нашло? — укоризненно проговорила Медью.

Но та и не думала смущаться. Она легким движением руки поправила на шее ожерелье из крупных жемчужин. Неизвестно, чем бы кончилось это противостояние Мелисы и Тины, если бы в кухню не ввалился Боб. Он держался рукой за ушибленный лоб и ворчал:

— Какой идиот додумался поставить перед самым входом фонарь?!

— Почему никто не восхищается! — возмутилась Мелиса, поглаживая ожерелье. — Эти жемчужины подарил мне мой папочка на день рождения и сказал: «В них, Мелиса, каждый парень будет теперь твоим!»

— Да пропустите же меня к холодильнику, — ворчал Боб. — Мне нужно приложить ко лбу что-нибудь холодное.

Он распахнул дверцу большого, как платяной шкаф, холодильника и выхватил банку с пивом. Но та недолго была у его ушибленного лба. Скривившись, Боб сорвал кольцо и, запрокинув голову, стал лить пенящееся пиво в широко открытый рот.

Все захохотали, глядя, как он давится пеной. В горле булькало и Боб, подавившись, закашлялся. Изо рта у него пошла пена, и он растирал ее руками по всему лицу.

Тина вдруг напряглась, ей показалось, что это не Боб, а какой-то незнакомый ей парень. И изо рта у него идет не белое пенное пиво, а густая вязкая кровь. Это продолжалось буквально несколько мгновений, но Тина внутренним взглядом увидела всего парня. Он корчился, широко расставив ноги, хватался руками за окровавленную грудь, кровь стекала по рубашке, пачкая короткие джинсовые шорты и капала на серый, искрящийся в лунном свете, мох.

Тина внезапно резко вскрикнула. Перед ее глазами была пластиковая маска со страшным, как у черепа, оскалом. Тело парня в джинсовых шортах закачалось, осунулось и рухнуло на землю. В это же мгновение на пол кухни упала большая литровая бутылка пепси-колы, с шумом разбилась, и осколки усеяли мраморный пол кухни. Но Тина успела заметить в исчезающем видении, как в руке Веселого Роджера сверкнул длинный стальной штырь. Со штыря медленно стекала и падала на землю густая, багряная кровь.

Вся веселая компания в замешательстве смотрела на внезапно побледневшую Тину. Девушка встрепенулась, пришла в себя, испуганно огляделась и бросилась к двери.

— Тина, Тина! Постой! Ты куда? — прокричал ей вслед растерянный Ник.

Но дорогу Нику, который поспешил было за Тиной, преградила Мелиса. Она положила свои ладони ему на грудь, прильнула к нему, заискивающе взглянула в глаза и сладким голосом прошептала:

— Слушай, Ник, давай я расскажу тебе о женщинах такое, чего ты еще не знаешь.

У входной двери своего дома Тина на мгновение остановилась. Она сама не сразу поняла, что же приковало ее взгляд. Перед ней из дверного косяка торчал тот самый, только что виденный ею, блестящий стальной штырь. Боясь прикоснуться к холодному металлу, Тина несколько мгновений оглядывалась по сторонам, как бы собираясь с силами. Потом резко рванула на себя дверь и вбежала в гостиную.

Доктор Круз сидел в мягком удобном кресле и лениво листал журнал. Мать Тины сидела на диване с чашкой горячего кофе.

— Мама, мама! — кричала Тина, бросившись к матери, — я видела его снова! Мама, я видела его!

— Кого, кого, дочка, кого ты видела?

— Того человека, того самого человека.

Мгновенно сбросив с себя маску оцепенения, поднялся из кресла доктор Круз. Он подбежал к Тине и миссис Шеферд и попытался стать между ними, внимательно вглядываясь в испуганные глаза Тины.

— Он убил парня, металлическим наконечником! — выкрикивала Тина, сдерживаемая доктором Крузом.

— Опять галлюцинации, — доктор Круз не хотел верить девушке.

— Я видела своими глазами.

— Успокойся, успокойся, ты хочешь сказать, ты видела что… Сосредоточься. Что ты видела? — спрашивал, удерживая девушку в руках, доктор Круз.

— Я его не совсем что бы видела наяву, но я знаю, знаю, это он убил парня!

— А что же ты делала перед этим? — заинтересованно расспрашивал доктор Круз, нарисовав рукою в воздухе большой круг перед лицом Тины, — у тебя, Тина, вновь иллюзии.

— Какие иллюзии? Я это видела!

— Послушай, Тина, у тебя вновь иллюзия, что ты виновата в смерти своего отца. Успокойся!

Тина отпрянула от доктора и зло выкрикнула:

— Тогда посмотрите, это что, тоже иллюзия торчит из дверного косяка перед входом?! Там металлический штырь, которым этот человек в маске убил парня!

— Хорошо, я так сделаю, пойду посмотрю на эту иллюзию, и не очень удивлюсь, если ее не будет на своем месте. Спокойно проговорил доктор Круз и направился к выходу.

Миссис Шеферд принялась успокаивать дочку.

Не надо, пусти меня, со мной все в порядке, пусти меня, мама!

Но миссис Шеферд крепко держала Тину за руки. В гостиную вновь зашел доктор Круз. Он безмятежно держал руки в карманах брюк.

— Миссис Шеферд, Тина, — бесцветным голосом сказал он, — пройдемте на улицу, и пусть ваша дочь покажет, где она это видела. Может, я просто не нашел.

Тина шарила руками по дверному косяку, ища место, куда был воткнут штырь.

— Он был здесь! Он был вбит вот в этот столб, — говорила девушка.

Но даже мать не верила ей. А доктор Круз вообще откровенно улыбался.

— Он был на этом месте, — уверенно проговорила Тина, ощупывая дверной косяк.

— Послушай, — сказал доктор Круз, — но тоща от него должна была остаться хотя бы дырка, ведь правда?

Тина не могла на это ничего возразить. Она уже и сама не верила себе, не верила в свои страшные видения. Она растерянно отошла в сторону и плачущим голосом промолвила:

— Что со мной происходит? Доктор, помогите мне! Помогите!

— Хорошо, я помогу тебе, но прежде ты должна помочь мне.

Доктор еще оставался на крыльце, когда миссис Шеферд, боясь за дочь, повела ее в гостиную. Тина шепотом проговорила на ухо матери:

— Но эта штука в самом деле была там, я видела ее…

— Все в порядке, — обеспокоенно сказала мать, — все в порядке, Тина, тебе померещилось.

Доктор Круз остался в одиночестве, его терзали сомнения. Он верил в сверхъестественные способности Тины. Ведь он своими глазами видел, как двигался коробок, как загорались спички. И это было не самое удивительное, что ему доводилось видеть.

В нем теперь боролись два человека: психоаналитик-профессионал — холодный исследователь и доктор который давал клятву Гиппократа.

С Тиной происходило что-то новое, раньше ей только виделась смерть отца и какие-то невнятные галлюцинации, немного связанные с будущим. А теперь она говорила о вполне реальных вещах: о стальном стержне и смерти незнакомого парня.

Исследователь-Круз был за то, чтобы исследовать этот феномен, ничего не предпринимая, оставаясь в стороне от событий — и неважно, что произойдет с девушкой, в конце концов, важнее результат, а не подопытное существо. Зато потом его исследования помогут многим.

Круз-человек понимал, что должен вмешаться. Помочь девушке. Ведь, может, за ее видением скрывается реальное убийство.

К тому же, миссис Шеферд платит ему деньги за лечение дочери…

Но все-таки в нем победил исследователь, жажда научного признания среди коллег возобладала.

Доктор Круз решил ни во что не вмешиваться, проводить свои эксперименты и исследования дальше. Судьба Тины его мало волновала.

Лишь только упоминание об убийце в пластиковой маске оставило неприятный след в его душе, вселило тревогу.

А в эту ночь на другом берегу Хрустального озера разбила палатку молодая пара туристов. Девушку звали Сильвия, а ее парня Марк.