— Магистра де Тольда сразили орки? — Фаргред подавил грусть об утрате старого друга и недоверчиво посмотрел на Гренсона.
— Увы, это так, — Отто, не мигая, выдержал его тяжелый взгляд, — Бренден прикрывал отход крестьян под защиту крепостных стен, но среди простых орков оказались шаманы. Крепость устояла, люди спаслись, орки разбиты, но наш брат заплатил за это своей жизнью.
— Что ж, — Фаргред мрачно кивнул, — магистр де Тольд всегда верно служил Свету и ушел достойно паладина — защищая невинных. Да примет его Ульв!
— Воистину так, — первый магистр кивнул. — Все мы возносим молитвы и верим, что дух его обретет покой.
Фаргред еще раз обвел магистров взглядом, коротко поклонился и вышел из зала совета.
Он почти дошел до своих покоев, в которых уже очень давно не проводил ночи, когда его окликнул лорд Энберн:
— Вы с Бренденом были старыми друзьями? — подойдя к Фаргреду, спросил он.
— Так и есть, — магистр кивнул.
— Ты думаешь о том же, о чем и я? — Энберн заглянул собеседнику в глаза. — Пара оркских шаманов не смогли бы убить магистра ордена.
— На поле боя может произойти всякое, — уклончиво ответил лорд Драуг.
— Может, — согласно кивнул лорд Форенор и снова пристально посмотрел на Фаргреда.
— Осторожнее у восточных границ. — Энберн положил ему руку на плечо.
— Да у вас открылся дар предвиденья, магистр? — лорд Драуг усмехнулся.
— Не нужно быть гадалкой, чтобы понять, куда ты отправишься, — серьезно ответил четвертый магистр.
Собеседники молча смотрели друг другу в глаза.
— Береги себя, — наконец промолвил Энберн, — себя и парня.
— С чего вдруг такая забота? — Фаргред удивленно приподнял бровь.
— Мне, как и тебе, кажется, что дело нечисто… — магистр приблизился и, понизив голос, добавил: — Слишком мало деталей. Я сам собирался ехать туда, но теперь, когда ты в курсе… думаю, сразу два магистра будут привлекать слишком много внимания. Так что не лезь очертя голову в неприятности — ордену не нужны новые потери. Нас и так слишком мало. — Фаргред задумчиво кивнул. Лорд Энберн еще раз хлопнул его по плечу и, развернувшись, двинулся по коридору. Вскоре тишина поглотила звук его удаляющихся шагов…
Все больше и больше орков выбегало из леса; в одних набедренных повязках, раскрашенные человеческой кровью, с горящими глазами они неслись следом за бегущими в панике крестьянами.
— Они не успеют! — воскликнул магистр Бренден де Тольд. — Клянусь Светом, мы должны помочь им — откройте ворота! — Он обернулся к командующему крепостью.
— Открыть ворота — самоубийство! — Командующий свирепо посмотрел на паладина. — Лучше пожертвовать горсткой крестьян, чем сдать клыкастым форт!
— Не тебе решать, кем жертвовать! — В глазах магистра разгоралось золотое пламя.
— Может, и не мне, но я не открою ворота!
— Ты забываешь, с кем говоришь. — Клинок паладина, хищно блеснув на солнце, уставился в грудь командующего, который с ужасом посмотрел на магистра. — Я не позволю невинным умереть.
— Один вы ничего не сможете сделать! — Человек неотрывно смотрел на меч.
— Значит, я умру, пытаясь! Открыть ворота! — Бренден отвернулся и начал спускаться со стены.
— Это самоубийство! — прокричал ему вслед командующий, но все-таки дал знак солдатам открыть ворота. — Не делайте глупостей!
Но паладин, не слушая его, вскочил в седло.
С высоты крепостной стены командующий наблюдал, как навстречу бегущим крестьянам скачут три всадника: один алый плащ и два золотых развевались на ветру.
— Ну и Тьма с вами! — зло сплюнул он. — Не сдержите никого, только сами сгинете! Безум… — он не договорил, так как увидел, что следом за тремя фигурами из крепости выезжает отряд конницы, возглавляемый еще двумя паладинами. Теми, кто должен был отправиться в столицу, и чья замена прибыла сегодня с магистром.
— Вернитесь, идиоты! — брызгая слюной, проорал командующий. Но никто не последовал его приказу, лишь последний конник повернулся и, показав ему неприличный жест, пришпорил коня.
— Дай сюда арбалет! — командующий с горящими от злобы глазами бросился к ближайшему солдату, но старый воин спокойно смотрел на него, положив ладонь на рукоять кинжала. — ТВАРЬ! Да как ты смеешь! Закрыть ворота! — голос коменданта сорвался на крик, изо рта брызнула слюна.