У Юджина есть бар в Мид-сити: там нет магазинов одежды, притонов фетишистов или сборищ готов, как во Французском квартале, как нет и представительного внешнего лоска Центрального делового района и района Гарден. В Мид-сити можно делать все, что захочешь. Патрик едет вдоль канала, затем паркуется перед домом. Он ведет меня на крыльцо и внутрь, где нас встречает порыв прохладного воздуха, принося облегчение от жары, которая не ослабевает даже ночью. Музыкальный автомат крутит избитую композицию, а за барной стойкой гнездятся четыре или пять призрачных фигур. Ни одна из них не оборачивается, когда мы проходим мимо. Патрик ведет меня вниз, в кабинет Юджина.
Я еще не достиг последней ступени, а Юджин уже приветствует меня.
– Привет, толстяк! А вот и наш толстяк! – Он выходит из-за стола с распростертыми объятиями.
Моделью с обложки его тоже не назовешь. Остатки седых волос тянутся длинными тонкими зачесанными линиями по всему черепу. От алкоголя поплыло лицо. Грудь кажется вдавленной, будто что-то внутри сломалось и тело проваливается внутрь себя. Он приветственно кладет руку на плечо, и я стараюсь не вздрогнуть.
– Ты только посмотри. Только посмотри на себя. Хорошо выглядишь, Джек.
– Ты тоже, Юджин.
Его офис чистый и прибранный. Письменный стол и несколько мягких стульев, а у дальней стены, под огромной картиной Михалопулоса, стоит диван. Напротив стола – мини-бар и дверь, ведущая в переулок. Позади него маски для карнавала Марди Гра расставлены так, что кажется, будто духи собрались на консилиум. Юджин – детище Нового Орлеана до мозга костей, и покупается на любую ничтожную ложь, которую город про себя рассказывает.
– Слышал, у тебя теперь есть девчонка. Как там ее, Локи? Ликми?
– Лакшми.
Уже на этих словах мне становится не по себе.
– Да ладно тебе, Юджин. Давай не будем об этом.
– Ты смотри как приказывает. Какой самостоятельный и взрослый. Патрик не причинил тебе никаких неудобств? Его иногда заносит.
Патрик даже не моргает. Он выполнил свою роль и теперь превратился в статую.
– Нет. Совершенно никаких. Прямо как в старые добрые времена.
– Надеюсь, не в точности как в старые добрые времена.
Он усаживается за стол и жестом приглашает меня присесть. Патрик подает выпивку и отступает за мою спину.
– Я просто не понимаю, зачем понадобился тебе, Юджин. Тебе не заплатили. Но ведь для таких случаев ты держишь своих ребят.
Юджин откидывается на спинку стула, делает глоток и изучающе смотрит на меня.
– Не валяй дурака, Джек. Хорошо? Не притворяйся, что не знаешь о Тобиасе. Не обесценивай работу моих информаторов.
– Да, я знаю о Тобиасе, – признаюсь я.
– Расскажи, что знаешь о нем.
Я никак не могу сесть поудобнее. Кажется, что на груди висят оковы. Я делаю последнюю попытку:
– Юджин. У нас был уговор.
– У тебя что, проблемы со слухом? Мне повторить громче?
– Он начал продажи два месяца назад. У него был камень размером с теннисный мяч, но тяжелее, чем телевизор. Все думали, что он трепло, смеялись над ним. За камень он выручил небольшие деньги, совсем чуть-чуть. Но кто-то пронюхал об этом. Пошли слухи. После этого он выставил на продажу пятисантиметровый кусок обугленной кости. И выручка за него была намного больше.
– Эту кость купил я.
– О, черт.
– Знаешь почему?
– Нет, Юджин. Откуда мне знать?
– Не забывайся. Я не могу знать, что тебе известно, а что нет. Ты – скользкий кусок грязи, Джек. Ты – человек-таракан. Я не могу тебе доверять. Так что не умничай.
– Извини. Я совсем не это имел в виду.
– У него хватило наглости связаться со мной напрямую. Он хотел лично сказать, что собрался продавать. Поставил меня в приоритет. Это мой сын, Джек. Эта кость – часть бедренной кости моего сына.
Я осознаю́, что перестаю понимать происходящее. Кровь прилила к голове, и все вокруг завертелось. Я сжимаю подлокотники стула, чтобы найти хоть какую-то опору.
– Откуда… Откуда ты знаешь?
– Спросил у знающих людей. Хватит глупых вопросов. Я не в настроении выслушивать твои глупости.
– Хорошо.
– Ты занимаешься книгами и поэтому здесь. Мы отследили его до старой лачуги на болотах. Ты поедешь туда за книгой.
Меня охватывает паника:
– Ты хочешь, чтобы я поехал туда?
– Патрик поедет с тобой.
– Я таким не занимаюсь, Юджин!
– Черта с два! Ты же вор и постоянно этим занимаешься. Патрику не под силу прочесть даже дешевый журнал. Так что ты едешь.
– Так пусть он привезет книгу сюда! Какой мне смысл ехать?