Мы пили вино под серенады сверчков, в то время как мысли, чувства и слова лились между нами рекой. Не было никакой неловкости, никакого поиска банальных любезностей для заполнения пространства. Я впитывала каждый его кусочек, что он дарил мне, и не могла отделаться от мысли, что он делает то же самое. Мы хорошо проводили вместе время, которое при этом подпитывалось чем-то, чего я никак не могла постичь.
Чем-то милым, волнующим, приятным, и захватывающим одновременно.
Позднее, когда мы вернулись в главное здание, он сказал:
— Дай мне свой телефон.
— Зачем? — я всё равно дала его ему.
— Я только что понял, — сказал он тихо, но спокойно, — что у нас нет номеров друг друга.
Я сильнее опьянела от этой просьбы, чем от вина. Он также предложил мне свой телефон, и мы ввели в них свои номера.
— А у меня будет особый рингтон?
Он рассмеялся.
— Естественно, — и потом он удивил меня тем, что сопроводил меня до двери моей спальни. Как только мы оказались там, он наклонился, и его губы оказались прямо у моего уха. — Приятных снов, Эльз.
Внутри меня так много всего сжалось и затрепетало! Может, это из-за темноты, обволакивавшей нас в этом крошечном коридоре, может, из-за вина, но я ответила на его любезность тем же. Когда мои губы были так же близки к его уху:
— Приятных снов, Кристиан.
Его голова повернулась, и мы стояли там, едва касаясь друг друга щеками, пока я боролась со своим дыханием. И потом, когда он сжал мою ладонь, коснулся губами моего виска.
Поцелуй был совершенно невинным, по большому счёту, и всё же мои панталоны практически растаяли с моего тела.
Я тихо нырнула в свою комнату, пока не сделала что-нибудь неразумное. К моему облегчению или, может быть, беспокойству, отец с Изабель снова с удовольствием пилили дрова. Я быстро переоделась в пижаму, но, прямо перед тем, как я собиралась скользнуть под одеяло, мой телефон завибрировал.
Спасибо за то, что безумствовала сегодня со мной.
Если раньше я думала, что это были бабочки, то, теперь они не шли ни в какое сравнение с тем, что было у меня в груди, когда я таращилась на сообщение от Кристиана.
Я должна была написать что-нибудь смешное, что-то беззаботное и веселое. Но мои пальцы дрожали, а сердце дико колотилось у меня в груди. Весь мой разум оставил меня в восхитительном одиночестве. Может быть, мне действительно не хватало сна, хотя бы наяву, потому что всё, что я могла написать, было:
Я с нетерпением жду новых безумств в следующий час колдовства.
Я тяжело вздохнула. Мы шутили насчёт того, что говорим как школьники, но, боже правый, я ведь только что отправила нас прямо в те годы!
Вот, блин. Совсем я голову потеряла из-за этого принца.
Глава 23
Кристиан
— Похоже, сегодня будет дождь.
Я сощурился при взгляде на потемневшие серые облака, застилавшие небо. Начинание Эльзы пришло и ушло, и оно было выполнено по отдельности. Мы оба не пошли в утренний поход, но так же поступили и все остальные, за исключением одного несчастного наследника. И вот я сижу на северной террасе за обязательным завтраком с Изабеллой. После ночи наслаждения чертовски яркими, хоть и разочаровавшими меня, сновидениями с её сестрой в главной роли, в тот короткий промежуток времени, что я вообще спал. Откровенно говоря, я предпочел бы вернуться в свою постель и видеть сны об Эльзе, чем говорить о погоде с Изабеллой.
— Может быть.
Холодное удовлетворение еле заметно приподняло уголки её губ, когда она приглаживала свои длинные волосы на плече. Этим утром хотя бы не было упоминаний о лошадях, но я, наверное, мог бы с тем же успехом наблюдать, как сохнет краска, так не интересно мне было то, что происходило здесь.
— В Калифорнии хорошо, — добавила она после долгой паузы.
Я почесал шею и кивнул.
— Ага, хорошо.
— Я впервые в Штатах, — она подняла свою чашку, отставив в сторону мизинец. — Я бы хотела, чтобы мы могли осмотреть и другие достопримечательности.
И другие? Я хотел засмеяться от такого оптимизма. Никакого "осмотра достопримечательностей" за пределами имения быть не может. Никто из местных, за исключением тех, кто работал на Монарший Совет, не знал, что сейчас мировые правители находились именно в этом регионе. Наши пресс офисы ждут, что мы, как положено, вернёмся в свои родные пенаты. У нас даже нет наших телохранителей здесь. Но я сказал Изабель:
— Я бы тоже.
Кто-то позвал её по имени; когда она обернулась, чтобы помахать в ответ для приветствия, я обрадовался той временной передышке. Это дало мне ещё немного времени помечтать о её сестре.
Глава 24
Эльза
Я прошипела себе под нос:
— Сколько ещё нас будут пытать этими идиотскими встречами?
Кристиан мило улыбался, когда мы выходили из гостевого коттеджа, несмотря на то, что, очевидно, он был также возмущен, как я.
— Да ладно, — сказал он мне спокойно. — Давай пойдём куда-нибудь отсюда.
Сладкое облегчение разжало мои кулаки, в которые сами собой свернулись пальцы. Мы были на ещё одной ужасной встрече для наследников короны, за время которой слушали ещё одного напыщенного придурка, объяснявшего, почему нам следует помалкивать, пока наши государи не велят чего-то другого. Я могла бы возмущаться на те "темы для диспута", но какого, блин, хрена! У меня не было возможности вообще что-то произнести, а мы здесь уже третий день.
Мы скрылись в одной из лестничных клеток главного здания. Там было тихо, почти все были на следующей встрече или по дороге на завтрак. Каким бы странным не было это место, оно мне нравилось. Проникавшие сюда лучи солнечного света обвивали нас, пылинки поблёскивали на холодном воздухе. Я не могла избавиться от чувства, что, если мы собираемся остаться на этой лестнице, то вполне могли бы забрести во временной портал.
Кристиан прислонился спиной к жёсткому, шероховатому бетону лестницы и сказал:
— Могло быть и хуже.
И мягче:
— Это мог быть завтрак. Или чай.
Меня покоробило от его грубой честности, так как я знала, что конкретно он имел в виду. Сегодня утром я принудительно завтракала тет-а-тет с Мэттом. Желание поделиться переживаниями, как прошлым вечером, прошло. Нам столько всего хотелось поведать друг другу, что мы оба перешли к обсуждению разных ресторанов. И знать, что чай уже на горизонте, с теми же самыми напряжёнными попытками узнать друг друга получше?
Лучше бы я вернулась на ту встречу, с которой недавно сбежала.
— И всё-таки, как прошёл завтрак? — спросила я.
— Ну, на этот раз, твоя сестра не говорила о лошадях. Прикинь?
Я сначала опешила, но потом чуть не подавилась от смеха, пытавшегося проложить себе выход наружу.
— А ты не любитель лошадей?
Он сделал вид, что его всего передёрнуло.
— Господи, нет.
Так здорово было улыбаться, по-настоящему улыбаться после нескольких часов муки.
— Я тоже.
Снова нарисовалась его ослепительная ухмылка.
— Как прошло твоё?
— Могу заверить, что мы с Мэттом тоже не обсуждали лошадей.
Он сложил ладони вместе и поднял вверх.
— Спасибо, Боже, за чудеса!
— КРБ – страшный зверь. И самое ужасное в нём – беседа ни о чём, — потом добавила намного нежнее, — я думаю, ты всё больше нравишься моей сестре.
Этим утром Изабель не отзывалась о нём как о неандертальце и не давала колких комментариев насчёт обязательной встречи с принцем. Там, где они находились, было безропотно спокойно, чувство долга больше не обрамлялось неприязнью, что нервировало и отчего я начала колебаться в своём непринятии, чего не могло быть раньше.
Моё наблюдение стёрло беззаботность с лица Кристиана, хоть и медленно. И я пожалела, что стала что-то говорить, потому что этот его смех, чёрт его побери, был таким заразительным.