- По каким делам?
- По безотлагательным. И всё, без комментариев. Просто, ты либо веришь мне, либо нет. - Взгляд прямой, в глаза. Непроницаемый.
И ведь верю. Теперь, когда даже самой себе уже не очень-то... Кому ещё верить, как не ему? Устала брыкаться, в конце концов – а утро вечера действительно мудренее. Зябко сцепила руки на груди. Сейчас бы отмотать на тот Московский вечер, когда согласилась пойти в ресторан и просто остаться в номере.
- Я тебе верю, Денис. Просто скажи, что у вас с ней ничего не было? Пожалуйста.
А он... Он отвёл взгляд и поджал губы.
...Это Макса я тогда лупила и орала, что он дебил. И торжествовала от своей правоты. А теперь... Я вдруг испугалась её. Этого просто не может быть.
- Пожалуйста... Ведь не было? – шёпотом.
Пауза. Тягучая, удушливая. Казалось, так и будем молчать целую вечность... Но Денис не из того теста. Он же, блядь, мужик. Грёбанный Батя. Выдохнул, разомкнул намертво сжатые зубы и...
А вот я не смогла. Услышать то, что он собирался сказать, было выше моих сил. Просто кинулась вон из кухни, словно пытаясь сбежать от палача. Но палач был быстёр. Он вскочил – за его спиной с грохотом свалился стул – схватил меня за руку, крутанул, зажимая в тисках, перехватывая со спины поперёк живота, и вздёрнул над полом. Я извивалась, молотила его кулаками, царапала руки. Молча. Отчаянно. Пока не иссякла. Не обмякла. Трясло так, что не могла начать слово:
- Пп... п... п...
И дыхания не хватало, и просто не шёл голос. До отчаяния. До бешенства.
- Милаш, это совсем не то... Послушай, малыш, это... Это вообще ничего не значит! Ну, послушай...
- П-пусти... – всё-таки выдавила.
- Мила-а-аш... – рычит.
- Пусти! Пусти, пусти, пусти! – откуда только силы взялись? Снова изворачивалась, задыхаясь от того, что он только сильнее сжимает меня. – Пусти, ты... Скотина! Гад! Сволочь!
Пятками по голеням – со всей дури. А он терпит.
- Да это не то, Люд! Ты не понимаешь, это просто случайность! Послушай...
Извернулась, выдернула из захвата руку и вцепилась в его загривок. Удачно – пальцы попали под воротник. Всю злость, всю боль, всю обиду – всё в это скольжение. Ненависть сюда же. Пусть тоже корчится, пусть тоже воет, сволочь! Чувствую, как ногти пропахивают кожу шеи – от основания до самого затылка, и снова... И снова... А потом подвернулась его щека... И Денис швырнул меня на диван, а я изловчилась в полёте, саданула его ногой по животу. Жаль по яйцам не получилось. Саданула хорошо, но без толку – он всё равно скрутил меня, навалился сверху – ни вздохнуть, ни ойкнуть – упёрся носом в висок:
- Милаш, послушай, просто послушай! – Крепко держит, сволочь. Железно. - Это ничего не значит... Это, это случайность, слышишь?
Я даже дёрнуться не могу. Паника и бессилие. Бессилие бесит. Застит разум, не даёт слушать. Слышать.
- Не знаю, что она тебе наплела, малыш, но это... Блядь, Милах, это было один грёбанный раз, да и то...
- Пусти!
- Сначала выслушай...
- Пусти!
- Выслушай!
- Ты... Ты сволочь... Гад. Предатель! – и я заревела.
Он сгрёб меня в охапку, усадил к себе на колени. Обнимал, что-то шептал. Даже покачивал, словно пытался убаюкать. Вот только я ни хрена не ребёнок больше. В очередной раз резко увернулась от его губ, лезущих к моим слезам на щеках, что есть мочи врезала ему локтем по груди:
- Пусти!
Он замешкался и на мгновенье ослабил хватку. Я тут же рванулась из его рук – и в коридор. Он следом.
- Куда ты?
Я отчаянно пыталась попасть ногой в босоножек. Бежать. Срочно! Пока есть силы, пока небо не рухнуло на землю и не погребло нас с ним в одной могиле. Только не с ним!
- Стоять! – приказал он. - Никуда ты не пойдёшь! – Схватил за локоть, я попыталась выдернуть, но куда-там! Рванул, разворачивая меня к себе. – Я уйду, слышишь? Ты слышишь?
Я слышала, но не понимала. До тех пор, пока он не схватил меня за подбородок, не сжал пальцы, заставив замереть от боли. Посмотреть на него.
- Я уйду. – Твёрдо, тоном, не терпящим возражений. - А ты останешься здесь. А утром, когда тебя отпустит – поговорим. Ясно?
- Да пошёл ты... – брыкнулась, дёрнулась в сторону двери. – К чёрту пошёл!
Не пустил.
- Ну куда ты собралась? Там ночь! Ты слышишь меня?! Ночь!
- Да куда угодно, лишь бы от тебя подальше! Ты... Ты... – снова заревела и, обмякнув, сползла по стеночке. Уткнулась лбом в колени. – Домой поеду. К маме.
Присел напротив меня, погладил по голове.
- Останься здесь, Милаш. Останься...
Мотнула головой, сбрасывая руку:
- Нет.
- Люд... Малышка, девочка моя, глупыш, ну... Ну останься! Я уйду. Ты успокоишься, потом поговорим. Я всё объясню...