— Тогда суп готов! Надо было по карманам пошариться у фрицев. Вот, что значит не курящие. Минус нам обоим. Огромный и жирный. Открывай банку с надписью. Посмотрим, что это за Бронтокль.
Тюляпин легко вогнал нож в крышку банки, словно всю жизнь занимался этим делом.
— Квашеная капуста, — разочарованно пробормотал он.
— Вот даёт немчура! У них всё законсервировано, даже хлеб! Ты, Аркаша, нос не вороти, через пару дней и огрызку сухарика рад будешь, если с продовольствием не наладится. Где же мы находимся? Знать хотя бы примерно, то можно сориентироваться немного. Хлеб баночный остался? Вот с ним капусту и пожуём.
Оставшуюся провизию покидали в одну сумку, в другую отправили патроны от «мосинки». Немецкие винтовки заложили травой вместе с боезапасом к ним. Банки из-под консервов закопали. Теперь у каждого был свой бритвенный прибор, две фляжки с водой и со шнапсом, столовые приборы, нитки с иголками и брезентовая сумка.
Александр с трудом побрился и остался доволен немецкой бритвой. Тюляпин категорически отказался от бритья.
Шли неспешно, прислушиваясь и приглядываясь. Вчерашняя неожиданная встреча хоть и принесла дивиденды, но могла закончиться печально. Наученные горьким опытом, «ветераны» стали осторожнее.
— Ты знаешь, Саня, я не представляю, как буду убивать. Понимаю, что без этого никак, но и принять не могу.
— Эх, Аркаша, думаешь, у меня другие мысли? Стой! — вдруг воскликнул Александр. — Смотри!
По лесу бежали трое детей. Бежали они немного в стороне от них.
— Не нравится мне это. Давай, Аркаша, за ними. Хоть узнаем, что где и как.
Через какое-то время они наткнулись на лежащих ребят в небольшом овраге. Девочка, по виду старшая, и два мальчика лет десяти-двенадцати. Лежали, уткнувшись в траву, и тяжело дышали после долгого бега.
Александр знаками показал Тюляпину идти в обход. И когда тот появился с другой стороны, вышел из-за укрытия.
— Далеко бежим? — спросил Александр, держа в руках винтовку, направленную на детей.
Один из пацанов хотел было сигануть в противоположную сторону, но встретился с винтовкой Тюляпина.
— Мы не желаем вам зла, — начал Александр, не зная, как правильно сказать то, что хотел. — Мы бойцы Красной Армии. Вы из какой деревни и что это за местность?
— Нет больше никакой деревни! — зло выпалил чернявый мальчик, который пытался сбежать.
— Почему нет? — не понял Александр.
— Немцы сожгли. Чёрный дым не видели что ли? — ответила девочка.
— Мы видели только вас, к деревне выйти не успели, — Александр забросил винтовку на плечо. — А что с жителями?
Девочка опустила взгляд и всплакнула.
— Они всех сожгли, — ответил мальчик, лицом похожий на сидящую рядом девочку.
Александр опустился в траву.
— Как вы уцелели?
— Мы за ягодой ходили, а когда пришли…
— Меня Саней зовут, — глухо произнёс Александр, прокручивая в голове сказанное мальчиком.
— Андрейка, это моя сестра Катя, и мой друг — Стёпа.
Александр крепко задумался. Бросать детей нельзя, но и идти с ними — подвергать опасности. Раньше ему не приходилось ломать голову над такими задачами. Был он, любимый, и всё. Теперь надо что-то решать.
— Мы вас не бросим, ребята, — неожиданно прорезался голос у Тюляпина. — Пойдёте с нами, а там что-нибудь придумаем.
Александр только кивнул на его слова, а сам подумал: ещё бы знать куда идти.
— Где мы хоть находимся?
— Там, — махнул рукой за спину Андрейка, — Стрельцы. А там, — он махнул на восток, — Кривошин.
Затем ткнул пальцем вперёд.
— Там Липск.
— Так, понятно, что ничего непонятно. Украина или Белоруссия?
Все трое посмотрели на Александра с таким видом, словно он неудачно пошутил.
— Белоруссия…
— Ну вот, хоть что-то проясняется. А какой большой город отсюда ближе?
— Барановичи.
— Это уже теплее, — заулыбался Александр. — Может, и число подскажете?
— Дядь, вы, правда, наши? — вдруг спросил Стёпа.
— Наши, только вот потерялись. Грузовик подбили, всех убили, а мы скитаемся по лесу. И даже не знаем, какой сейчас день.
— Двадцать седьмое июня, — сказала Катя и вытерла слёзы. — Вы не прогоняйте нас. Мы с вами пойдём. Дядька Архип в полицаи пошёл и сам поджигал сарай, куда всех жителей согнали. Мы поклялись — убьём его, что бы это нам не стоило. Отомстим за наших родителей и всех жителей деревни.
— У него заимка тут недалеко, — продолжил Андрейка. — Он из всех домов взял всё, что понравилось, а потом ходил и поджигал каждый дом.
— А чего бежали сломя голову? За вами, я так понимаю, никто не гнался.