— Количество жителей на Церере?
— Ноль, — ответил секретарь. — Малая планета Церера уничтожена. Боевой корабль «Зигфрид» возобновил выполнение предыдущего приказа.
На лице Александра фон Блутхарта появилась счастливая улыбка. Это была улыбка бога, всемогущего надчеловеческого существа, каким он, в сущности, и был.
— На сегодня хватит, Блауберг.
— До свидания, сэр.
Экран погас, но Блутхарт всё ещё сидел перед ним. Улыбка небожителя неуловимо таяла, исчезала. Наконец он встал, потянулся и вышел из комнаты, заперев дверь на кодовый замок.
Прямо за дверью на обшарпанной стене висело разбитое зеркало. Согнав с него огромного таракана, Блутхарт посмотрел на своё впалое лицо, неравномерно заросшее густой щетиной, на чёрные мешки под глазами, гнилые шатающиеся зубы. Поковыряв грязным пальцем с обломанным ногтем во рту, Блутхарт сплюнул, надел на голову дырявую шляпу и вышел на улицу.
Грязные голые ребятишки, у которых не было ни родителей, ни одежды, ни забот, вскочили с грязного песка и побежали к нему.
— Придурок Харди! — дразнили они его. — Харди-придурок!
Александр фон Блутхарт неожиданно осознал, что на самом деле является Алексом Харди, и от этого из его глаз покатились скудные слёзы. Проявление чужой слабости ещё больше обрадовало детей, а один из них, наиболее дерзкий, сбил с него шляпу на землю. Харди рассвирепел, схватил камень и швырнул ним в обидчика; тот упал, поражённый в голову, и больше уже не вставал. Дети разбежались.
— Эй, Харди! — к нему приближался широкоплечий мужчина по имени Юджин, он перешагнул через труп ребёнка, положил свою сильную руку на плечо Харди и прямолинейно спросил:
— Харди, правда ли то, что ты нашёл компьютер и теперь играешь на нём с утра до вечера и от этого у тебя крыша поехала?
Харди не торопился отвечать.
— Хороший комбинезон, Юджин, — он осторожно потрогал плотную ткань. — Дай пожрать, а?
— Сэр, у нас новый приказ с Земли: направляться к Юпитеру!
— Выполнять приказ.
— Но, сэр…
— Лейтенант, приказы даются для того, чтобы их выполнять, а не обсуждать. Выполняйте!
— Есть, сэр!
11.11.1997
Цивилизация
Целых два часа я прилежно изучал дело под номером 10905, ибо правосудие не имело права совершить ошибку, а в моём лице объединялись функции судьи, адвоката, прокурора, присяжных и палача. Слушание дела было назначено ровно на полдень, и именно в это время дверь в мой кабинет открылась, и двое ребят в ярко-белых униформах ввели подсудимого. Он был невысокого роста, с неправдоподобно честными глазами, а его дочерна загоревшая кожа свидетельствовала о том, что он воспользовался услугами нашей компании.
— Мистер Роб Андерсон, меня зовут Эрл, — вежливо представился я. Мы остались наедине.
— Паршивый пробирочник! — услышать это от него я не ожидал и поэтому отделался служебной фразой:
— Мистер Роб Андерсон, сожалею, но вам придётся забыть на время о ваших расовых предрассудках, пока не будет установлена степень вашей вины и ваше наказание.
Вызывающе развалившись в кресле, он нагло усмехнулся, но всё-таки смолчал. Я заглянул в служебные бумаги.
— Седьмого августа этого года, то есть три дня назад, вы приобрели у нашей компании индивидуальное хронопутешествие в прошлое…
— Это был рай! — восхищённо воскликнул он, внезапно оживившись. — Я был в раю, пока ваши мордовороты не вытащили меня оттуда силой!
— Это была вынужденная мера, Роб. Вы ничего не смогли дать этим людям, жившим тридцать тысяч лет назад, а все ваши поступки можно определить как преступные и порочные.
— Не может быть, Эрл! — он был по-настоящему изумлён. — Вы что-то напутали в своей конторе.
Я позволил себе улыбнуться.
— Давайте вместе разберём последствия вашего хронопутешествия. В первый же день вашего пребывания там вы встретили племя…
— Да, — протянул он. — Это было совсем небольшое племя, человек сто. Хотя меня и предупреждали о возможной агрессивности, они были на редкость дружелюбны. Хотя женщины у них, честно сказать, немного страшноваты…
— Так вот, о женщинах. До вашего прибытия их купание в речке воспринималось мужчинами как вполне обыденное явление, даже не заслуживающее их внимания. Как только там появились вы, мужчины стали прятаться в кустах и украдкой подсматривать за голыми соплеменницами, лелея в своих не слишком развитых разумах самые грязные мысли…