– Может быть, Рафал вообще не вернется, – предположил он. – Нам вообще-то и с Хамбургом хорошо. Пока не найдем для себя место получше. Где о нас будут заботиться, как заботился Вулкан. Если бы у Вулкана была школа в аду, и чтобы попасть туда, нужно было умереть, вы бы пошли? – продолжил он. – Поднимите руки, если пошли бы.
Руки подняли все.
– Нам нужно выиграть Вечер Талантов, – сказал беловолосый мальчик. – Так мы докажем, что нам не нужен Рафал. Что без него мы стали сильнее.
– За жизнь без Рафала, – сказала высокая девочка, высоко подняв стакан.
– За жизнь без Рафала! – весело воскликнули остальные, чокнулись стаканами и выпили все до дна.
А потом они увидели, как на них смотрит новенький. Его взгляд был очень мрачным.
– Э-э-э… тебя зовут Фала? – спросил беловолосый. – Ты откуда?
Фала свирепо посмотрел на него.
– Из ада.
Больше никто у него ничего не спросил.
Глава 16
Рафал лежал в бывшей постели Мариалены и смотрел в потолок.
Директор школы теперь стал учеником.
Почему все пошло настолько наперекосяк?
Аладдин.
Все началось с Аладдина.
Или нет?
Потому что и он, и его брат были согласны, что мальчишка должен учиться в Школе Зла.
А Сториан отправил его на сторону Добра.
Перо.
Перо – причина всех проблем.
Перо, которое назначило их Директорами школы.
Один добрый, один злой.
Перо доверило им самим решать, что есть что.
А затем подменило ученика и нарушило баланс.
Рафал ждал стука в дверь.
Когда в дверь постучали, он снова превратился в Фалу – как раз вовремя: декан Хамбург уже засунул голову в дверь, проверяя, спит ли он.
Дверь закрылась.
Он вскочил, выпрыгнул в окно и взлетел над озером в поисках брата. Райену негде было спрятаться в стеклянном замке, так что вскоре Рафал нашел его – на самом высоком балконе самой высокой башни, оживленно что-то обсуждающего с Крюком. Рафал спрятался и стал смотреть на них сквозь колонны. Его брат-близнец нервно ходил туда-сюда, а новый декан спокойно стоял на месте.
– Я не понимаю, зачем он отправился в Блэкпул искать тебя! – воскликнул Райен.
– Радуйся, – ответил Джеймс. – Блэкпул довольно далеко. Когда он вернется, Вечер Талантов уже закончится. Он уже не сможет изменить наш курс.
Добрый Директор остановился и посмотрел на Джеймса, его большие глаза и золотистые волосы светились во тьме.
– Почему Вечер Талантов так тебе нужен? Зачем ты на самом деле сюда пришел, декан Крюк?
Джеймс захихикал.
– Этот никогдашник тебя напугал, а? – Он коснулся руки Райена. – Хотя он просто ребенок, а ты – Директор школы.
Райен сердито взглянул на него.
– Он в сказке Сториана, Джеймс.
Крюк непонимающе покачал головой.
– Перо, – объяснил Райен. – Оно прямо сейчас, когда мы разговариваем, пишет сказку о нем. И тут он вдруг объявился в нашей школе? Мне это не нравится. Что-то происходит…
Джеймс прищурился, словно все это его совершенно не интересовало. А потом вдруг широко раскрыл глаза.
– Конечно! Ты разве не понимаешь? Сначала ты проиграл Испытание. А теперь еще и это? Перо предупреждает тебя, что Зло на подъеме. Оно не написало, что ты проиграл Испытание. Тут тебе повезло. Но вот этот никогдашник – явная угроза. Он прибыл, чтобы выиграть Вечер Талантов. Чтобы унизить тебя и твою школу. И на этот раз Сториан расскажет о его победе и падении Доброго Директора. Вести о твоем поражении разлетятся по всем концам, и преимущество Добра наконец сойдет на нет. Мы обязаны победить, Райен. Чтобы защитить твою школу. Чтобы защитить Добро.
Райен резко вдохнул, словно не задумывался об этом, и начал еще быстрее мерить шагами балкон.
– Этого не может быть. Если Зло прервет победную серию Добра, то… Нет. Равновесие не зря было благосклонно к Добру. Потому что именно Добро поддерживает в Бескрайних лесах мир и равновесие. Все должно остаться так, как есть. Добро должно иметь превосходство. Оно должно быть неуязвимым. Ты прав, Джеймс. Вечер Талантов очень важен. На кону стоит будущее Добра. У нас всего два дня. Мне все равно, какой запретной магии мы их обучим. Наши всегдашники должны победить.
– Вот это другой разговор! – радостно воскликнул Крюк. Он приобнял Директора школы за плечи, и они ушли обратно в замок.
Никто из них не увидел, как на балкон забралась темная фигура и проводила взглядом своего брата и друга.
После того как они ушли, по-прежнему держась друг за друга, Рафал еще долго стоял на месте.
Но думал он лишь об одном.