– Они все так могут?
– Лиглинги-то? – Чиж склонился над трупом Суолиля и начал внимательно осматривать. – Не думаю, чтобы их тогда взяли бы в плен, нет? Улавливаешь?
– Ы…
– То-то и оно! Так что, полагаю, это свойственно только немногим, вроде нашего Квадуна. Я так и подумал, что без особых причин никто вне племени жить не станет, но чтоб так… Ха! – Чиж наконец нашёл тот самый кулон и широко улыбнулся. – Фамильный амулет Эмесфейлей, значит? Ну-ну, просто кулон… Задание выполнено, несмотря на все лаарнелевские ухищрения! Осталось только выбраться через толпу разъярённых убийством чародея-предводителя солдафонов, делов-то…
– Ты был прав, – вдруг серьёзно сказал Гросох.
– Прости?
– Когда сказал, что люди здесь поклоняются кому-то.
– Кому-то? Ну, дружище, это очень расплывчатое изречение…
– Они… – на лице грайдца одновременно отобразилась и уверенность, и какая-то мучительная работа мысли. – Они поклоняются грайдцам.
– Да неужели? – Чиж сощурил один глаз. – И как ты об этом узнал?
– Двое нашли меня, пока я был в подвале. Сразу стали кланяться…
«Точно! – вспомнил разбойник. – Да-да, этот символ я и видел! Ох, вот это да!»
Чиж хитро улыбнулся.
– Это весьма удачно!..
Со стороны Квадуна донёсся лёгкий вздох. И человек, и грайдец подошли к лиглингу.
– А ты полон сюрпризов, волосатый пройдоха!
– Хи-хи… – выдавил Квадун. – Не все сч-ч-читают этот сюрп-п-приз хорошим, хи-хи…
– Ну… Альт как минимум его оценил! Смотри: даже голову потерял от восторга!
– Хи-хи… Я от-т-тгрыз, что ли?
– Ы, – подтвердил Гросох. Квадун кивнул и с трудом сел.
– Итак… – Чиж деликатно кашлянул. – Именно поэтому твоё племя… Не запредельно тепло к тебе относится, нет?
Лиглинг опять кивнул.
– Т-т-таких как мы зовут машарагадунгвы. Лиглинги сч-ч-читают, чт-т-то это проклятие. Об-б-бычно нас убивают, но мне повезло чут-т-ть больше.
– Невероятно неосмотрительно с их точки зрения! Как по мне, они куда как недооценивают ваши возможности!
– Вам т-т-тоже повезло, хи-хи. Я потом мог броситься на вас…
– Что ж, тогда вдвойне удачно, что ты остановился на альте. Филигранная работа, дружище!
– П-п-потому что он ч-ч-чем-то меня уд-д-дарил, – Квадун попытался подняться, но чуть не упал – его поймал Гросох. – Эт-т-то была магия?
– Она родимая. Причём, справедливости ради, стоит отметить, далеко не такая хиленькая, как я думал. Наш дрожайший альт смог выдавить из себя молнии!..
Квадун фыркнул.
– Н-н-ненавижу магию.
– Ы! – согласился Гросох.
– О, вы поглядите: у нас абсолютное совпадение как минимум в одном фундаментальном вопросе! – Чиж хлопнул в ладоши и поднялся на ноги. – Ставлю свою только что чудом спасённую жизнь, если покопаться, мы найдём ещё много общего! Например вот: как вам идея убраться отсюда как можно скорее?
Квадун глухо пролаял.
– Хороша, хи-хи!
– Ы.
– Вот и чудно! Предлагаю…
В этот момент у входа в покои Суолиля послышался топот и лязг оружия.
– Люд-д-ди! – ощетинился Квадун. – Они нас услышали!
– Ы! – Гросох расправил плечи и сжал кулаки. – Я смогу отвлечь их! А вы!..
Чиж вальяжно положил руку грайдцу на плечо.
– Расслабься, дружище. Я всё улажу.
Гросох нахмурился и слегка приоткрыл рот.
– Ы?..
– Как-к-к?
– Сейчас увидите, – хитро улыбнулся разбойник. – От вас может понадобиться разве что… Некоторая вовлечённость. Улавливаете?
– Нет, – хором сказали оба его спутника, но было уже несколько поздно. В покои ворвалась группа из десятка солдат, обнаживших всё оказавшееся под рукой оружие и агрессивно озирающаяся по сторонам. К счастью, большинство из них было без шлемов, а потому их лица Чиж читал не хуже, чем книгу на его родном языке. Сначала, увидев горделиво стоящего посреди всего беспорядка разбойника, солдаты нахмурились и раскрыли рты, очевидно, в каких-то проклятиях. Затем, переведя взгляды чуть ниже, они наткнулись на лиглинга, и их возмущение оттого только возросло. Дальше лежал труп их ненаглядного чародея – и возмущение сменилось искренним недоумением. И наконец они заметили стоявшего дальше всех Гросоха – и тут они и вовсе потеряли дар речи.
Чиж улыбнулся ещё шире. Прелюдия кончилась, а теперь время и для самого представления!
– Не бойтесь, правоверные даворцы! – провозгласил он, театрально воздев руки. – Воля Моргона была исполнена!
Солдаты перевели удивлённые взгляды на Чижа.