Выбрать главу

Имон, казалось, смягчился, поэтому не было похоже, что он был тем, кто снабжал ее. Я даже не была уверена, что он знал, и это привело меня к мысли, что он умышленно не замечал проблемы. Или он знал, и оставил попытки исправить ее.

- Это временно, - снова сказал Имон. - Прости, любовь моя, я знаю, что это не то, к чему ты привыкла. Все наладится. Потерпишь со мной, хорошо?

Была в его голосе какая-то задумчивая тоска, и Сара смягчилась. Она протянула к нему руку, и он взял ее. У него были удивительные руки - длинные, элегантные, ухоженные. Его пальцы обернулись вокруг ее. - Прости меня, - сказала она. - Я не это имела ввиду. Конечно, я буду мириться со всем, с чем придется, чтобы быть с тобой. - Она бросила на меня взгляд в зеркало заднего вида. Вызывающий. - Неважно, что думают другие люди.

Я думала, что Имон был плох для нее? Вау. Я действительно совершенно не знала свою сестру, если думала, что отшлифованный английский парень, который мирится со всем ее дерьмом, был плохой для нее партией. - Под другими людьми, ты подразумеваешь меня? - спросила я, и выпустила часть своего разочарования. Сара взглянула.

- Конечно, тебя, - отрезала она. - Что, у меня есть другой контролирующий, всезнающий родственник на заднем сидении? Или у тебя мама припрятана в кармане?

Имон остановил машину прежде, чем я смогла придумать достаточно едкий ответ. Наверное, к лучшему. Седан не был достаточно большим для настоящей схватки двух девушек, а пятна крови сложно вывести.

- Дом, милый дом, - сказал он с оттенком иронии. - Сожалею, у обслуги сегодня выходной. Прошу простить за беспорядок.

Это был трейлер. Не очень большой - не один из тех по-королевски широких, что стоял через дорогу.

И он был помятым, выцветшим и ветхим. На окнах висело несколько веселеньких цветочных корзин, но они были полны засохших растений - какая неожиданность. Я не могла представить Сару в роли садовника с грязными руками. Помимо смелого выбора в озеленении в виде проволочного забора вокруг борющейся, выжженной солнцем травы, в этом месте не было ничего примечательного.

- Мило, - сказала я уклончиво, и вышла вслед за Имоном, направляющимся в сторону алюминиевого Тадж-Махала.

Внутри было не лучше, хоть и темнее. Запах был немного странным - сочетание нестиранных полотенец и старой жареной рыбы, с примесью немного несвежего наполнителя для кошачьего туалета - и, когда мои глаза привыкли, я увидела, что место было приобретено полностью меблированным. Матовый, древний золотистый ковер. Тяжелая, темная мебель, вышедшая из моды двадцать лет назад, как минимум. Громоздкая, овощных цветов бытовая техника на маленькой кухне. В ковре были провалы, что означало, по моим подозрениям, гниющие полы.

И все же, они попытались. Место, по большей части, выглядело чистым и, главным образом, было обезличено, лишь с несколькими личными вещами - Сары - на виду. Дрянные конфетных цветов книги на журнальном столике, обложками вниз. Бокалы с каким-то липким осадком на дне рядом с ними. Флисовая кофта брошенная на одном конце дивана, и я надеялась, что она не принадлежала Имону, ведь нежно-розовый - не совсем его цвет.

Имон обвел это место взглядом, бросил свои ключи на стойку и повернулся ко мне лицом. Это был мой первый хороший взгляд на него, и я не была разочарована. У моей сестры действительно был хороший вкус на внешность, по крайней мере. Он не был шикарным, но был симпатичным, с умным лицом и милой улыбкой. Единственное, что беспокоило меня в нем - это темные, ясные глаза, не совсем соответствующие остальной части его внешности.

- Джо, - сказал он и раскрыл руки. Я поняла намек и обняла его. У него было сильное, плоское тело, ощутимо теплое, и он обнимал неоправданно долго, хотя он хорошо расплатился и за эти пять секунд. Когда мы снова разъединились, его глаза были яркими, почти лихорадочными. - Я скажу тебе чистую правду: приятно видеть тебя снова, - сказал он. - Я знаю, что скажу и за Сару, когда говорю, что мы беспокоились, когда ты пропала из поля зрения. Где ты была?

Я понятия не имела, о каком промежутке времени идет речь, но, конечно же, не собиралась ему об этом говорить. - По близости, - сказала я и улыбнулась в ответ. - Во рту пересохло. Можно что-нибудь попить?

- Конечно. Сара. - Он произнес это таким тоном, будто она была его слугой, и я заметила ее хмурый взгляд, проникающий глубже в ее лоб. Не могла винить ее в этом. Я бы тоже не оценила этого. И все-таки, она побрела на кухню и начала рыться в шкафах, готовя мне напиток. Она не спрашивала, чего бы мне хотелось. Я догадалась, что, либо она уже знала, либо ей было все равно. - Пожалуйста, присядь. Расскажи мне, что случилось, раз ты попала в эти неприятности.

- Недоразумение, - сказала я, но повиновалась грациозному взмаху его руки в сторону дивана. Имон занял соседнее кресло. - В действительности, нечего рассказывать. Они думают, что я убила копа.

- Ах. О каком копе идет речь?

- Детектив Квинн.

- Понятно. И ты убила? - спросил он, не глядя на меня. Он нуждался в стрижке, поскольку его коричневые, шелковистые пряди начали отрастать до стиля ретро-семидесятых, что делало его немного опасным.

- Я не могу поверить, что ты спрашиваешь меня об этом, - сказала я, и это было хорошим уходом от ответа. - Что ты думаешь?

- Я думаю, что они говорят об Орри, не так ли?

- Томас Квинн, - сказала я. - Они не упоминали никого по имени Орри.

Он бросил на меня быстрый, нечитаемый взгляд. - Ах, - сказал он. - Понятно. Тогда это не тот человек.

Я ответила уклончивым пожатием плеч. Имон слегка улыбнулся, а затем отклонился назад в своем кресле, когда Сара пришла к нам с напитками. Напиток Имона был явно алкогольным - что-то янтарное, со льдом - а мой был совершенно безалкогольным. В нем поднимались пузырьки газа. Я осторожно отхлебнула, но это была только кока-кола. Ни рома, ни виски. Она была даже диетической.

И да, это было восхитительно. Мое тело свело судорогами экстаза от искусственного сахарного взрыва, и я очень старалась не опустошить стакан одним длинным глотком.

Сара примостилась на подлокотнике кресла Имона, держа в одной руке с длинными ногтями свой собственный стакан. Ей нужен был маникюр, и ей не стоило пить то, что было в стакане, что явно было не столь же безобидным, как моя диетическая кола. - О чем вы говорили? - спросила она. Имон поднял брови на меня.

- Да так, о былом, - сказал он. - Теперь. Раз мы понимаем друг друга, Джо, я внес за тебя залог. Это не было сделано из-за моей симпатии к тебе, хотя ты мне нравишься… или потому, что я люблю твою сестру, хотя я люблю ее, очевидно. Все потому, что у меня есть деловое предложение для тебя, и я подумал, что это даст мне возможность полностью и безраздельно завладеть твоим вниманием, пока мы обсуждаем детали.

Какого рода дела у меня были с парнем Сары? Я ощутила растущее чувство тревоги, и это было не то, на что я могла опереться… Язык тела Имона был добрым, нежным, неагрессивным. Его глаза были яркими, а улыбка немного слишком резкой, но это, наверное, лишь моя собственная паранойя. Да, трейлер - это не дом на пляже в Малибу, но это также и не совсем ужасающая дыра. Сара сидела на наркотиках - я была почти в этом уверена - но это не представляло опасности для меня, только для нее.

И еще. И еще.

- Деловое предложение, - повторила я, сосредотачивая взгляд на Имоне. - Продолжай. Я вся внимание. Любой, кто вносит залог, заслуживает этого.

Его улыбка становилась все шире. - Ты могла и не вспомнить, но у меня было небольшое раскрученное бизнес-предприятие во Флориде, когда ты туда приехала и поселилась. Я инвестировал в строительство с некоторыми молчаливыми партнерами. Я надеялся возродить эту затею, возможно, провернуть что-нибудь на Западном побережье для разнообразия. И хотел бы привлечь к этому тебя.

- Я не совсем подхожу для инвестирования, - сказала я. - С учетом обвинения в убийстве, и того факта, что я, кажется, испытываю нехватку наличности. Ничего личного.