– Кто тебя просил вмешиваться, я сам с ней управился бы. Делал бы, что приказано, а то полез с бранью, стал толкать взашей больного человека. Вот иди теперь и сам докладывай господину, я ни при чем!
Ученик не на шутку испугался, но делать нечего: пришлось ему идти докладывать о случившемся Полусвятому.
В это время Янь Бэньжэнь как раз отдыхал в своей библиотеке. Выслушав ученика, он обеспокоился и вышел в зал. Дворецкому кое-как удалось привести в чувство старуху, но она еще неподвижно лежала на земле, бессмысленно тараща глаза.
Полусвятой велел дворецкому приподнять правую руку старухи.
Коснувшись тремя своими божественными пальцами пульса на правой руке старухи и нащупав затем пульс на левой ее руке, он воскликнул:
– Какой странный, какой необычный пульс!..
Затем Полусвятой вернулся в свой кабинет и велел кормилице привести старуху.
Кормилица пошла к старухе и сказала:
– Господин желает с тобой говорить.
При этих словах старуха, до сих пор неподвижно лежавшая на земле, вскочила и, подхватив палку, припустилась по залу, как заводная игрушка. Кормилица погналась было за ней – да куда там!
Глядя старухе вслед, дворецкий лишь головой качал:
– Ну и старуха! Ловко же она прикинулась. Надо же, так меня напугать!
Между тем Янь Полусвятой сидел во внутреннем зале при свете восковой свечи и ждал старуху. Когда та вошла, он удалил людей и, подозвав ее поближе, спросил:
– Ты где живешь?
– В округе Дэань, – отвечала старуха.
– Перестань меня обманывать, – строго сказал Полусвятой. – Я же вижу, облик у тебя человеческий, а пульс – звериный.
«Пожалуй, такого ученого и впрямь не обманешь!» – подумала про себя старуха и, убедившись, что, кроме них, в зале никого нет, опустилась на колени.
– Я не обманываю. Я действительно старая лиса, живу в пещере у подножия гор Гусиные ворота. Мне пришлось проделать большой путь, чтобы именно вы проверили мой пульс.
– Твой пульс я уже проверил, ты совершенно здорова, – сказал Полусвятой. – А явилась ты сюда ради своих детей.
Взволнованная старуха отвесила несколько земных поклонов и на коленях подползла к Яню.
– Вы поистине настоящий святой, а не Полусвятой! – промолвила она. – Верно, у меня действительно есть двое детей – сын и дочь. Недавно сына подстрелил охотник, и вот теперь он умирает…
И старуха подробно рассказала, какая страшная рана у ее сына.
– Рана сама по себе не страшна, – сказал Полусвятой. – Плохо только, что повреждены сухожилия и кость. Если даже рана заживет, боюсь, что твой сын на всю жизнь останется хромым.
– Пусть хоть ноги лишится – лишь бы сам жив остался! – вскричала старуха. – Как только рана заживет, я обязательно привезу его к вам поблагодарить за милость.
– Ни в коем случае не делай этого, – предупредил Полусвятой. – И еще: твоей дочери тоже грозит беда…
От этих слов сердце старухи заныло так, словно по нему ударили палкой. Убедившись еще раз в провидческом даре Полусвятого, она торопливо заговорила:
– Если дочери моей грозит беда, то позвольте мне, когда это случится, снова потревожить вас. Окажите мне такую милость, и я этого вовек не забуду!..
– Беда, грозящая твоей дочери, не совсем обычная; и я сейчас ничего определенного сказать не могу, – произнес Полусвятой. – Все выяснится в ближайшие полгода. Дело в том, что вы еще не до конца овладели искусством изменять свой облик и обманывать людей, сотрясать небеса и передвигать землю, и в один прекрасный день за это поплатитесь – придет вам конец. На вас станут охотиться с соколами и собаками. Взять, к примеру, твоего сына: хорошо еще, что его ранили только в ногу! Попади стрела в какое-либо жизненно важное место – и сам Бянь Цяо из Лу был бы бессилен помочь. А сейчас о тебе: твой большой пульс правой руки говорит о долгой жизни, а малый пульс – об открытой душе и ясном уме! Что и говорить: завидная судьба! Живете вы к тому же в горах, с миром людей общаетесь мало, да и наши страсти над вами не властвуют. А раз так, почему бы тебе не обратиться к какому-нибудь даосскому наставнику, чтобы научил вас, как навсегда избавиться от звериной шкуры? Вот это было бы хорошо!
Слова лекаря растрогали старуху. Она залилась слезами, поклонилась ему до земли и промолвила:
– Большое спасибо вам, благодетель мой, за поучение.
Полусвятой позвал домашнего аптекаря, велел ему принести пилюлю Девяти духов, продлевающую жизнь, и две мази и, завернув лекарства в два отдельных пакета, подал старухе со словами: