— Хватит так на меня смотреть, — буркнул Глеб, сидя за столом напротив меня.
О да, мы спустились вниз вести миролюбивые разговоры. Причем, это была его идея, я хотела только крови. Его крови.
Сидим, я в полотенце, он в трусах. Испепеляю его взглядом, мысленно расчленяю, а этот впервые от моего взгляда чувствует себя не в своей тарелке. Приятно.
— София, я подумал, что это было приглашение, — не помню в какой раз он мне это повторяет.
Приподнимаю бровь.
— Сама виновата, разделась передо мной, заигрывала. Я, нормальный мужик, подумал, что ты хочешь переспать, — разозлился.
— С тобой? Я? — изумилась.
— А кто сиськами сверкал?
— Я тебе пресс показывала! — возмутилась.
— А я видел только сиськи.
— Извращенец!
— Недальновидная!
— Это почему это?
— Потому что нужно думать о последствиях своих поступков, у меня до сих пор стоит.
— Не мои проблемы!
— Ты моя жена. Значит, твои.
— Фиктивная жена!
— Но жена. Как же супружеский долг?
— Слушай, Глебушка, ты сейчас получишь сковородкой по наглой физиономии.
— Хорошо, не хочешь по-хорошему… — процедил, отправляясь мимо гостиной в свой кабинет.
С интересом ждала продолжения спектакля. Муж вернулся через минут десять, довольный и с каким-то листком. Смущенно заметила, что возбуждение до сих пор не спало. Вот ведь…
— Это — сиськи, — показал мне листок, где этот ненормальный распечатал одну из моих фото из инсты.
— Это я в платье, — возмутилась.
— Вырез видела? — указал на мое декольте
— И? — сжала губы, подумаешь, немного откровенно, сосем чуть-чуть.
У меня красивая грудь, что теперь, я её прятать должна? У некоторых её вообще нет, а у меня есть! Причем, раньше я очень сильно комплексовала, считала её слишком большой. Но сейчас понимаю, она у меня идеальная.
— Не хочешь решать проблему вместе, я решу её сам, но ты в этом тоже поучаствуешь, — ехидно улыбнулся, направляясь наверх.
— Что?! — бросилась за ним, как этот успел в спальне закрыться в ванной комнате. — Не вздумай дрочить на мою фотографию! — завизжала, не забыв топнуть ногой.
— О да! — раздалось из ванной.
Что да? Он же это не сделает?
Судя по учащённому дыханию, уже делает.
Меня аж колбасит от злости.
— Да чтоб ты не кончил, говнюк! — крикнула на эмоциях, утопав на первый этаж.
Когда Глебушка спустился на первый, сверкал, как бриллиант.
— Твоё пожелание не сбылось, — широко улыбнулся.
Моё лицо исказилось, даже не хочу думать об этом. Я уже удалила ту фотку из инстаграма. Переоделась во все закрытое, мне только паранджи не хватает.
— Если ты уже прочистил свою головку, и она больше не мешает тебе думать, будь добр, расскажи про частного детектива, — сделала вид, что мне всё равно, чем он там занимался.
— Что тебя интересует? — спросил, играя мышцами груди, и включил кофемашину.
Мог для приличия футболку напялить. Нет, я совсем не засматриваюсь, там даже нормальных кубиков нет, так, жалкое подобие. Фыркнув, отвернулась, потом вспомнила, что он меня спрашивал, и неохотно посмотрела в его сторону. Тот же, наоборот, во мне дыры прожигал.
— Меня интересует все. С чего отцу нанимать частного детектива?
— Нашим отцам, — поправил Глеб.
— Так с чего? Они вроде думают, что мы счастливы, — скривилась.
— Они хотят общего наследника, а тебя всё нет дома, старики засомневались, что мы действительно счастливы. Ещё некоторая информация про меня всплыла, одна дура решила пошантажировать, и к ним попали пикантные фотографии.
— Да ты издеваешься! Ты что, не мог трахаться без палева, обязательно мне рога отращивать в глазах папы?! — разозлилась.
— Я и так долго держался, уж извини, ты там тоже не вела монашеский образ жизни, — скривился.
— Следил за мной? — меня заколотило.
— Ты моя жена в глазах общественности, мне не хотелось позора, — важно заметил.
— А меня, значит, можно позорить?! — взорвалась, бросившись через стол к муженьку.
Задушу!
Глебушка только сел за стол, хорошо, что без кофе, иначе бы обожглись. В общем, у меня как красная пелена перед глазами, ну я его и давай душить, упали на пол. Глеб, матерясь, пытался отцепить мои руки от своей шеи, психанул, скрутил, подмял под себя и поцеловал.
А я ответила…
Всю свою злость в этот поцелуй вложила, может, от этого и полностью крышу снесло.
Не знаю, до чего дошло бы все, я уже начала ему спину царапать, а этот мою грудь мацать, если бы не прозвенел домофон.
— Кто это? — спросила, преодолевая помутнение рассудка.