- Для начала похороним наших товарищей, - ответил Войцех, он был у траппёров за старшего.
Мы похоронили двух погибших траппёров и предали огню тело эльфа, а с волков траппёры быстро и ловко содрали шкуры. Останки волков мы затем оттащили в лес и забросали ветвями.
- Вот только не пойму, - сказал я, - почему вы на этом берегу. Ведь я всё время шёл по правому берегу речушки.
- А разве ты не Колдовской Град ищешь? - с удивлением посмотрели на меня траппёры и эльфы.
- Колдовской Град? - переспросил я. - Забавно, я ничего о нём не слы-шал. Честно говоря, я собирался искать девчонок несколько иным способом.
- Естественно, - внезапно согласился Войцех, - если ты видишь Волчьего Поводыря, Оленью Пастушку, то ты спокойно узришь Колдовской Град...
- Ну, это ещё неизвестно, что я узрю, ведь я его расположения не знаю.
- Почему же ты так уверенно шёл вглубь Ведьминской Вотчины? Никто не рискует забираться в её глубины. Только с помощью эльфов.
- А что без эльфов не получается? Разве трудно дорогу запомнить?
Траппёры и эльфы расхохотались.
- Запомнить дорогу? - сквозь смех спросил Жан-Луи. - Да в этом лесу всё меняется, чуть ли не ежечасно!
- Я ничего не заметил...
Траппёры и эльфы с удивлением воззрились на меня.
- Неужели, ты видишь всё в истинном свете? - недоверчиво спросил Рондолл.
- Да не я вижу, а вот эта штуковина, - постучал пальцем по шлему я. - Не буду забивать вам головы, считайте, что этот шлем разгоняет все мороки и наваждения.
- Тогда тебе повезло, - кивнул головой Войцех. - Ведьмы и чародеи оберегают свой Колдовской Град особыми заклятиями. На границах их вотчины эти мороки и наваждения слабые, и люди ещё могут по лесу ходить, но стоит углубиться в эти леса, как колдовство меняет всё. Вечером перед тобой была поляна, ты просыпаешься утром, а её и след простыл. Только по рекам и можно двигаться, чтобы не сбиться с направления. Но, ни одна река, текущая к границам Ведьминской Вотчины не протекает рядом с Колдовским Градом. А те реки, что текут рядом с ним, впадают в озеро, не имеющее наружных стоков.
- А по горным вершинам разве нельзя ориентироваться? - уточнил я.
- А как по ним ориентироваться, если ведьмы с чародеями их всех на одно лицо делают? Разве какая приметная гора попадётся, так ведь таких гор - раз два и обчёлся... Поэтому-то только на эльфов и надежда.
- Понятно... и что вы теперь делать собираетесь?
- Пойдём вслед за тобой. Ведь ты не собираешься поворачивать назад?
- Нет, конечно. Только за каким чёртом вам это надо?
- Надо же посмотреть, как человек доберётся до Колдовского Града, и что он там будет делать. Потом людям расскажем.
- Добро, только идите за мной следом, не слишком приближаясь. Эту ночь проведём вместе, а потом разбежимся.
Траппёры и эльфы дружно кивнули. И мы начали устраиваться на ночлег. Эльфы, как известно, не нуждаются в сне, поэтому я и траппёры безмятежно проспали всю ночь под их защитой. Утром мы вежливо распрощались, и я отправился своей дорогой. По пути я несколько раз проделывал эксперименты - поднимал с глаз щиток шлема, и убедился, что траппёры правы. Действительно, сенсоры шлема разгоняли мороки и наваждения, невооружённым взглядом я видел совершенно иную картину.
Я опять ступил в воды реки и двинулся вверх по течению. По дороге я начал внимательно разглядывать горные вершины, окружавшие широкую долину, по которой несла свои воды река. Если верить словам траппёров, а сомневаться в их правдивости не было смысла, то рано или поздно река отвернёт в сторону. И пробираться в сердце горной страны придётся другими путями. И на всякий случай стоило взобраться на горную вершину и посмотреть, как поведёт себя медальон. Если он начнёт действовать, то нужда в каких-нибудь других ориентирах отпадёт. Однако внезапно всё повернулось так, что у меня появился провожатый.
- Здравствуй, чужестранец, - неожиданно услышал я голос Оленьей Пастушки.
Я обернулся на голос, нимфа стояла на берегу, стройная и изящная.
- Барышня, а вам не кажется, что такой хрупкой девушке небезопасно бродить поблизости от Волчьего Поводыря? - спросил я.
- Ты видишь меня? - удивилась нимфа. - Ведь сейчас я не сняла с себя покров невидимости.
- Естественно вижу, - усмехнулся я. - У вас сейчас на голове венок из каких-то цветов. И туника чем-то украшена, а не простая, как в прошлый раз.
- Странно... - начала Оленья Пастушка.
- Ничего странного, вот эта штуковина помогает, - перебил я её и как перед трапперами постучал пальцем по шлему.
- Магический шлем?
- Ну,... будем считать так, хотя это и не совсем правильно.
- Понятно... А насчёт Волчьего Поводыря не бойся, он ничего не может сделать мне. Мы с ним равные по могуществу. А в Лесном Круге равный не в силах сразить равного. Если только ему не дадут дополнительные силы Выс-шие Властители. Но такого никогда не бывало, Властители стоят на страже Равновесия и не позволяют Весам качаться.
- Рад за вас, - сказал я и уточнил, невзначай. - А эти Властители, они не в Колдовском Граде обитают?
- Да нет, - рассмеялась нимфа, - там Правители Лесного Круга находятся, а Высшие Властители, им подвластно всё мироздание.
- А вот борьба священнослужителей с магами, ведьмами, противоборство людей и эльфов, это тоже входит в равновесие? - задал я очередной вопрос.
- Конечно! Иначе кто-нибудь из магов обязательно возомнит себя равным по могуществу с Властителями и постарается низвергнуть их. А это надолго выведет Весы из Равновесия.
- Интересно,... а теперь позвольте спросить, чем обязан вашему внима-нию?
- Я решила показать тебе дорогу к Лесной Твердыне, так называется Колдовской Град. Это город где живут Правители Лесного Круга. Ты ведь туда стремишься?
- Стремлюсь я туда, но с вами не пойду, - отказался я.
- Почему? - растерялась нимфа.
- У вас под туникой ничего нет, и она вплотную облегает ваши плечи, бёдра и грудь. Как вы думаете легко подобное вытерпеть? Особенно на вашей безупречной фигурке?
- Ты боишься, что страсть захлестнёт тебя, и ты попытаешься мною овладеть?
- Я боюсь не того, что не сдержусь, а за свои истрёпанные нервы. Удер-жаться, я удержусь, но скольких нервов это будет стоить. А у меня серьёзные дела впереди.
Нимфа вздохнула, понимающе кивнула головой.
- Увы, я не могу сильно изменить свой облик,... но я подумаю. Ты сейчас иди, а я тебя догоню.
Оленья Пастушка шагнула в заросли и буквально растворилась в них. Я только покачал головой и двинулся дальше. После полудня я сделал привал для обеда и отдыха, а затем опять двинулся в путь, уже с твёрдым решением не позднее завтрашнего утра оставить реку и начать взбираться на одну из окрестных вершин.
Солнце уже клонилось к закату, когда меня опять окликнула Оленья Пастушка.