Лейтенант Когинс хмуро смотрел на темнеющее небо. Надвигалась ночь, а от разведчиков не было ни слуху ни духу. Его порядком раздражало это подвешенное состояние, а потому молодой оборотень вышел из просторной палатки и, остановившись рядом с входом, стал напряженно вглядываться в даль, вслушиваться в малейший шорох, доносившийся со стороны леса.
Командир его полка выбрал это место для лагеря неслучайно. Небольшая поляна посреди темного леса идеально подходила для вынужденной стоянки пятидесяти людей – всего, что осталось от Ирвентского полка за долгое время войны. Изначально капитан Гортон располагал пятьюстами душами, храбрыми и отважными офицерами, большинство из которых ныне полегли в неравном бою. Но пятьдесят – это не окончательная цифра. Примерно тридцать человек сейчас находилось в лазарете и они были вынуждены проходить там вынужденное лечение. Человек десять пребывало в плену. Сам же капитан был искусным профессиональным воином, который к тому же позаботился о том, чтобы взять с собой парочку дорогостоящих охранных артефактов. Почему он не порекомендовал сделать то же и своим подчиненным? Да потому, что во всем Золотом королевстве осталось очень мало магов-артефакторов, способных изготовить подобную вещицу. А это был подарок от самой королевы лесных фей… когда-то давным-давно. Тогда еще это прелестное во всех смыслах создание не хотело смерти миллионам его соотечественников.
Лукас догадывался об этом, но не спешил делиться информацией с товарищами. Каждый божий день он старался выжить, старался сделать хоть что-то, что поспособствовало бы разгрому армии орков. Но он ничего не мог придумать. Кроме того, он, несомненно, чувствовал себя виноватым перед Марианной Гиллтон, которая по-прежнему была заточена в стенах убогого монастыря по воле родных и по его собственной глупости. Три долгих года относился к этому спокойно - тогда он не знал, во что превратилась жизнь этой девушки. Но сейчас, когда сама судьба вновь свела их лицом к лицу, он ярко осознал, что своим поступком перечеркнул Марианне все светлое будущее.
Сначала девушка его пожалела. Боги, как такое возможно?! Во-первых, Лукас сам по себе презрел жалость в любых ее проявлениях. Но когда бывшая леди, а в настоящем послушница монастыря богини Эште вместо лютой ненависти изобразила на своем милом личике жалость…это его взбесило. Богиня, это самое тяжелое наказание в жизни – быть слабым и беспомощным, принимать помощь от той, которая сама когда-то пострадала от его же рук.
Звезды усыпали ночное небо, в лагере слышался веселый смех товарищей по полку, а он сидит и думает о леди Гиллтон…почему? Наверняка потому, что он во второй раз оставил ее. Не бросил, нагло соврав, как тогда. Но ушел обратно на фронт. Встретятся ли они когда-нибудь снова? Определенно да…если война завершится победой Золотого королевства. Тогда он вернется в столицу и непременно заставит лорда Гиллтона вернуть дочь домой. Она ни в чем не виновата… Это все он. Он приворожил ее на балу три года назад, он же и очаровал совсем недавно в монастыре. Сердится ли она? Обижена ли и желает мести? Да. Да, да и еще раз да! Сломлена ли? Нет. После стольких лет разлуки Марианна встретила его красивым распускающимся цветком, пусть и обернутым в грубую мешковину. Она была все так же сдержанна и добра к нему в то время, когда Лукас так остро нуждался в ее помощи. Она обрабатывала ему раны, а он… конченый мерзавец. Нет, ему никакой победой не искупить всей вины перед этой девушкой.
Вдали между вековыми елями показался огонек от факела. Разведчик вернулся. Мужчина перенастроил зрение…Тогда стало ясно, что разведчик не просто идет, а бежит, пытаясь оторваться от погони.
- Вот те раз… - пробормотал Лукас и метнулся в палатку. – Тревога! Все быстро по местам!
- Вот это новости! – удивленно воскликнул подоспевший Джейсон. – Парни, а ну покажем этим нелюдям, где раки зимуют!
- Покажем! – откликнулось сразу пятеро мужчин.
Лукас и Джейсон первыми выскочили наружу. Когинс прихватил с собой пару взрывающихся магических шаров, два сюрикена и стальной острый меч. Его друг запасся также мечом, двумя отравленными клинками, а еще луком со стрелами. Мужчины, не сговариваясь, ринулись наперерез врагу.
Их было много. Орки сами по себе народ довольно габаритный, поэтому численное превосходство людей никак не повлияло на ход битвы. Разведчик, которого удалось засечь с помощью магии лесных фей, привел их точно в логово противника, который ко всему прочему не был готов к нападению. Какая удача!
Но неожиданно из лагеря повалили люди. Откуда они прознали про наступление орков, было и останется тайной для самих орков, но не для Лукаса. Молодой оборотень одним из первых бежал навстречу своей гибели – это понимали все, но только не он. Когинс-младший был одержим мечтой о победе, что придавало ему сил и храбрости. И судьба улыбнулась ему…
Подобно разъяренной фурии, он ворвался в неровный строй уродливых, по его меркам, великанов и принялся наотмашь орудовать мечом, тем самым привнеся в их ряды некоторое волнение. У этих громил в арсенале были вполне примитивные орудия: мечи, секиры и дубинки. Магической составляющей (лесных фей) в округе не наблюдалось. Лукас почувствовал это и позволил себе немного расслабиться. На его стороне была сила, скорость и выносливость, а также магический дар.
Сослуживцы уже присоединились к Лукасу и нашли каждый по одному сопернику. Оставшиеся солдаты не сидели без дела и решительно пробирались в тыл противника. Молодой оборотень не спешил идти с ними. Ему было очень важно разобраться здесь и сейчас с уже существующей угрозой. Поэтому лейтенант Когинс бил, крушил, резал, уворачивался, отбегал и вновь нападал. Орки ревели от боли, махали массивными кулаками, топали, пытаясь придавить досадное препятствие, которое все никак не хотело умирать под их мощным натиском.
Но Лукас верил в себя, и поэтому фортуна благоволила ему. Вот уже первый громила бездыханный лежит на земле. Где-то неподалеку Джейсон добил второго. Имеющийся противник плавно истреблялся людьми, которым до чертиков надоела эта глупая затяжная война. Казалось бы, вот был мир, всех все устраивало. Но предводитель орков захотел оккупировать наземное пространство именно в землях Золотого Королевства.
Все дело в том, что орки издавна жили преимущественно под землей. Они всегда находили и обустраивали подземные пещеры, либо селились прямо на скалах и в глубоких ущельях, расщелинах. Но теперь барон Горг решил все иначе. Этот величественный орк, всегда относившийся к расположению собственного королевства лояльно, вдруг захотел больших территорий. Но люди в своем прогрессе ушли далеко вперед, а потому являлись очень опасным противником в бою. Поэтому-то у орков и произошел союз с лесными феями. Пока было не ясно, почему же эти волшебные существа примкнули к барону в борьбе за территории, которые всегда принадлежали исключительно людям. Внешне феи никакой выгоды от войны не получали. Но должно было быть что-то, что заставило лес встать против людей. Лукас уже давно задумывался об этом, но все никак не мог найти подходящих ответов на свои размышления.
С помощью лесных фей война стала равной. Каждый божий день погибали люди, орки и феи, но обе стороны продолжали борьбу. Абсолютное противостояние, которое обещает продолжиться до самой смерти последнего бойца. Лейтенант Когинс, как и многие, понимал это. И он заражал своим азартом остальных. Оставшиеся в живых мужчины, играючи расправлялись с недругом, все активнее и активнее внедряясь в изрядно поредевшие ряды орков.
Уклон от удара, выпад, взмах мечом, прыжок назад. И вот уже третий орк заваливается на бок от тяжелой руки молодого оборотня. Но время – золото. Два сюрикена идут в бой, и еще два орка с проломленными черепами падают замертво. Пятеро. А их еще порядка трех десятков. Не было бы в непосредственной близости товарищей, можно было бы положить всех разом с помощью магии. Приходится действовать своими силами. Судя по ощущениям, недалеко деревня. Там их еще больше. Богиня, что же это…
Уже двое человек из полка убиты. Необходимо срочно найти какое-то решение, чтобы истребить, испугать, выгнать чужаков. Взрывающийся шар не помощник, слишком много своих рядом. Меч против меча. Ловкость и скорость против массы и секиры. Была-не была… магия, где ты?
Лукас призвал стихию Воды, и его пальцы приятно закололо от заигравшей в жилах нетерпеливой энергии. Иногда он позволял себе такую маленькую слабость, как использование магии против абсолютно не наделенного даром противника. И то лишь в тех случаях, когда точно знал, что истощение его магического резерва не приведет к тяжелым необратимым последствиям, таким как собственная слабость или смерть оказавшегося в непосредственной близости товарища.
Привычно сконцентрировав силу в левой ладони, Когинс-младший преобразовал ее в светящийся голубым светом энергетический шар. Вплел в структуру заклятие забвения и вселил получившуюся смесь в меч, всего-то переложив оружие из одной руки в другую и обратно. Теперь ему можно было не тянуться к противнику, чтобы всадить острое лезвие в мягкую разгоряченную плоть.