Василиса была облачена в любимый костюм кроптера 1 ранга, и они вместе собирались ехать к ней на работу.
За прошедшее время много всего произошло. Во-первых, смена власти в Ссарии. Точнее… не смена, сменять ведь было некого — Пеларин разделался со всеми своими дружками. Из столицы прислали нового строгого мэра, который примчался со своей командой советников. Весь город терпит серьезные изменения, но это только к лучшему.
Во-вторых, Василиса беременна. И он с удовольствием трогал ее выпуклый животик. В униформе живота почти не видно. Правильнее сказать, ему видно, только потому, что Тео знал, что он есть. Они сейчас должны были отправиться к ней на работу, ведь по официальным датам ее реабилитация после тяжелого ранения и отпуска сегодня нужно было предстать перед временным начальством, чтобы узнать о своей судьбе. Возможно, ее уволят, возможно, понизят в ранге, возможно, оставят всё, как есть, но Василиса почему-то считала, что последнего точно не случится. Тео считал это несправедливым, но почему-то по отчетам королевских советников выходило, что Василиса показала себя с самой худшей стороны, и её требовалось за это наказать.
— К такому нельзя быть готовой, — вздохнула она.
— Это да, — тоже вздохнул Тео. — Но за то после всего этого маразма мы пойдем развлекаться. Пообедаем в твоем любимом ресторанчике, а после приедет моя мама.
— Прошу… прекрати меня расстраивать, — надулась Василиса.
Когда его мама узнала, через какие приключения им пришлось пройти, она была в ярости!.. Тео никогда не слышал, как мама ругается, а три месяца назад услышал столько всего, что Василисе оставалось лишь посочувствовать. Мама считала во всем ее виноватой, ибо «заставила моего милого сыночка участвовать в своих опасных делишках» и «да он же из-за тебя чуть не погиб»! В общем, если поначалу мама как-то не была против Василисы, то теперь…
— Думаю во всем виноват мой папа, — сказал Тео утешающее. — Он бросил маму из-за военной службы. У тебя тоже военная карьера, и она боится, что сначала я шишек набил, а потом ты меня бросишь… Вот через годик другой, когда она увидит, как мы с тобой счастливы, ее отношение изменится. Вот увидишь, все наладится!
— Я тебя столько месяцев добивалась не для того, чтобы бросить… — буркнула Василиса, а Тео улыбнулся.
Она его добивалась. Сама мысль грела душу так, что он чувствовал себя королем мира. Она заметила его улыбку и продолжила ворчать:
— Стоит, понимаешь ли, лыбится… Лучше бы поцеловал.
Тео незамедлительно принялся выполнять ее каприз. Уж что как, а целоваться с ней ему всегда хочется. Дверь в гостиную вдруг открылась, и дом вошла Крайли. Впереди себя она несла красивую резную корзинку из дерева, которая чем-то смахивала на люльку. Милая вещь, но Тео считал, что, во-первых, слишком рано для покупки чего такого, а во-вторых, корзинка?.. Фи… почему не самая настоящая кроватка?
— Доброе утро, — поздоровалась помощница с ними. — Ваш заказ, госпожа, прибыл! С самого утра побежала на почту, чтоб эта милейшая вещь скорее оказалась у вас.
— Спасибо, Крайли, — широко улыбнулась Василиса, и приняла корзинку из ее рук. — Она гораздо больше, чем было указано в каталоге. Или мне кажется?
— Я подумала о том же, — закивала головой Крайли. — Но в каталоге было указано, что если она не подойдет, то можно обменять на другую.
— Нет, пусть остается… Она мне так нравится!
Тео нравилось наблюдать за новым общением Василисы и Крайли, которые раньше и взглядом перекинуться не могли, как тут же б погрызлись. Теперь они дружат, и пусть жене не нравится, когда Крайли обращается к ней официально, как и к нему самому, но дружить это, в любом случае, не мешает. Он и сам всегда говорил помощнице, что она может обращаться на «ты», и как ей удобно, но в том-то и дело, что Крайли нравилась их официальность, и они спорили с этим вяло, или не спорили вовсе.
— А мне не нравится, — сказал Тео. — Корзинка?.. Серьезно?.. Почему не кроватка?
— Кроватка нам еще не скоро понадобится.
— Можно подумать корзинка пригодится на следующей неделе, — хмыкнул Тео. — Мы в лес за грибами пойдем, да?
Крайли и Василиса переглянулись, а после помощница выдала:
— Как же я вам сочувствую, госпожа.
— Да… — вздохнула Василиса и окинула мужа таким взглядом, словно раздумывала сломать ему что-нибудь или простить?
— Может, если он… ну… мягко говоря… лопух такой, то сами ему всё объясним, а?
— Нет! — засмеялась Василиса. — Пусть ему потом сюрприз будет! Он же их обожает!
— Это да! — кивнула Крайли.
— О чем вы говорите? — насупился Тео.