Когда обычные тосты были закончены, началось особое веселье. Ну, что говорить, только русские могут пить жидкость отравляющую организм за здоровье! Когда у большинства уже язык начал отличаться особой гибкостью пошли песни и танцы.
Очень надеюсь, что завтра я этого не буду помнить!
— Вадик, а как насчет стриптиза на столе? — поддел повара Димка.
— Ни за что! — выкрикнул он и, по-моему, готов был перекреститься.
— Ой, да ладно тебе, в прошлый раз даже уговаривать не пришлось! — вставила я.
— В прошлый раз я слишком много выпил.
— Да ты так не переживай, мы сейчас это исправим и напоим тебя до того же состояния! — сказала Настя.
— Нет!
— А Сашка тебе компанию составит, чтобы скучно не было! — поддакнул Димка.
— Эй, чудики алкогольные я на это не подпишусь! — запротестовала я.
— Вот не могу я понять женскую логику! — высказался Глеб, внимательно посмотрев на меня. А почему сразу я? Что я такого сказала?
— Ой, вот только не надо жаловаться, что мужчины не понимают нашу логику! Представьте, какого нам? — парни отвлеклись от своих тем и обратили внимание на нас с Глебом, — вы сталкиваетесь с нашей логикой иногда, а мы с ней живем! И сами себя порой не понимаем, а вам уж куда?
— Дамс! — протянул Вадим и почесал нос, — железный аргумент.
Что было дальше, и как я попала домой, хоть убейте, не помню! Еще ни разу я не напивалась до такого состояния. Хотя тогда это наверное были заслуги Тоши, который очень следил за этим, в промежутках того как сам же подливал.
Обняв керамического друга я «пожаловалась» на слабость организма и немного протрезвев, направилась в ванную. Прохладный душ привел меня почти во вменяемое состояние и, закутавшись в полотенце, я пошла спать.
Знаете что такое закон подлости? Да это моя жизнь! Только я устроилась на кровати, как за окном начали петь, хотя не петь, а орать. И мало того, что я не могла из-за этого уснуть, так еще и как в том анекдоте начала подпевать этим идиотам. Дружно спев «Катюшу», «На поле танки грохотали» и еще парочку задушевных они успокоились, а мне захотелось еще. Может к ним присоединиться и развести ребят еще на парочку?
Утро далось мне ужасно! Голова гудела, ручки тряслись, ноги не слушались, а про организм и вовсе промолчу. Вот надо было вчера поддержать эту дурацкую идею выпить? Знала же, что утром будет плохо. Хотя не плохо, а хреново!
Кое-как подняв свое измученное тело, я поплелась в душ. Стоя под теплыми струями воды, я напевала вчерашние песенки. Вот черт застряли же в голове и не вытрясешь. Выйдя из душа, я надела шорты и свободную футболку с забавной надписью: «Я маленькое, белое, нежное, пушистое существо с искренней душой и чистыми помыслами, а не МОНСТР!»
Самое лучшее средство от похмелья это рассол, но где его взять? Эх, горькая судьба у непрофессионального алкоголика. Ладно, хоть чай есть, авось не помру. Я налила ценной жидкости и уселась за стол. Голова медленно начала мыслительные процессы и на душе стало чуточку легче — значит не все потерянно для меня. Почти человек, а это уже что-то! Я улыбнулась своим мыслям, которые не отличались особым умом. Правильно же говорят не все, то мысли что приходят в голову.
Мое болезненное утро было нарушено наглой рожей, которая зашла на кухню и начал шуметь посудой. Ну, не сволочь? Мне плохо ведь! Старательно игнорируя Сергея, я уставилась в окно.
Наконец я допила чай и, сполоснув бокал, собиралась скрыться в комнате, и ежу-то понятно, что походы по магазинам сегодня отменяются, но везение как всегда было «на моей» стороне. Сергей схватил меня за руку и развернул к себе лицом. Минут пять мы просто смотрели друг на друга, хотя нет, он смотрел, а я пыталась подобрать слова, чтобы послать его, но мой организм крайне этого не одобрял — похмелье, а еще и думать заставляют.
— Ты ничего не хочешь сказать? — наконец-то спросил он.
— Зачем? — выдала я великий «ответ».
— Ты в каком вчера состоянии домой пришла? — Ой! Похоже, папочка завелся.
— В расслабленном! Тебе то что? Я тебя вчера не послала? Могу сегодня организовать и подробно объяснить путь в турне! — Ого, вот что надо было организму, чтобы начал нормально работать — злость.
— Я хотел извиниться! — сказал он.
— Ну-ну, последнее время я принимаю извинения только в письменной форме.
— Саша, хватит! Я действительно хочу извиниться перед тобой!
— Слушай у тебя, что спермотоксикоз головного мозга? — выдала я, — с чего это ты решил извиниться?
— Я не хотел тебе делать больно своими словами!
— А ты и не сделал! — упрямо заявила я.