— У меня сообщение чрезвычайной важности. Высший приоритет. Пожалуйста, ответьте!.. — настойчиво и деловито заговорил Харрис. Через некоторое время ответил его непосредственный начальник.
– Что у вас? — спросил микшированный электронный голос.
— Мистер Голд, у нас проблемы. Мы подверглись нападению штурмовых подразделений Митрила. Они захватили мое судно, и теперь пытаются взломать «хранилище».
Человек на другом конце линии помедлил, обдумывая сообщение Харриса, и спросил:
– Так что вы планируете предпринять?
— Ну, я…
– Вы рискуете ценным оборудованием и информацией, используете незащищенную линию связи, отнимаете у меня время, не так ли? Ответьте мне что-нибудь.
— Я... я постараюсь захватить девчонку и спастись. Если вы подготовите пути для эвакуации.
– Вы полагает, что у вас получится?
— Безусловно, — ответил Харрис. У него просто не было иного выбора. — Также, мне нужно ваше разрешение использовать механизмы, которые были замаскированы в провизионных выгородках. Если я смогу задействовать их, чтобы создать беспорядки, я воспользуюсь ситуацией и добьюсь необходимого результата.
Собеседник помолчал.
Для Харриса секунды тянулись подобно вечности.
– Хорошо. В любом случае, они были помещены там именно в предвидении такой ситуации. Что касается содержимого «хранилища»… не беспокойтесь об этом. Я изложу сложившуюся обстановку своим коллегам, а вы займитесь делом. О процедуре эвакуации я сообщу вам впоследствии.
— Б-благодарю. Я оправдаю ваше высокое доверие и определенно сумею выполнить задачу. Моя неколебимая лояльность организации…
– Я понял вас. Поторопитесь и начинайте действовать.
Не дожидаясь ответа, мистер Голд прервал передачу.
В то же самое время
где-то в Восточной Азии
Собравшиеся на совещание представители нуклеуса исполнительного штаба, внимательно слушавшие переговоры с Харрисом, принялись выражать свое неудовольствие.
— Он безнадежный дурак.
— Кажется, думает, что мы еще не имеем представления о ситуации.
— Вероятно, было бы неплохо контролировать ситуацию с самого начала.
— Раньше мы имели обыкновение полагаться лишь на достойных подчиненных.
Слышались и другие едкие и циничные замечания.
Мистер Голд, не дрогнув ни одним мускулом лица, внушительно посопел.
— ...Не буду отрицать, что Харрис — идиот. Но выбор такого человека не был случайным.
— Это раздражает. Не проще ли было похитить ее в любой обычный день? Мы продолжаем действовать окольными путями...
— Действительно. Любопытство — это замечательно, но это уже зашло слишком далеко.
— И почему нас не проинформировали относительно этой операции оперативной группы ТДД-1 с самого начала? Это можно расценивать как акт предательства.
— Напротив, это нечто совершенно противоположное, — сказал мистер Голд невинно. — Нет никакого смысла оставлять девчонку в покое и дальше. Вам не кажется, что недавний инцидент с мистером Айроном сделал это очевидным?
— Тот самый предатель, Айрон?
— Кажется, здесь замешан и тот ублюдок, который убил мистера Калиума?
— Верно. И есть еще кое-что, что я не понимаю. Каким образом во всей структуре Митрила только Западно-Тихоокеанская флотилия заподозрила этот лайнер? Даже генерал Амитт, руководитель разведывательного управления Митрила, решил, что «Пацифик Хризалис» чист, как голубь. Однако, подразделение «Туатха де Данаан» взяло на себя смелость провести такую дерзкую операцию, расследовав дело самостоятельно. Почему так получилось? Наиболее вероятная причина — утечка информации.
Кто-то щелкнул языком.
— Айрон, точно. Наверняка это был он.
— Он ведь пытался сжечь Гонконг дотла только для того, чтобы позабавиться.
Перед их умственными взорами предстала тонкая, покровительственная улыбка мертвеца. Некоторые из руководителей неосознанно поежились.
Теперь кодовое имя офицера Амальгам звучало издевательски. Железо не смешивалось с ртутью, и поэтому не могло стать амальгамой.
— Что вы планируете делать теперь? В таком случае, эти ворюги из «Митрила» захватят всю информацию, что есть на судне, и спокойно уйдут.
— Да, они попытаются. Ценность этого оборудования уже невысока, но... даже в таком случае, не стоит позволять им поступать, как вздумается.
— Вы говорите так, как будто это дело уже улажено.
— Три гидроплана дислоцированы в прилегающей акватории. Каждый из них несет на борту «Левиафан». Они уже должны были прибыть на место.