Выбрать главу

Аналитик сегодня вообще не собирался составлять прогноз на будущее своего предприятия, но ощущения, которые иногда возникали спонтанно и при этом никогда его не подводили, заставили провести анализ ситуации. На этот раз комп словно взбесился, подкидывая данные, на которые раньше Алкос вообще не обращал внимания. В результате получилось, что в ближайшее время нужно ожидать нападения на его собственный дом с последующей потерей всего ценного, что в нем имелось.

«Этого только не хватало! — мысленно возмутился Алкос, не понимая, как относиться к сложившемуся прогнозу. — Уничтожение ценного? Сжечь, что ли, мой дом собрались? Причем абсолютно непонятно — кто меня так ненавидит, но есть предположение о мотивах. Дмилыч⁉»

Когда по периметру вокруг дома стали выходить из строя видеокамеры, он начал действовать.

Мысль о будущем пожаре сразу подсказала способ противодействия. Аналитик скомкал несколько бумаг и поджег их под датчиками пожарной безопасности. Потом взял емкую железную посуду и, набросав туда всего, что при горении сильно дымит, и поджег.

Алкос решил не пользоваться подземным выходом. Он забрался на чердак дома и через окно перелез на дерево, ветви которого упирались в фасад здания. Сверху разглядел нескольких типов, подбиравшихся к его особняку. Забраться внутрь они так и не успели — подъехали повозки с пожарными и полицейскими.

«Дмилыч, тебе грозит опасность. Составил себе прогноз, выпало нападение неизвестных, которое сейчас и наблюдаю с безопасного расстояния. Причина — воздействие на тебя, хотя пока не понимаю, почему для этой цели выбрали мою скромную персону. Предприми меры защиты».

Ответ пришел практически сразу:

«Нападение на мой дом уже произошло. К счастью, все бандиты обезврежены. Параллельно едва не лишили возрождения Кента и Карма, которого неслабо так потрепали. Похоже, кто-то жаждет больших неприятностей. Сможешь в семь вечера подойти в ресторан „Ракушка“? Обсудим ситуацию».

«Обязательно буду, до встречи!»

Алкос с Дмилычем познакомились, когда волею судьбы находились «по разные стороны баррикад». Тогда аналитика нанял банкир, намереваясь захомутать своего должника Кента, а неизвестно откуда взявшийся наглый парень стал в этом деле огромной помехой. После того заказа Алкос постоянно влипал в неприятности и терпел убытки. Однако, аналитик он на то и аналитик, чтобы найти, понять и сделать вывод из происходящего. По итогу, стоило ему сменить «полюса» приложения сил, и ситуация резко поменялась — любая помощь Дмилычу оборачивалась прибылью. Вот почему Алкос сразу, как смог, направил ему тревожное послание.

«Немудрено, что напавшие на Дмилыча сразу „обезвредились“ — у парня чуйка на врагов. Интересно узнать, кому ж всё неймется? Снова аптекари на солнце перегрелись? Так вроде не должны, они недавно хороший урок получили…»

После того, как Дмилыч вытащил из Беспределья свою девушку, его популярность взлетела похлеще кинозвезды, особенно — у женской части населения Рубежья. Тут тебе и романтика, и бесстрашный герой. А когда еще выяснилось, что этот герой способен создавать средство, реально разглаживающее морщины… В общем, трудно было понять того, кто в здравом уме начнет охоту на победителя беспредельщиков.

«Неужели Викт каким-то образом раздобыл деньги и решил отомстить? Так вроде о нем пока ни слуху, ни духу, как в воду канул! И мой анализ его никоим боком не коснулся».

Пожарные, между тем, разбили окно и затушили очаги возгорания. Когда уже собирались уходить, увидели спускающегося по лестнице хозяина дома.

— Хвалю за оперативность, господа. Кто старший?

— Ратник с позывным Дантич, — представился тот.

— Сотню упсов хочешь получить?

— Само собой, — кивнул тот.

— Мне нужно выбраться отсюда незаметно.

— Я дружу с законом, и нарушать его не собираюсь, — нахмурился спасатель.

— Полностью с тобой солидарен, уважаемый. Но тут такое дело…. Со мной хочет свести счеты один очень ревнивый воин. Дамочку я подставлять не желаю, да и самого дурака калечить не собираюсь, поэтому будет лучше, если на время просто исчезну. Может без меня у них что-то и получится.

— Так ты же аналитик? — изумленно спросил он.

В Рубежье считалось, что все составители прогнозов стоят выше обычных людских проблем.