Бедный Румбик в это время тихо спал на своей койке, даже не представляя как лёгкий, почти амурный вечер с ужином, плавно переросла в противостояние и заказ на его “привал” заезжему кинжальщику из Сицилии, Маффи Оззи.
Глава шестая
Коллода старший услышал смех в столовой: он работал с некоторыми свитками у себя в кабинете и просто не заметил как пришёл связной от Оззи Маффи. Однако когда его дочурка стала подпрыгивать на первом этаже, в желании окончательно добить пришедшего в их дом гостя своею грацией и разносторонним образованием, старику пришлось отвлечься от своих нынешних дел. Гость смотрел на деву ошеломлённый-постоянно восклицая ”браво” и заявлял о том, что по грации и уму, Анна стала бы украшением университета Болоньи или форума Капитолийского холма Рима.
Подобные высказывания всё сильнее утверждали девушку в мысли что наконец-то нашёлся тот, кто готов оценить её по достоинству и все её предыдущие неудачи лишь от зашоренности провинциалов среди которых она обитает.
Попрыгав в недолгой пляске возле гостя, ибо плясать вовсю и кружить самого Альфонси она не решалась, помня о тех неприятностях что были у неё при подобном обращении с Румбиком-Анна весьма довольная собой уселась рядом с гостем и похлопывая недавнего знакомца по плечам, что основательно затрудняло ему поглощение дармовой еды которую он получил у хлебосольных хозяев, стала радостно, в полный голос, гутарить с ним на отвлечённые темы-постоянно при этом подхихикивая громовым раскатистым смехом.
Именно расскаты её звонкого смеха и гулкое эхо от танцевальный попыток, и услышал старший из семьи Коллода и немедленно спустился вниз, так как ему была непонятна очередная веселость его чада: предыдущая, как хорошо ещё помнило избитое тело старика-закончилась кучей тумаков лично ему и постоянным шушуканьем со смешками в городе, у него за спиной.
В столовой хозяин дома обнаружил свою Аннушку с неким, довольно грязного вида и неряшливого гардероба, молодым мужчиной который показался ему знакомым: ”Прошу прощения, Анна-кто твой друг?”-с подозрением уставился старик на Альфонси, ожидая очередной пакости от падавших словно с неба, кавалеров дочери.
Оба молодых человека вскочили: барышня стала срочно всё на себе поправлять, отчего та часть одежды что сидела опрятно-скособочилась и было ощущение некоей “шалости”, произошедшей до прихода девушкиного родителя, а мужчина вскочил и стал шаркать ножками и часто кланяться, прижимая руку к сердцу.
Последний жест Альфонси так напугал хозяина особняка, да ещё вкупе с попыткой что-то там приладить в нарядах дочери, что он было решил что похождения позавчерашнего дня продолжаются!-Однако в новом, ещё более худшем варианте...Дочь совершенно отбилась от рук! Это заставило его уже прикрикнуть, несколько испуганно и пискляво: ”Кто вы такой, сударь? Что вы делаете в моем доме?! Что вам угодно?!”
Гость немного растерялся от столь яростного обращения к себе, однако Анна быстро проговорила: ”Ах батюшка-не позорьте нас перед заморскими гостями! Это человек из италийских факториальных районов, по поводу дела, о котором вы с кем-то там сговорились”,-Анна шутливо посмотрела в сторону Альфонси, давая понять что прекрасно понимает кто и как будет работать-”Мы с ним немного поболтали о городе и его родной Италии. Всё, оставляю вас-можете спокойно обсудить свои темы.”
После этих слов барышня встала и как ей казалось плавно удалилась в сад, отдышаться от новых впечатлений которые её несказанно радовали с всё новой силой. За последние дни произошло столько романтических встреч и событий-сколько она не могла и припомнить!
Коллода старший внимательно посмотрел на лицо гостя, потом улыбнулся, так как узнал посетителя: ”Вы пришли за инструкциями-не так ли? “ И получив подтверждение своим словам, увёл италика наверх, в свой кабинет.
Так, как пока точно ничего не было известно по поводу обидчика хозяина дома-гастролёр это или местный, да и где он сейчас прячется: ибо ни стража, ни осведомители не знали этого, бывший секретарь и связной с Маффи Оззи условились что завтра, гость с парой слуг будет сопровождать Анну на тавросской ежемесячной ярмарке и если девушка что узнает или вспомнит в лёгкой беседе, то Альфонси должен будет запомнить. Хотя старший Коллода и был уверен в том что преступник затаился и ещё неделю, не меньше-не станет показываться в городе.
После сговора, который чуть было не заставил Альфонси расцеловать старика, ибо он сам ещё только раздумывал как бы опять свидеться с дочерью заказчика, а как теперь выяснилось-его запросто приняли в штаб по сопровождению данной барышни, при выходе в город! Так вот, после сговора о “завтрашних гуляниях”, гость и хозяин попрощались в отличном расположении духа: италиец был уверен что его мечты близки к осуществлению как никогда, а отец Анны-что его дочь в интересной кампании немного развлечётся на ярмарке.
Он сам также думал там присутствовать-но тайно, у одной шаловливой куртизанки с которой его, ещё по прежней службе гегемону, кое что связывало и шанс этот, господин Коллода, ни за что не желал упускать.
Вечером этого же дня, когда было оговоренно Коллодой старшим и Альфонси ”ярмарочное хождение”-в Припортовом районе, в таверне “Бычьок”, шла сходка “шелестов “ участвующих в праздничных мошенничествах: обсуждалось кто и в каких частях рынка будет промышлять, так как кроме “шелестов “, ещё несколько банд Тавроса претендовали на добычу в такие дни, а соответственно и вся территория рынка была разделена на участки не только торговцами и стражей-людьми, что относительно открыто собирали “дань”: первые-с покупателей, а вторые-с торговцев, но и всевозможными мошенниками Тавроса, желающими упорядочить своё сумбурное ремесло.
Договорились о том кто будет отвлекать а кто красть, где допустимо припугнуть жертву, а где-сразу “свалить по-тихому” на каком неприметном выходе с рынка. Где расположится ждать условного сигнала группа силовой поддержки.
Румбика отправили в команду Плётки: они должны были впятером зайти в “мясной ряд” и создать в его узком месте небольшую толчею, отсекая нужного человека от основной массы покупателей. После чего мастер “словесного ажура”, Плётка, должен начать задавать жертве вопросы и всячески его “прибалтывать”-в ход скорее всего пойдут несколько баек, а пока лопух будет зубоскалить вместе с Плёткой, один из старых “щекотунов” банды тихо вытащит набитый монетами кошелёк. Был ещё и вариант с Земелей, которого дали для усиления группы. Румбик должен стоять одним из массовки при заторении прохода и действовать по команде Плётки. Никаких особо сложных манёвров ему, для первого выхода со всеми, доверять не стали и он, хотя и несколько задетый отсутствием доверия к выполнению им сложной работы, что-бы сразу выгодно отличится при Хозяйке, а она также собиралась посмотреть на ярмарку лично, всё же был доволен: то, что его берут на дело-прямое доказательство принятие в банду без всяких условий, теперь никто ему не вспомнит сложностей с зомбодедом на экзамене.
По пути из таверны, Плётка и Земеля, которые решили обойти полупустой рынок и ещё раз посмотреть, а может и оставить метки на примечательных местах, немного стали хохмить над Румбиком:
--Румбик-ты завтра точно ни с кем не сцепишься на рынке? А то всё-таки ярмарка! Вдруг тебе захочется остановить нужного нам зеваку-просто завалив на него десяток окороков из лотка, а нам потом объясняй страже рынка, что мы бедолагу не “хлопнуть” хотели, а лишь немного “общипать”!
--Верно Плётка: Румбик опасен ещё и как “сладострасец” или “сладострастун”...или, как его назвать?
--Наверное Земеля, он у нас ”сладобегун” или “сладопрыгун”- судя по тому что о его похождениях в районе Садов талдычят на улице!
--Ага, ага-проказник тот ещё, одним словом! Нельзя шалопая одного оставлять: или зомбодеду шею свернёт, или в порядочном доме все тарелки перебьёт-вместе с мордами хозяев!
Друзья захохотали после последней реплики и махнув Румбику на прощание-пошли своим путём.