— Вперед, мясо, - подбодрил их сержант.
Михаил почти вбежал в здание, думая о том, как славно было бы сейчас принять душ, поесть и ничего не делать. Что же, его мечты сбылись, в каком-то смысле. Пришло сообщение и вспыхнуло предупреждение на стене, что надо снять одежду, и больше Михаил с Троргом ее не видели. Ударили струи воды, устраивая насильственную помывку и дезинфекцию, затем их просканировали и проверили, вкололи маркер - смесь радиоактивных изотопов, не слишком опасную для здоровья (но и не безобидную) и позволяющую найти их в пределах планеты, или хотя бы материка.
В не боевых условиях, конечно.
Вместо ошейников им вручили униформу, грубоватую, одинакового коричневого цвета, словно созданную под степь вокруг. Не прошло и десяти минут, как отмытые, проверенные и отслеживаемые, они оказались в конце этого конвейера, где их ждал уже другой закрастянин, с все таким же крестообразным зрачком.
Он сидел, развалившись в кресле, которое вибрировало и массировало ему спину и шею. Ноги он закинул на небольшой барьерчик, над которым светились проекции экранов. На экранах отражались Михаил и Трорг, в профиль, анфас и в разрезе, бежали символы, сообщая что-то, наверное, важное.
— Я - Цаках Ульма, - заявил развалившийся, все же выпрямляясь в своем кресле. - Добро пожаловать в первую добровольную армию невольников Закрасты.
Не успел Михаил сказать, что продавшие их были пиратами и вообще не могли распоряжаться чужими жизнями, как манопа получила информационный пакет. Контракт на службу в этой самой добровольной армии невольников, причем уже подписанный от имени Лошадкина. Ссылки на параграфы и законы, но смысл их был прост - его и Трорга купили, и теперь Закраста могла распоряжаться их жизнями, например, подписать за них данные контракты.
Рабство лишало дееспособности, зло отметил Михаил.
Кормежка от пуза, как и обещала прежняя рожа, оружие, обучение, участие в боях и даже денежное довольствие. Один кред в месяц! Один кред, пока не будет отработан долг - ведь Закраста изрядно "потратилась", покупая их, то есть выплатила по пятьдесят кредов за каждого жирному Нессайе. Выплата за бои больше, в зависимости от вклада в них, и свет в конце туннеля - перспектива выкупиться из рабства, отслужить в армии Закрасты в добровольно-принудительном порядке, получить гражданство, начать жизнь с чистого листа и нового импланта.
— Вы станете частью девятого отряда, заслужите право на имя вместо мяса, покажете себя в боях и отработаете долг, или сдохнете.
Манопа послала сигнал опасности, системы в здании активировались, готовые расстрелять их. Будь здесь кто-то вроде Дронго, да с оружием, может еще и удалось бы сразиться, но в нынешнем положении? Михаил покосился на Трорга и мысленно вздохнул. Жирный Нессайя плел паутину интриг, создавая иллюзию свободного выбора. Закраста просто совала в зубы свои условия, прими или сдохни сразу, не трать наши ресурсы.
Но суть, наверное, оставалась одна и та же.
— Всегда приятно видеть условно разумное мясо, - оскалился Ульма.
— Почему условно? - не выдержал Лошадкин.
— Потому что я за карсанг вижу тех, от кого будут проблемы. Но у тебя, мясо, хватило мозгов не дергаться, не нападать и не вещать мне о своих бедах. Галактика велика и всем насрать на проблемы других, ведь и вам было насрать на проблемы Закрасты еще вчера.
Он даже не спрашивал, утверждал и был прав, но от этой правоты у Михаила сжимались зубы и кулаки.
— Не думаю, что покорное, забитое мясо помогло бы вам в борьбе с ысынгунами, - с оттенком вызова откликнулся он.
— Хорошо сказано, но слишком дерзкое мясо, до сих пробующее защиты наших систем на прочность, тоже не поможет в борьбе, - снова оскалился Цаках.
Похоже, количество зубов тоже отличалось от людей, и кажется клыков было больше.
— Впрочем, теперь это проблемы инструктора Мардала, - продолжил Ульма, снова откидываясь в кресле.
А как же инструктаж и техника безопасности, мог бы спросить Лошадкин, но не стал и так все понял. Прилетел новый информационный пакет, карта лагеря и указание на казарму девятого отряда, расположенную в самой дальней (если считать от космодрома) части лагеря.
— Проваливайте! - добавил Цаках, взмахивая рукой.
Они вышли в открывшуюся дверь, под палящее солнце и переглянулись. Сопровождающий отсутствовал, им словно предоставили полную свободу действий. Нехитрая проверка, побегут или нет, чтобы сразу пристрелить и не тратить ресурсы, понял Михаил.