- Нудный ты! - бросила Люда, поднимаясь с лежанки.
- Давай-давай... - подтолкунул её Костя на выход. - Мне работать надо.
- Я никому ничего не... - начала она, но дверь уже закрылась. - Ну и ладно!
Стоило только выйти в коридор и - ах! - подзабытые в уютной Костиковой каморке ощущения, с утра не дававшие Люде житья, нахлынули с новой силой.
"Миклухи-и-ин... Ну, Миклушечка-а-а... Не хочу я с ними знакомиться!" - заныла Люда, споткнувшись об очередной "привет" из-за двери.
"Ну, Лю! Должна же я хоть поздороваться!"
"А я каждый раз должна дёргаться?!"
"Ой, Лю... Ух ты, ух ты!.. А можно туда зайти?"
"Нет!"
"Ну, Лю!.. Ма-ма-а..."
"...Подлизка..."
- Люськин, ну ты идёшь? Чё опять зависла-то?
- Щассс...
Люда вдохнула пару раз для храбрости, постучала и открыла незнакомую дверь с табличкой, которая сообщала, что здесь некие личности, судя по надписи - маньяки, производят "Расчленение разрезов скважин". Легенда сложилась на ходу:
- Здрасьте! Извините, Владимир Иваныч к вам не заходил?.. Ой, какая лилия красивая! А-а-а, это гиппеаструм... Ну ладно, извините...
Обратно Люда вывалилась вся красная и вспотевшая, как будто мешки таскала. Снаружи, уперев руки в боки и многозначительно притопывая носком кроссовка, ждала Юлька.
- Ты чего? - удивилась Люда.
- А ты чего? - подозрительно оглядела её подружка.
- Э-э-э... Ладно, пошли что ли работать, - пожала плечами Люда, надеясь, что хоть там станет легче.
Но работать так и не получилось. Потому что в комнате их ждала полномасштабная геологическая дискуссия. Все "зубры" нависли над столом Романа Ивановыча и решали жизненно важный вопрос о положении на карте каких-то малозначительных слоёв.
- Но ведь тёмноцветные! - вещал Владимир Иваныч с апломбом пророка. - А чёрные сланцы характерны именно для олигоцена!
- Та то е так... - в общем-то соглашался Роман Ивановыч. - А ось же - чорна крейда? [прим. - "мел", породы меловой системы]
- Но микрофауна-то олигоценовая!
- Та то е так... А шо ж - аммониты?
- А переотложены! - азартно вставила Екатерина Львовна.
- Та то е так... А як же - нормальный розр╕з?
- А надвиг не заметили!
- Та то е... Но то вже - вообше!
Под общий смех дискуссия увяла, и тут Владимир Иваныч обнаружил молодёжь.
- О! Девочки, а вот как вы считаете, что приоритетнее в определении возраста - аммониты или глобигерины?
- Шо?.. - Юлькиными глаза стали как иллюминаторы, в которых плескалось голубое море незамутнённого мыслями сознания.
Люда сдавленно "хрюкнула" в сторону и попыталась улизнуть на своё место. Но не успела.
- Людочка, а вы как считаете?
"Раз, два, три и так до бесконечности..." - вставил внутренний голос.
- Э-э-э... - его хозяйка была менее категорична. - А в чём суть?
- Действительно, Дидашенко! Ты б сначала объяснил ситуацию? - вступилась за молодёжь Екатерина Львовна.
- Ну, имеем мы сложный тектонический узел с множеством чешуй и надвигов, а в нём - чёрносланцевая толща. И вроде бы прослеживается нормальный разрез с севера - палеоцен, эоцен... Но такой же вроде бы нормальный разрез имеется с юга - эоцен, палеоцен... Посему, никак не могут решить, куда причленить эту толщу: то ли это самый молодой олигоцен северного разреза, то ли самый старый мел южного. И что самое главное, в самой толще определили, хоть и единичные, но аммониты верхнего мела и... глобигерины олигоцена. Вот и спорят, мел это или олигоцен. А как вы считаете?
- А может, это и то, и другое? - жалобно скривилась Люда, у которой от обилия "-ценов" в голове слегка помутилось.
Дружный хохот был ей ответом. Махнув на Людыно мнение рукой, "зубры" вернулись к столу, продолжая на все лады склонять, изобретённую ею "олиго-мело-ценовую" толщу. Люда потопталась посреди комнаты, отметила исчезновение подруги, которая под шумок уже просочилась к Олежке за комп, и решила, что ей здесь тоже делать нечего. Тем более, что её еще ждал подвиг - триста первая комната. Ибо, если она не поговорит с Матвием, то сама себя съест. А если не съест, то уж точно понадкусывает...
"Лю! Ты собираешься съесть сама себя?! Чтоб Матвию не досталось?! Ну ты жадина!"
-Рррррр...
"Ладно, ладно..."
На этот раз никаких легенд она придумывать не стала, просто вдохнула-выдохнула три раза, постучалась и вошла.
- ...Ой, я так переживаю за нашего Билюченка! - встретил Люду озабоченный возглас Лидии Павловны. - Он ведь такой интеллигентный! Такой воспитанный! Вообще - такой лапочка!
- Куда там нашим совковым плебеям! - поддакнула кудрявая мадам.
- Пора уже иметь руководителя, как во всех цивилизованных странах! - встряла та, кого Лидия Павловна называла Томочкой.
Люда слегка опешила и даже поздороваться забыла. Но, пока она пыталась понять, кого и за что из их начальства собираются сменить уважаемые палеонтологини, её мнущуюся при дверях фигуру увидел Матвий.
- О, прив╕т Люда! Вже ╕ду, - объявил он во всеуслышанье, поднимаясь навстречу. И добавил, как бы извиняясь перед своими дамами: - Володимир ╤ванович просив зайти...
От такой заявки Люда, которая и без того была в критическом состоянии, окончательно выпала из реальности, и возникло нехорошее ощущение, что ею нагло воспользовались. Однако, поудивляться ей не дали - Матвий подхватил её под локоть и деликатно вытолкал из комнаты.
"Э, полегче!.. - даже Миклуха возмутилась таким обхождением. - И шо они все сегодня пихаются! Щас как пихну..." - И пихнула...
- Уй-ють!.. - неожиданно запнулся за порог Матвийчык и с Людою на прицепе вывалился в коридор. За их спинами радостно грохнула дверь.
"МИ-КЛУ-ХА!"
"Оййй..."
Вообще-то Люда совсем не так представляла себе первое свидание! Не говоря уже о том, что никак не представляла... Но пока она мялась и смущалась, Матвий отряхнулся, огляделся и снова прихватил Людын локоть.
- М╕лочка, дуже добре, що ти зайшла, - активно потащил он её по коридору в направлении, противоположном от её желания. - Там наш╕ на гор╕ збираються, а я не знав як в╕дпроситись.
- А-а-а?.. - засомневалась Люда, не успев оформить в слова, обуревавшие её чувства.
- ╤дем, ╕дем! Н╕чого страшного, Льоха вс╕х запрошував. [прим. - "...приглашал"]
- А-и-и... - снова попыталась уточнить Люда и снова ей ответили прежде, чем она поняла, что именно хотела спросить.
- Олежка з Юлькою зараз п╕дтягнуться.
Ну, если подтянутся, тогда её присутствие на дне рождения какого-то неизвестного ей Лёхи можно считать законным... Осталось выяснить только один вопрос.
"Миклуха-а-а..."
...Мрачное молчание в ответ.
"Миклушенька-а-а..."
...Мрачное молчание с обиженным сопением.
"Мацёнька-а-а... трилямбдадеточка-а-а... курдупэльку муй пампухастеньки-и-ий... пацятечку замачеганэньке... [прим. - "поросёночек замурзаненький"]
"Ну ладно, ладно... иди уже. Захцянка-цяцянка, а дурнэму радость..." [прим. - "Прихоть-..."]
- Кхм!.. - непроизвольно вырвалось у Люды.
И тут они пришли...
Почему-то Люда представляла (раз уж они так спешили!), что ждёт их накрытый стол и распившие уже по первой коллеги с традиционным "О! Штрафную!". Не тут-то было! Первое, что она увидела, была рабочая комната, разве что уставленная столами больше обычного, и нормальная трудовая обстановка: кто сосредоточенно стучал по клавиатуре, кто раскладывал на столе стопки напечатанных экземпляров, кто вообще усердно таращился в микроскоп. Как будто ни сном, ни духом, не слышал ни о каком празднике и вообще, она не туда попала!