— Я не для того терпел столько, чтобы отдать тебя другому. Не для того ждал твоего созревания и искал телок, похожих на тебя, чтобы ты дала первому попавшемуся!
— Чт..
— Но в этом есть плюс, — урча, зарылся носом в моей шее. Провел острием языка вверх, прикусил мочку уха и уверенно заявил: — Я, черт бы тебя побрал, его нашел!
— К-какой?
— Ненавижу кровь. Ненавижу чертову осторожность! Но раз ты больше не целка, то и осторожничать мне не придется.
Север поступательно двигался в такт своему учащенному дыханию. Вращал бедрами и терся об меня, задевая бугристой ширинкой сгусток нервов, оставляя на ягодицах болезненные отметины своих пальцев.
Дикость... Что мы творим?
— Север... я... я... — дернулась в попытке слезть с него и более не ощущать его эрекцию.
— Не здесь. Конечно же, я не собираюсь трахать тебя прям тут. Мы можем поехать ко мне.
— Но...
Он опустил меня на пол. На дрожащие ноги.
— Ты забудешь о нем! Больше о нем ты не вспомнишь... Я сделаю все для этого! Я докажу тебе, что ты сильно переоценила Бергера!
Он угрожающе склонился к моему лицу. А в следующий миг я едва ли не распалась на мельчайшие элементы, ощутив между ног чужие пальцы. Грубые и настырные. Довлатов прикоснулся к моей изнывающей плоти, к которой еще никто и никогда не дотрагивался. Сквозь белье, но тем не менее. Для меня это все равно, что голыми руками прикоснуться к оголенному проводу.
— Север, — выдохнула с резкостью, тесно сомкнув свои бедра и натянувшись струной. Забившись в судорогах и хватанув ртом раскаленный воздух.
— Да... да... Ты будешь произносить этими сладкими губами только МОЕ имя... Хочу тебя, Зорина... Пиздец как хочу... — заверил низким вибрирующим голосом, проникающим в меня роем жалящих пчел.
Боже... Если я сейчас же что-нибудь не предприму... Если я сейчас же не включу голову... Если я сейчас не вспомню о том, кого из себя представляет Довлатов, то паду ниже некуда...
— Север, нет! — одернула его руку и резко сомкнула берда, ощущая внизу живота болезненную пульсацию. — Х-хорошо... ладно, поехали к тебе!
— Чт... ты... ты уверена? — недоверчиво с легкой претензией.
— Да! — активно закивала, лихорадочно поправляя подол сарафана и с ужасом понимания, что едва ли не совершила несусветную глупость.
А дальше-то что? Север не отпустит меня, пока не заполучит свое.
Что-нибудь придумаю... Придумаю!
— Что ж.. Тогда дай мне пару минут, — отошел к двери, развернулся и лбом соприкоснулся с деревянным полотном. Тягостно вздохнул. — Постой смирно в сторонке. И не дыши! Не дыши лучше. Дай мне забыть, что ты здесь!
Встала по стойке смирно как было велено, и задержала дыхание, удивляясь его просьбе. А затем тишину разрезал его утробный рык, от которого я вздрогнула.
— Да в жопу все! — нервно гаркнул, сделал выпад и схватил меня за руку. — Пошли! Он все равно сегодня уже не упадет!
Кто не упадет-то?
Я последовала с Севером на улицу. Туда, где громко играла музыка, где по периметру горели гирлянды и фонарики, освещающие двор. Где свежий воздух приятно ласкал взмокшее тело. Где дышалось на порядок легче. И где все подпитые гости провожали нас изумленными взглядами, пока мы спешно пробирались сквозь толпу.
Север не выпускал мою руку ни на миг. С каменным выражением лица он вел меня к выходу. Размашистым шагом шел напролом, не обращая внимания ни на своих дружков, окликающих его, ни на девушек, которые откровенно не понимали, почему он со мной, ни на Бергера, возникшего у нас на пути.
— Куда ты ее ведешь, я спрашиваю? — угрожающе произнес Ян, демонстрируя тревогу в глазах и желание спасти меня из лап "монстра".
— Домой! Ее время на исходе! Или ты не знал, что у нее комендантский час? — издевательски поведал Север в ответ и обошел Яна, нарочно задевая его плечом и увлекая меня за собой.
Точно! Скоро уже одиннадцать. Но ведь Север не знает, что мама разрешила мне вернуться в полночь.
— Лина, как ты? Точно все нормально? — Ян обратился уже ко мне.
Опустив взгляд в землю, я ответила:
— Да, спасибо. Но мне правда нужно уже домой.
— Я тебе чуть позже напишу. Ок?
Север резко обернулся через плечо и устремил на меня два прожигающих лазера.
"Ты — моя!" — красноречиво во взгляде, не обещающем ничего хорошего.
— Да, конечно, спишемся, — тем не менее ответила, после чего Довлатов сжал мою ладонь настолько крепко, что у меня появились все шансы остаться калекой.