— Что там было такого, о чем нужно было предупредить?- спрашивает он, садясь за свой стол.
У меня отвисает челюсть.
— Серьезно? Не притворяйся, что она не...
— Не ходи туда, сынок. - Он качает головой, прерывая меня. — Ей шестнадцать. Мне сорок пять. Это не только незаконно, но и крайне неуместно. К тому же, она будет моей падчерицей.
Я собираюсь открыть рот, и он добавляет:
— И твоей сводной сестрой. - Он пристально смотрит на меня. — Так что держи свои руки при себе и свой член в штанах. - С этими словами он увольняет меня и начинает работать на своем домашнем компьютере.
Я смотрю на Рэйли, сидящую рядом со мной в белом сарафане, и это безумие, как далеко мы продвинулись с того первого дня в этом доме. Я стал для нее разъяренным членом. Но она тоже не была такой милой, какой казалась в тот день. Нет, она вернула его обратно. И так началась моя одержимость ею.
________________
Час спустя, их персонал раздает наши десерты, когда Тиффани смотрит на свою дочь.
— Рэйли, дорогая, ты была тихой. Все в порядке?
— Хорошо, мам, - отвечает она, не потрудившись поднять глаза. Я прячу свою улыбку за ободком мимозы, который, как я решил, мне нужен после того, как мой стакан с водой закончился. Ее телефон звонит, посылая сообщение, и она достает его из сумочки, которая висит на спинке стула.
Я наклоняюсь, чтобы попытаться прочитать это, но она блокирует экран.
— Ты уверена? Ты кажешься— - Начинает звонить мобильный телефон ее матери. Она берет его со стола. — Прости, но я ожидала этого звонка. - Ее взгляд переходит на моего отца, и он берет салфетку, вытирая рот. — Мы отойдём на немного, - добавляет она.
— Извините нас, - объявляет он, а затем встает и выходит из комнаты вместе с ней.
Я игнорирую это странное взаимодействие и сосредотачиваю свое внимание на Рэйли. Потянувшись под стол, я кладу руку на ее обнаженное бедро.
Она подпрыгивает, ее голова поворачивается, чтобы посмотреть на меня.
— Не прикасайся ко мне, - огрызается она, отталкивая мою руку от своей теплой кожи.
Отпустив ее бедро, я хватаю ее за запястье, выворачивая его и заставляя хныкать ее красивые губы. Я притягиваю ее к себе, пока ее лицо не оказывается в нескольких дюймах от моего.
Мой взгляд падает на ее красные губы, а затем встречается с ее прищуренными глазами. Закрывая небольшое пространство, я наклоняюсь, желая поцеловать ее. Но она швыряет мне в лицо то, что осталось от моей мимозы.
Я откидываюсь на спинку стула, отпуская ее, и она встает, хватает свой бокал и выбегает из главной столовой.
Я хихикаю, проводя рукой по своему теперь мокрому лицу. Я замечаю бутылку вина в середине стола и беру ее. Встав, я направляюсь наверх, зная, что она убегает в свою старую комнату.
Так предсказуемо, принцесса. Она закрыла дверь, но я толкаю ее, заставляя ее отскочить от внутренней стены, прежде чем она захлопнулась.
— Убирайся нахуй! - кричит она на меня.
Я приближаюсь к ней, пока она отходит назад, прежде чем она ударяется о край своей кровати и падает на нее, приземляясь на спину. Я заползаю на нее сверху, прижимая ее к земле, и сжимаю ее лицо.
— Открой, - приказываю я, а затем подношу бутылку вина к ее губам, наливая ей в рот больше, чем собирался, заставляя ее поперхнуться. Он закрывает ее лицо, шею и грудь, которые демонстрирует ее сарафан.
Ставя бутылку на тумбочку рядом с кроватью, я убираю ее волосы с дороги и наклоняюсь, проводя языком по ее шее, слизывая вино, которое она выплюнула.
— Так вкусно. - Я стону, посасывая ее кожу.
— Кольт. - Она произносит мое имя, затаив дыхание, все еще пытаясь оправиться от того факта, что я чуть не утопил ее в вине.
— Хочешь еще, принцесса? - Спрашиваю я, покусывая ее ухо.
— Иди к черту. - Она поднимает подбородок.
Я улыбаюсь.
— Разве мы не можем отойти от этого? Ты ведешь себя как сука и притворяешься, что не хочешь меня?
Она смотрит на меня.
— Ты последовал за мной сюда. А не наоборот.
— Ты права. - Я вздыхаю. — Ты мне нравишься, Рэйли. Ты чертовски сумасшедшая, но каждый раз, когда я вижу тебя, все, о чем я могу думать, это как я трахну тебя.
Ее глаза закрываются, и она всхлипывает.
— Скажи мне, что ты меня не хочешь, - бросаю я вызов, и она не отвечает. Улыбаясь, я добавляю: — Видишь, зачем с этим бороться? Просто отпусти. Мы можем объявить перемирие.