— Вы знаете, кто я, — сказал первый мужчина. Расстегнув толстую коричневую куртку, он распахнул её, чтобы показать блестящую металлическую звезду, приколотую к жилету.[3] — А это мои помощники.
Белый, который стоял ближе к двери, пинком затворил её и обругал холодную погоду.
— Протяни-ка руки, парень! — приказал второй мужчина.
Мальчик протянул было руки, но мужчина уже перегнулся через плиту и защёлкнул наручники на вытянутых руках отца.
Наручники щёлкнули, точно задвижка в воротах большого дома, где мальчик однажды помогал отцу. Он катался на воротах и играл с задвижкой до тех пор, пока кто-то не крикнул из дома:
«Эй, мальчик, если тебе хочется кататься на воротах, то катайся на тех, что за домом! А с этих убирайся!»
Третий мужчина, молчавший до сих пор, повернулся к двери и сказал:
— Я пойду за повозкой, — но дверь не открыл.
Неожиданно собачий лай разорвал тяжёлую, казавшуюся бесконечной, тишину, которая воцарялась в промежутках между грубыми выкриками шерифа и его людей. Это Саундер примчался с поля. Он напрасно прождал, пока хозяин возьмёт его на охоту, и отправился охотиться один. Вот почему он не предупредил семью. Он всегда предупреждал хозяев, даже днем, а иногда начинал лаять ещё под крыльцом, и шерсть поднималась на его загривке задолго до того, как кто-нибудь различал на дороге движущуюся точку. В таких случаях мать говорила:
— Кто-то к нам идёт, или зверь близко.
Теперь Саундер рычал и царапался за дверью. Этот шум, казалось, снял страшное оцепенение с побелевших от испуга малышей. Самый младший спрятался за мать и начал плакать. Он дёргал её за фартук, но мать не пошевельнулась.
Мужчины опять заорали на хозяина Саундера:
— А эта вот дыра в комбинезоне, где теперь полосатая заплата, — ты сделал её, когда зацепился за дверной крючок в коптильне. Мы нашли на крючке точно такой же клок. Ничего, скоро ты будешь ходить только в полосатой одежде. С широченными белыми и чёрными полосами, в которые очень легко попасть из ружья.
Помощник шерифа, который хотел пойти за повозкой, пнул закрытую дверь и обругал собаку.
— Отправляйся и подержи свою дворнягу, если не хочешь, чтобы её пристрелили!
Он приоткрыл дверь настолько, чтобы мальчик мог протиснуться наружу, и вышвырнул его. Мальчик упал на спину собаки, которая с оскаленной пастью рванулась в дом между ног мальчика. Тяжёлый сапог с силой оттолкнул мальчика и собаку и захлопнул дверь.
— Убирай прочь этого пса и держи его, а то я его прикончу!
Мальчик с трудом поднялся на ноги, стащил Саундера с крыльца и увёл за угол хижины. Помощник шерифа, услышав, что лай удаляется от двери, открыл её, вышел на улицу и исчез в темноте. Вскоре он вернулся, ведя за поводья лошадь, запряжённую в рессорную повозку. Сзади шла ещё одна лошадь.
Появление лошадей и ругань в хижине вызвали у Саундера новый приступ ярости. Мальчик чувствовал, что у него подгибаются колени. Руки от напряжения затекли, ладони вспотели, и ошейник начал выскальзывать, но он старался удержать Саундера.
— Посади его на цепь, — крикнул шериф.
Мальчик подумал, что ему приказывают посадить на цепь Саундера, но тут же увидел, как белый пристегнул длинную цепь к кандалам на руках отца. Когда отца стали заталкивать в повозку, его комбинезон зацепился за болт. Длинный клок комбинезона с куском полосатой заплаты повис на болте. Мужчина дёрнул цепь, и отец навзничь упал в повозку. Этот же мужчина раскрутил свободный конец цепи и ударил отца по лицу. Потом он натянул цепь и привязал её к сиденью повозки. Оба помощника уселись впереди, а шериф взобрался на осёдланную лошадь. Дверь хижины была открыта, в ней стояла мать, но брата и сестрёнки не было видно.
Хотя ошейник мешал Саундеру, он не переставал рычать и оглушительно лаять. Мальчик пытался успокоить пса, но Саундер всё яростнее рыл землю большими лапами, словно стараясь ухватиться за неё, и шаг за шагом мальчик уступал ему. Ноги и руки у него совсем онемели, и Саундеру постепенно удалось оттащить его от дома.
Повозка тронулась, за ней следом поскакал и шериф. Саундер рванулся изо всех сил, мальчик упал и ударился головой о крыльцо. Саундер помчался за повозкой. Никто его не окликнул. Мать стояла неподвижно в дверях. Один из помощников шерифа обернулся, навёл ружье и выстрелил в Саундера, который пытался запрыгнуть в повозку сбоку. Пёс упал на дорогу, шериф объехал его. Хозяин Саундера лежал неподвижно на спине и даже не поднял головы, чтобы взглянуть назад.
Мальчик с трудом встал на ноги. Голова сильно болела от удара об угол крыльца. С того момента, как мальчик вышел из дома, чтобы пойти за дровами, сейчас он впервые услышал голос матери:
3
Звезду носит в США шериф, который выполняет административные и некоторые судебные функции в графстве.