– Я призываю защитника предъявить хоть малейшее доказательство, подтверждающее его заявление, – бросил вызов Бергер.
– Как я понимаю, Ваша Честь, – Мейсон демонстративно обращался к судье, – обвинение не признает, что Дарвин Керби, окажись он под присягой, высказался бы приблизительно в том же смысле, что и я.
Судья Тэлфорд с трудом сдержал улыбку. Гамильтон Бергер вскочил с перекошенным от ярости лицом и заорал:
– Ни одну из этих абсурдных догадок я не признаю. Я глубоко убежден, что они являет собой отчаянную попытку защиты спасти...
Молоточек судьи Тэлфорда заставил Гамильтона Бергера умолкнуть.
– Хватит, мистер Бергер, – сказал судья. – Садитесь. Ваш отказ признать гипотетические показания Керби принят к сведению. А теперь, мистер Мейсон, постарайтесь аргументировать ваше толкование фактов.
– Хорошо, – согласился Мейсон. – Приглашаю на свидетельское место миссис Шарлотту Бумер.
Вскочил Гамильтон Бергер.
– Да будет известно Высокому Суду, – начал он, с трудом скрывая крайнее раздражение, – что защита вызвала в Суд повесткой достойную старую леди, парализованную несколько лет назад. У нее отнялась нижняя часть тела, она прикована к инвалидной коляске, она физически не может явиться в Суд. Мне неловко поднимать этот вопрос в данный момент, после имевшей здесь место полемики между защитником и мной, но я готов доказать Суду, что попытка адвоката привлечь к разбирательству больную женщину юридически несостоятельна и практически неосуществима. Это очередной рекламный трюк, поскольку миссис Бумер о деле ровно ничего не знает, и...
– Вы утверждаете, будто миссис Бумер не может явиться на разбирательство? – спросил судья.
– Да, Ваша Честь.
– Можете предъявить соответствующую справку?
– Здесь присутствует ее лечащий врач, готовый прояснить ситуацию.
– Кто он?
– Доктор Чарльз Эннис.
– Мы все дальше уходим от сути проблемы, – отметил судья. – Это мне не правится. Не вижу, чтобы здесь с чьей-либо стороны проявлялось неуважение к Суду, но подобные упреки под сводами этого зала уже раздавались. Приглашаю на свидетельское место доктора Энниса. Я намерен допрашивать его сам, без помощи уважаемых господ обвинителя и защитника. Доктор Эннис, пройдите, пожалуйста, сюда.
Доктор Эннис, самоуверенный мужчина лет шестидесяти принес присягу.
– Вы наблюдаете за миссис Шарлоттой Бумер, доктор Эннис? – спросил судья.
– Да, Ваша Честь.
– В каком она сейчас состоянии?
– У нее паралич нижней половины организма. Она обречена на прозябание в четырех стенах своей комнаты. Под силу ей разве что короткие прогулки в инвалидной коляске, но, допустим, поездка в Суд на автомобиле категорически противопоказана.
– То есть вредна для здоровья?
– Вредна, особенно если учесть состояние ее нервной системы. Я не вправе обрекать больную на подобные потрясения.
Призадумавшись на секунду, судья повернулся к Мейсону:
– Быть может, воздерживаясь от неосторожных формулировок, вы поясните Суду, каких показаний ждете от миссис Бумер, с тем чтобы противная сторона имела возможность согласиться с приобщением ее информации к делу.
Мейсон поднялся.
– Учтите, мистер Мейсон, желательно, чтобы высказались вы сжато, точно и по существу, – заметил судья.
Мейсон склонил голову в знак согласия.
– Иначе говоря, расскажите нам, на какие показания по существу разбираемого дела вы рассчитываете.
Мейсон снова наклонил голову.
– Ну что ж, начинайте, – предложил судья и в нетерпении подался вперед.
– Я не рассчитывал ни на какие показания, – сказал Мейсон и сел.
Воцарилось драматическое молчание. Лицо судьи налилось кровью.
– Встаньте, мистер Мейсон! – гаркнул он.
Мейсон встал.
– Вы отправили повестку миссис Бумер?
– Да, Ваша Честь.
– Вызывая ее на Суд в качестве свидетеля защиты?
– Да, Ваша Честь.
– Вам известно, что миссис Бумер тяжело больна?
– Да, Ваша Честь.
– И вы понимали, что показания миссис Бумер не будут содействовать рассмотрению дела?
– Да, Ваша Честь.
– При сложившихся обстоятельствах, – рассвирепел судья Тэлфорд, – я усматриваю в поведении защитника явное посягательство на процессуальные нормы и неуважение к суду. Суд вынужден отреагировать соответствующим образом, приговорив защитника...
– Ваша Честь! – запротестовал Мейсон.
– Не прерывайте меня, мистер Мейсон. Суд приговаривает вас к штрафу в размере одной тысячи долларов и трехмесячному заключению в окружной тюрьме.
Гамильтон Бергер со вздохом облегчения откинулся на спинку кресла, и с видом победителя, оглядел быстро заполняющих блокнотные страницы репортеров.
– Дадут ли мне возможность поставить под сомнение этот вердикт, Ваша Честь? – спросил Мейсон. – По-моему, даже приговоренный к смерти имеет право на последнее слово.
Через силу сдерживаясь, судья Тэлфорд произнес:
– Разумеется, мистер Мейсон. Но, прошу вас, будьте кратки. Не вступайте в бессмысленную полемику. Придерживайтесь фактов.
– Хорошо, Ваша Честь. Итак, осознав, что миссис Бумер ничем и никак не поспособствует ходу процесса, я усмотрел в этом обстоятельстве наимощнейший аргумент защиты.