Один берёт доску и говорит:
– Абрам, видишь эту доску?
– Ну вижу.
– Так на этой доске твою жену вся Одесса имела.
– Шо ж теперь это моя доска?
В Одессе бармена спросили:
– Хаим, чё ты не долеваешь?
– Я стар и плохо вижу.
– Тогда почему ты не переливаешь?
– Я же не слепой.
В Одессе судачат две старушки:
– А шо, ваша Софочка-таки родила?
– С чего вы взяли?
– Так она ж ребёночка грудью кормит.
– Если у девочки есть свободное время и молоко, то почему бы ей не покормить ребёночка?
Разговор по телефону в Одессе:
– Алло, извините пожалуйста, это база?
– Да!
– Спасибо, а с кем я говорю?
– С Ивановым!
– Так это, извините, военная база?
Одесса. Два дома напротив. Утром на балконы своих квартир выходят две соседки.
Одна другой говорит:
– Послушай, Соня, ты что, заболела? От тебя в два-таки часа ночи ушел доктор!
– Ай, Белла, перестань сказать, противно слушать: если от тебя каждое утро уходит полковник, я же не кричу на всю Дерибасовскую, что началась война!
Мужик прощается с Одессой. Высунул голову в окошко вагона и любуется солнечным городом. Вдруг откуда не возьмись получает сильнейший удар по лицу.
Оклемавшись, видит перед собой здоровенного детину.
– Ты что это серьезно?
– Да.
– А то смотри мне. Я шуток не люблю.
На причале в Одессе стоит дежурный в морской форме, на шее у него висит матюгальник, а он орет осипшим голосом, сложив ладони рупором:
– Семнадцатый! Семнадцатый! Чалься! Чалься, тебе говорят!
Подходит мальчик, дергает его за рукав:
– Дяденька, что Вы кричите, у Вас же мегафон есть.
Дежурный хмурится, берет мегафон, направляет на мальчика. Раздается громовой голос:
– Мальчик, пошел на х#й!
Бросает мегафон и опять сипит в сторону моря:
– Чалься, семнадцатый!
В старой одесской школе:
– Господин учитель, – спрашивает ученик, – какая разница между мужчиной и женщиной?
– Мальчик, – спрашивает учитель. – А какой размер обуви носит твой папа?
– Сорок третий.
– А твоя мама?
– Тридцать восьмой.
– Так разница, мальчик, между… ногами.
– Help me, Help me! (Помогите, помогите!)
На берегу стоит одессит и щелкает семечки. Подходит другой и спрашивает:
– А шо случилось?
– Да вот, пока вся Одесса училась плавать, этот полиглот учил английский язык.
– Жора, принесите маме сигарету.
– Мама, я таки шо вам, грузчик – сигареты разносить?
– Триппер по Дерибасовской разносить – это ты грузчик!
Сидит женщина на одесском вокзале, кладет ногу на ногу и говорит: – Ну наконец-то вы вместе.
В одесском порту стоит пароход, на борту надпись: «На Израиль». Евреи идут на него сутки, вторые. На третьи сутки один пожилой еврей подошел и спрашивает матроса:
– Он у вас что, безразмерный?
– Нет, он у нас бездонный.
Решили открыть в Одессе публичный дом для иностранных моряков. В горком пригласили тетю Песю с Молдаванки, известную в дореволюционной Одессе бандершу, и предлагают ей возглавить новое учреждение.
Ей сулят всяческие блага.
– Нет, – говорит тетя Песя, – знаю я ваши порядочки. Десять коек – для горкома, двадцать – для обкома, органам – по потребности. Весной вы будете моих девочек дергать в колхоз на посевную, осенью – на уборочную. А тетя Песя ложись и выполняй план?
В одесском автобусе дама очень больших размеров начала двигаться, но застряла, дальше не пройти. Голос сзади:
– Ну что же вы, проходите!
Она оглядывается – кругом толпа.
– Куда же мне идти?
– Вы что, хотите, чтобы я вам еще и сказал, куда идти?
– Софа, с кем ты там болтаешь больше часа? – спрашивает муж, высовываясь из окна.
– Это Роза Моисеевна, она так спешит, что не может даже на минутку зайти к нам!
Одесского еврея спросили:
– Скажите, каков состав населения в Одессе в процентах?
– Десять процентов русских, десять – украинцев, остальные восемьдесят – местное население
– Извините, а вы не подскажете на что сесть, чтобы попасть на Дерибасовскую?
– Сядьте на жопу, вы уже на ней.
Война. В окопе лежат два одессита и мирно беседуют. Команда командира: «Впереееед, орлыыыыы!»
Все бросаются в атаку. Одесситы продолжают лежать и мирно беседовать. Озверевший командир подбегает к окопу и истошно орет: «В чем дело?!» Один из одесситов: