Вмиг посерьезнел, посмотрел на меня внимательно, напугав до чертиков. Лишь на секунду, затем как-то отрешенно покачал головой и проговорил:
— Нуу, я ведь видел твою квартиру, теперь должен в ответ показать свою обитель.
— О неет, не напоминай.
Это был ужасный день. Дождь, ужасная погода приспособствовали тому, чтобы я осталась дома и наконец завершила обстанавливать прихожую. В момент, когда я красила стены, позвонил Мартин, и мы долго разговаривали по видеосвязи, пока я не закончила. До четырех утра! А он в то время был в другом городе, поэтому извинялся, что не может приехать и помочь, и смеялся, наблюдая за мной. Зрелище было ужасное. От волнения два раза пролила краску. И черт бы его побрал, он не хотел отключаться…и я тоже не хотела. Совсем-совсем.
Вообще-то я хотела работать по чуть-чуть и растянуть на два дня, но так уж получилось, что за разговором и не заметила, как закончила. И если я пошла спать, то он уже не успевал, у него наступило время для переговоров. Так стыдно мне еще никогда не было. Он пожертвовал сном, ради того, чтобы поговорить со мной. И так приятно мне тоже никогда не было.
Глава 10
— То есть, ты увлекался портретами в детстве? — с улыбкой задаю вопрос.
Сестра Мартина, очень веселая и добрая девушка, рассказывает о его детстве, а мужчина лишь закатывает глаза.
Ужин прошел отлично, Дина готовит просто божественно! Ее кафе по техническим причинам закрыто, поэтому готовит сейчас только для брата. А тот, оказывается, безумно этим доволен. Еще бы. За такую готовку и я бы продала душу дьяволу!
— Есть парочка портретов, которые написал я, — неохотно отвечает.
— Их раскупили на благотворительном аукционе, представляешь? — девушка была горда за брата, радостно рассказывая о его успехах.
Улыбаюсь снова, как только Дина подмигивает мне, мол, брат не хочет об этом говорить, чтоб оставаться балбесом-самцом в моих глазах.
— А по-моему, это безумно классно, когда человек многогранен. Как правило, это интересная личность, с которым приятно общаться.
— А еще он красиво танцует, — хитро произнесла сестра Мартина, забавляясь над ситуацией.
— Заткнись.
Ох, Мартин сжимает вилку. И не трудно догадаться, в кого он хочет ее пустить. Пытаюсь, сменить тему, чтоб не стать свидетелем братско-сестринской драки, но девушка не дает. Вот это уверенность, или отсутствие инстинкта самосохранения?
— Правда, это было в его двадцать третий день рождения, так надрался с друзьями под конец, что полез на барную стойку голый.
— Дина-а, — рычит, но та словно не слышит, продолжает:
— Ты бы это видела, его папа снимал оттуда, — засмеялась она, — и дал отрезвляющую пощечину, когда этот, — кивнула на злого брата, — подумал, что это девушка и полез целоваться к отцу.
Честно, я пыталась сдержаться, но не смогла не засмеяться. Теперь гневный взгляд был обращен еще и ко мне.
И, черт меня побери, мне было не страшно, а, наоборот, настолько обжигающе горячо, что коленки затряслись под столом. Пронизательно смотрит, выгибая бровь. Поспешила положить ногу на ногу и отвернуться, но, кажется, мое состояние поняли в буквальном смысле.
Мартин, словно пожелав отомстить, протянул руку и раздвинул мои ноги, возвращая в прежнее положение. И судя по тому, что я была в платье, его руки моментально нашли край моих чулок. Дурацкая любовь к ним!
Вижу, как загорелись его глаза. Как он дразня потянул за них и отпустил. Это было так возбуждающе, будто шлепнули по попе за секунду до взрыва. Черт, я готова кончить даже от его игр с моим бельем. Вздыхаю. Не в силах сдержать стон, когда он протягивает руку вверх. Замираю от предвкушения. Пытаюсь расслабиться, но еще больше концентрируюсь на чувствительности моего тела. Оно поражает. Потому что впервые так реагирует на мужчину. Так, что еще чуть-чуть и я наброшусь на Мартина, наплевав на рассудок, адекватность и воспитание.
Глаза мои затуманены, почти ничего не слышу. Не слышу, что говорит Дина, не слышу, что отвечает ей Мартин. Чувствую только концентрированное безумие, которое растекается по телу, желая вырваться наружу и борясь со здравым расудком.
Девушка через секунду встает и улыбается мне, выдавливаю улыбку в ответ, ничего не соображая, ведь тонкие и умелые пальцы продвинулись уже к краю трусиков. И еще чуть-чуть…
— Сними их, — раздается хриплый голос, когда Дина покидает нас.
— Нет, — шепчу, и в знак подтверждения своих слов, качаю головой.
— Она сейчас вернется, хочешь, чтобы я перед ней снял сам?
Дрожащими пальцами наклоняюсь на стуле и снимаю.
— Дай мне, — говорит четко, и я повинуюсь.
Забирает и прячет к себе в карман спортивных штанов.
— Смеется тот, кто смеется последним, да? — шепчет на ухо, еле касаясь губами эрогенной зоны.
Дразнит. Пытает. Не выдерживаю и тяну руку к его, чтобы задержать.
— Хочешь сама? — снова усмехается, издевается.
М-Мартин, твою же налево.
Дина возвращается к нам и несет десерт. Тирамиссу с кусочками клубники. Восхитительное зрелище. Но мне не дают к нему притронуться. Пока она убирает тарелки и ставит новые для десерта, Мартин схватывает мои пальцы и ведет их к моей промежности.
Ох, черт. Моими же пальцами ведет по половым губам. Чувствую собственную влагу, Внизу живота тянет еще сильнее, в груди сердце бьется бешено и посылает электрические импульсы по всему телу. А он входит в меня своими пальцами, собирая соки, а потом размазывая по моим пальцам. Боюсь, пошевелить правой рукой, боюсь убрать, хотя ничего не мешает мне это сделать.
Задерживаю дыхание от переизбытка эмоций и накала страсти.
— Почему не ешь, Ангелина? Только не говори, что не любишь тирамиссу, честное слово, в этот ты влюбишься! — спрашивает Дина, которая уже доедает свой десерт.
Боюсь поднимать взгляд на Мартина, искоса смотрю на его тарелку, он, оказывается, успевал есть и трогать меня левой рукой. Там… Ничего не говорит, а меня посещает мысль, что на месте тирамиссу он представляет другое.
Эта мысль греет душу. А еще больше-распаляет и меня.
— Ну что ты, просто уже вечер, не хочу баловаться с калориями, — скромно шепчу не своим голосом.
Слышу усмешку, которая раздается сбоку, но не поворачиваюсь к нему.
Негодяй!
— Ничего страшного, один раз можно, мне очень нужно твое мнение!
Достаю руку из под стола. Она дрожит. Дрожащими пальцами обхватываю маленькую ложечку и направляю в рот прекрасный десерт. Нос очень резко улавливает запах моего возбуждения, отчеего волна мурашек снова накрывает меня. Неосознанно задерживаю дыхание и втягиваю в себя живот, пытаясь избавиться от сладкой тянущей истомы, которая сейчас совершенно не к месту. Глаза закрываются сами по себе, и ябы все отдала, лишь бы оказаться в своей комнате…
— Это божественно, — шепчу, понимая, что девушка заинтересовано смотрит на меня, ожидая похвалы.
— Что именно? — раздается рядом усмехающийся голос.
— О, я безумно рада, что тебе понравилось! — она посмотрела на свой телефон, — только, к сожалению, мне нужно уже уезжать, папа приехал.
— Я провожу, — с готовностью говорит Мартин и быстро встает.
— Со стола Мартин все уберет, извините, что покидаю вас, срочные дела. Если что, посуду мыть он умеет. БЫло приятно с тобой познакомиться. Мы обязательнов стретимся еще!
Напоследок целует меня в щечку и выходит, а за ней и ее брат.
Возвращаюсь к столу и начинаю убирать тарелки. Задумываюсь, потому что не замечаю, как возвращается Мартин и внимательно наблюдает за мной.
Направляется ко мне, а я боюсь выронить все.
— Это был твой план? — спрашиваю. Тишина нагнетает. Его внимательный взгляд так тем более.