Выбрать главу

Народ выдвигал самые разные версии приезда полиции, от наркопритона до гнезда террористов, но ничего конкретного никто сказать не мог. Машину видели, хозяина видели, но даже имени его не знали. Переписывали всех, кто хоть что-то мог рассказать про гараж и его владельца.

Было странно, почему не выводят садиста с подругой. Но долго ломать голову над этим не пришлось, появился ещё один тонированный микроавтобус, которой подъехал вплотную к дверям бокса. Эту пару быстро усадили внутрь, и машина уехала.

Я решил присмотреться к майору, который и был тут главным. Но, как оказалось, ничего хорошего от него ждать не приходилось. Работал он в должности начальника серьёзного отдела совсем недолго и без особого желания. У него были определённые планы на переход в городское управление полиции на тёпленькую должность. И хотя он пытался изобразить активную деятельность, то забегая на какое-то время в гараж, то выбегая из него, отдуваясь и вытирая платком вспотевшую лысину, мне стало понятно, что он только мешает специалистам делать свою работу.

Я присмотрелся к подполковнику. Ого, да он «стреляный воробей»! Причём «стреляный» в прямом смысле этого слова. Пулевое, ножевое и осколочное! Причём осколок до сих пор сидел в спине где-то в районе поясницы. И почему его ещё на пенсию не отправили? Хотя через минуту мне стало понятно почему. Ещё служа в армии, он повоевал в Афгане, где и получил первое ранение и орден. Потом окончил высшую школу милиции и от лейтенанта дослужился до подполковника, получив за годы службы удар ножом, а на Кавказе ещё и осколок. Пётр Дмитриевич Потапов обладал огромным опытом работы – вот поэтому он и был тут, хотя и не руководил, а просто присматривал. Майор Зинченко, как раз и был недавно назначен на его должность, и подполковник уже передавал ему дела.

Я, не поворачивая печатку наружу, подошёл поближе к этому ещё не старому мужчине, и обратился к нему по-военному, - Товарищ подполковник, разрешите обратиться.

Он повернулся ко мне и пристально взглянув спросил, - Можете что-то сказать по этому делу?

- Да.

- Семён, - позвал он одного из лейтенантов, который записывал данные свидетелей, - поговори с гражданином. - И он отвернулся, считая наш разговор оконченным.

- Сейчас, - отозвался молодой парень, с папкой в руках, в которую он быстро что-то записывал.

Я стоял и смотрел на подполковника, - Мне надо переговорить именно с вами.

Он вновь повернулся ко мне, - И почему же именно со мной?

В этот момент к нам подошёл лейтенант, - С кем поговорить, товарищ подполковник?

- А вот с гражданином, - кивнул он головой в мою сторону.

Не поворачивая головы к подошедшему, я спокойно смотрел в лицо Перта Дмитриевича.

Лейтенант, покрутив головой, направился к хозяину ближайшего гаража, стоящему в трёх шагах у меня за спиной.

Лицо подполковника стало серьёзным, и даже суровым, - Идите за мной, - он развернулся и пошёл к машине на которой приехал.

Когда мы сели на заднее сиденье, он повернулся ко мне, - Как вас зовут?

- Александр Николаевич Полетаев, - я решил, что этот человек может мне очень помочь и поэтому надо постараться наладить с ним контакт.

- Владеете гипнозом? - был его следующий вопрос.

- Не знаю, вроде нет, мне эта мысль и в голову не приходила.

- А… - и подполковник кивнул в сторону всё ещё что-то писавшего лейтенанта.

- Он меня просто не видел, - и не давая ему больше говорить, я продолжил, - послушайте, Пётр Дмитриевич, возможно сейчас, в связи с тем, что здесь произошло, не самое удачное время для разговора, но мне очень надо с вами поговорить. И желательно в спокойной обстановке.

- Откуда вы знаете как меня зовут?

Я промолчал.

- Странно, я вам почему-то верю. Тоже пытаетесь на меня как-то воздействовать? – глаза подполковника стали какими-то колючими.

- Нет.

Он задумался, барабаня пальцами по подлокотнику двери.

И я решил немного нажать. – Под Кандагаром вы быстрее принимали решения.