Миша потягивает меня назад за плечи, и нотка развлечения раздается в его голосе. — Полегче там, тигренок. Давай попытаемся не заработать приключения на свои задницы сегодня, ладно?
Бенни спрыгивает с капота своего автомобиля, бросает сигарету на землю и разрешает своим приятелям присоединиться к нам. — В чем дело? Я слышал, будто кто-то хочет погонять со мной?
Бенни из тех парней, которых все уважают, потому боятся. Когда он был новичком, он влез в драку в школе со старшеклассником вдвое больше его и избил парня довольно сильно. Никто не знает, чем все-таки закончилась драка, но и этого уже было достаточно, чтобы все стали осторожны с Бенни.
Майки указывает пальцем резко на меня. — Вот эта принцесса хочет бросить тебе вызов в гонке на вот этой вещичке.
Глаза Бенни устремились к «Chevelle», после чего он вскинул свою бритую голову и скрестил руки на груди. — Миша, а разве это не твоя тачка?
Миша погладил меня по спине и подмигнул. — Моя, да и очевидно же, что она мой пресс-секретарь.
Бенни обсуждает это, а потом оборачивается к Майки, который не сводит с меня глаз. — Не вижу в этом ничего ужасного. У меня нет проблем с тем, чтобы погонять с Мишей. Вообще, может быть довольно здорово, для разнообразия погонять с ним. — Бенни похлопал Майки по спине довольно сильно, а затем ударил кулаком по Мишиной руке.
— Спасибо, мужик, — говорит Миша с соответствующим кивком. — Тогда выстраиваемся в линию?
Бенни кивает, и задумчиво смотрит на дорогу. — Да, мужик, думаю, это сработает.
Они болтают еще некоторое время о правилах, в то время как Майки продолжает хмуриться на меня, словно разъяренная собака. Как только они закончили разговаривать, мы с Мишей возвращаемся назад к машине, в то время как все остальные рассеиваются в сторону стартовой линии, расположенной прямо перед «Помехой».
— Итак, каков твой план? — спрашиваю я. — Потому что победить его будет очень нелегко.
— Ты - мой план. — Он открывает пассажирскую дверь для меня. — С тобой в машине невозможно проиграть, иначе ты никогда не позволишь мне спокойно жить.
Засунув голову в машину, я падаю на сиденье, а затем смотрю на него. — Я не поспособствую тому, чтоб твоя машина гнала быстрее.
Он улыбается, хлопая дверью. — Уверен, что все будет как раз наоборот. — Он скользит по передней части капота и забирается на водительское сиденье.
— Ты такой хвастунишка, — замечаю я.
Он заводит двигатель, и из-под капота доносятся признаки жизни. — Это как в той пословице: горшок над котлом смеется, а оба черны.
Я откидываюсь на спинку сиденья и скрещиваю руки. — Кем я только не была в этой жизни, но точно не хвастунишкой.
Он берет пальцами меня за подбородок и поворачивает мою голову к себе. — Выпускная вечеринка Тэйлор Крипнер два года назад. Ты стояла на крыше дома со сноубордом, примотанным к твоим ногам, крича всем, что готова спрыгнуть. Думаю, это можно расценить как хвастовство.
Я делаю невинное лицо. — Но я ведь прыгнула, не так ли?
— Да, умудрившись сломать себе при этом руку, — говорит он. — И это уже не относится к делу.
— Ты прав, — говорю я, касаясь небольшого шрама на руке, где кость прорвала кожу. — Я красовалась, а потом тебе пришлось вести мою унылую задницу в больницу, сидеть и ждать в приемной, пока мне делали операцию по собираю руки воедино.
Его палец проследил линию вниз по шее прямо к ключице. — Я был там, потому сам этого хотел.
— Ты пропустил работу из-за меня.
— Меня это никогда не волновало.
Мой пристальный взгляд невольно переключается на его губы. Внезапно, мне захотелось поцеловать его, прям как я сделала это той ночью на мосту. Это чувство овладевает мной, заставляя меня почувствовать себя неуютно. Я откланяюсь назад, увеличивая пространство между нами. Заметив, что я вновь плотно вжалась в кресло, он увеличил обороты двигателя, раскручивая шины и направляя машину к линии старта.
Он кидает на меня самодовольный взгляд, приподнимая бровь. — Вот теперь это выпендреж.
Качая головой, я еле сдерживаю улыбку. Бенни выстраивает на линии свой «GTO» рядом с Мишиным «Chevelle», а его девушка дефилирует между двумя этими автомобилями. Она одета в джинсы и короткую футболку, которая открывает живот. Перекинув свои длинные черные волосы через плечо, она поднимает руки вверх. Люди выстраиваются в линию вдоль дороги, наблюдая и делая ставки на победителей.
В стороне я замечаю Итана и Лилу, беседующих о чем-то. Лила кокетливо теребит пряди волос. И когда они здесь появились?
Миша игнорирует меня, наблюдая за Бенни через открытое окно. — До базовой линии и обратно?
Рука Бенни небрежно покоится сверху руля. — Да, мужик. Первый вернувшийся - победитель.
Они отводят взгляд друг от друга. Бенни подает сигнал своей подруге, и она кивает головой.
— На старт! Внимание! Марш! — Её руки опускаются, и визг шин рассекает воздух. Облако пыли окружает нас, когда мы срываемся с места. Деревья на обочине размытые, а небо - сплошная полоса звезд. Я молчу, пока Миша продолжает разгонять автомобиль все сильнее и сильнее, и вскоре что-то внутри меня просыпается от глубокого сна.
Бенни вырывается вперед и резко выворачивает прямо перед нами. Его красные задние огни ослепляют ночью, а из выхлопной трубы появляются тонкие облака дыма. Миша ускоряется, подталкивая бампером заднюю часть «GTO».
По мере приближения к финишу Бенни ускоряется все сильнее, но это еще не конец. Миша знает способ обогнать автомобиль, при этом не снижая скорость. Это, конечно, чертовски страшно, но постоянно срабатывает. Кроме того, длинный кузов «GTO» не позволяет Бенни набрать достаточное ускорение.
Мы достигаем конца, и вероятно, мне следовало бы волноваться. Дорога стелется через крутой, каменистый холм, и места для разворота слишком мало, но меня никогда это не пугало, даже сейчас. Думаю, я не способна изменить то, что у меня в крови.
«GTO» начинает крениться на бок, пока Бенни пытается повернуть. Миша сворачивает в сторону, чтобы обойти его и проскочить в промежутке между автомобилем и деревьями. Я хватаюсь за ручку над головой, визжат тормоза, и мои ноги упираются в консоль. Это напоминает катание на аттракционах. Все смешалось - деревья, небо, Миша. На секунду я закрыла глаза, и мне показалось, что я лечу. Это вернуло меня опять в ту ночь на мосту. Она сказала, что может летать.
Автомобиль выравнивается, и Миша вдавливает педаль газа в пол. Как я и предсказывал, Бенни становиться тяжелее снова встраиваться в линию. К тому время, как мы в очередной раз ускоряемся, он ненамного, но отстает от нас. Миша прибавляет газу и переключает передачу на более высокую.
Удлиненный капот «GTO» материализуется за моим окном, и Миша, видя это, бросает на меня взгляд, давая понять, что он готов сбавить скорость, если я только скажу ему.
Но я этого не делаю.
Люди разбегаются в стороны, паникуя из-за наших огромных скоростей, когда мы пересекаем финишную черту. Пока не ясно, кто победил, и как вовремя остановить машину, прежде чем она въедет в «Помеху». Вопль тормозов и облака пыли рвутся через окно в салон. Мое тело бросает вперед из-за резкого торможения машины, и я ударяюсь головой об консоль.
Миша пытается восстановить контроль над рулем и выровнять машину, которую занесло из-за резкого торможения. Все утихает, и пыль медленно оседает. Миша и я уставились в лобовое стекло, громко дыша, и наши глаза настолько большие, что напоминают мячики для гольфа. Бампер «Chevelle» остановился буквально в миллиметре от очень большого дерева.
— Вот дерьмо, — шепчет Миша и смотрит на меня, своими выпученными глазами. — Ты в порядке?
Я убираю руку с консоли. Моя грудь вздымается из-за тяжелых вздохов. Потирая шишку на лбу, я поворачиваюсь в своем кресле в сторону Миши. Внутри меня поселилось жуткое спокойствие, и один из моих самых больших страхов стал реальностью - я адреналиновый наркоман. Вот так просто и понятно, но мне кажется, что я всегда была такой. Просто раньше я себе в этом никогда не признавалась.