…До прибытия первой команды оставались считанные дни.
№ 40.
В субботу утром их на уазике доставили в город. Деньгами их снабдил профессор, учитывая их заслуги перед проектом и не скупясь на растраты. Можно было сходить в ресторан, посетить универмаг и вещевой рынок, купить себе что-нибудь из одежды или просто для души – особенно девушкам. Ему было приятно сделать им маленькую радость, поскольку с недавнего времени он считал их своей общей семьёй.
Всю субботу друзья гуляли по городу. Сходили в парк, где уже на растаявшем пруду покормили уток, обедали в ресторане, посетили кинотеатр. Вечером вернулись к фонтанам и катались на аттракционах, наслаждаясь сладкой ватой с мороженым. Шашлыков не хотелось – они ими объелись ещё на базе, когда выходили в лес на пикник.
Погода была чудесная и в парке, по случаю выходного дня, было не протолкнуться. Молодёжь на лавочках сидела с гитарами, прохаживались молодые мамочки с колясками, старики играли в домино и судачили о своих огородах. Толик отправил девушек кататься на лодочках, а сам занял очередь к пивной бочке на колёсах, оставив Димку охранять занятое на скамье место. Именно в этот момент, когда Дмитрий кормил голубей под ногами, к нему на лавочку попросились посидеть двое молодых людей – парень и девушка необыкновенной красоты. Поскольку он в это время сидел один, то великодушно уступил им место, подвинувшись в бок ближе к фонтану.
Девушка слушала парня, скромно потупив печальные глаза, а он ей что-то объяснял, взволнованно махая руками словно пропеллерами. Дима поначалу не прислушивался к их разговору, думая о Любаше и её скорых родах, но тут внезапно уловил в их беседе какие-то знакомые слова. Точнее, имена.
- Пойми, Маришка, - возбуждённо говорил парень, стараясь успокоить девушку. – Это не мог быть Серёга, тебе просто показалось. Как ты его могла видеть возле института, если оставила минуту назад здесь на лавочке? Ты просто обозналась.
- Нет, Валик, - тихо ответила она. – Я его из тысячи бы узнала. Это был он. Только…
- Только, что?
- Только… какой-то возмужавший что ли… и в одежде совсем другой. Понимаешь? Будто прошло несколько дней или месяцев, и он вынырнул откуда-то: раз! – она щёлкнула пальцем и скорбно улыбнулась сквозь силу. – И появился!
Димка навострил уши и едва не свалился со скамейки прямо в гущу голубей. Он уже понял, кто рядом с ним присел, обсуждая недавний случай, когда Сергей отпросился у Тимофея Фёдоровича взглянуть издалека на Маришку. И вот она здесь! Перед ним, собственной персоной! А парень этот, никто иной как Валик - Серёгин и Егоровича друг, первым с ними обнаруживший секретный объект базы и мёртвого сотрудника в стенах комбината. Там ещё какой-то локомотив присутствовал, вспомнил Дмитрий, не зная, как вести себя дальше. Вот это нонсенс! Маришка и Валик здесь! В парке!
«Институт. Сергей рассказывал, как он издалека увидел Маришку среди толпы студентов, но и она его, похоже, заметила. Вскользь, мельком, но тем не менее. Выходит, это всё-таки правда».
Димка не находил себе места, отчаянно выискивая Толика в очереди за пивом. Нужно немедленно его предупредить! Этих двух молодых людей какая-то невидимая рука судьбы подтолкнула к этой лавочке именно в то время, когда на ней окажется кто-то из участников проекта. Кто-то, кто знает дальнейшую судьбу Сергея, но не может ею поделиться с бедной девушкой, которая казалась потерянной в этом мире навсегда. Они же ничего не помнят! По словам полковника, им стёрли память и отправили домой спустя сутки после их задержания.
Вот это парадокс, чёрт подери, подумал Димка, вскакивая на поиски своего друга. Девчата катались на аттракционах, и он их не видел, зато Толик должен был уже нести пиво в трёхлитровой банке. Главное, чтобы они не ушли, пока он сбегает за Толиком. Пусть останутся, молил он про себя, пусть только не уйдут, дождутся. Он им всё расскажет: и как их отпустили, и где сейчас Сергей, и кто они сами такие…
Маришка с Валиком удивлённо посмотрели вслед унёсшегося второпях Димки, пожали плечами и, поднявшись, отправились в противоположную сторону.
Вернувшись и, таща за собой ничего не понимавшего и упирающегося Толика, Дима их уже не обнаружил. Как он не всматривался в отчаянии в толпы гуляющих, так никого и не увидел. Молодые люди исчезли навсегда.