Луиза вздохнула.
— А я собиралась сегодня сказать Майклу, что хочу с ним развестись.
— Лучше тебе этого не делать. Не надо быть жестокой. Сейчас ему нужна помощь.
— А неделю назад ты говорила, что я должна от него уйти.
— Это было неделю назад.
Луиза улыбнулась в темноте. Бетти оставалась доброй, как всегда.
— Не волнуйся, мама. Я не уйду. Пусть он сначала встанет на ноги, а там посмотрим.
— Ты уже давно не называла меня мамой.
— Сейчас мне очень нужна мать, — сказала Луиза. — Бетти тоже подождет до лучших времен.
В первый раз после окончания школы Луиза была в таком смятении. Она не приготовилась к столь сильному удару, и ее первым желанием было бежать подальше. Но, нравится это ей или не нравится, она — жена Майкла и мать его сына. Поэтому сейчас ей нужна была мать, которая мудро и нежно опекала ее когда-то.
— Не беспокойся, — сказала Бетти. — Все рано или поздно уладится.
— Надеюсь, — не очень уверенно проговорила Луиза.
Первым делом надо было не попасть в руки журналистов. Но, когда Бетти и Луиза подъехали к воротам, они оказались перекрыты.
— Тебе туда не пробраться, дорогуша, — сказал фоторепортер.
— Еще чего? Я тут живу!
Фотограф смерил ее насмешливым взглядом и закурил сигарету.
Луиза вышла из машины и пошла в толпу.
— Позвольте мне пройти, — приказала она мужчине с переговорным устройством в руках, который стоял по другую сторону железных ворот.
— Прошу прощения, мисс. Я получил приказ.
— Не глупите. Я тут живу.
— Эй, она тут живет.
— Это его вторая жена!
— Повернитесь, миссис Барух.
— Улыбнитесь!
— Пошли прочь, — сказала Луиза. Ворота открылись. Луиза помахала матери, и Бетти храбро нажала на газ.
— Мне понравилось, — сказала Бетти, когда ворота за ними закрылись.
Луиза села в машину.
— Почему они не могут оставить нас в покое?
— Сама знаешь.
Луиза поняла, что Майкл ждал их, так как не успела Бетти затормозить, он оказался рядом, несмотря на дождь.
— Ты знаешь?
— Да.
— Пожалуйста, не увози Дэниела. Я знаю, ты хочешь меня бросить. Я все понимаю. Пожалуйста, не увози его.
Луиза только поглядела на Майкла и забыла обо всем на свете, так ей стало его жалко. Что бы он там ни натворил, разоблачения в прессе сломали ему жизнь. Ту самую жизнь, которую он так старательно строил и которой так гордился. Она взяла его за руки.
— Я никуда не уезжаю. Мы будем вместе. Все трое. Ты, я и Дэниел.
— Молодец, — прошептала Бетти за ее спиной.
Идя рядом с Майклом, Луиза вспоминала сверкающую любовную чашу, что стояла на каминной полке в ее доме на Чесил-стрит.
ГЛАВА 29
АКЦИИ «БРИ AM КОРПОРЕЙШН» СТРЕМИТЕЛЬНО ПАДАЮТ. СУМЕЕТ ЛИ ВЫЖИТЬ МАЙКЛ БАРУХ?
Финансовый мир отвернулся от «Бриам корпорейшн».
Луиза знала, что Майкл в ярости. Он ненавидел прессу. Ненавидел членов совета директоров, которые беспрерывно звонили ему в Оффертон.
Вечером Луиза была переполнена сочувствием и жалостью к человеку, который искренне в ней нуждался, зато утром все переменилось. Луиза не могла поверить в то, что ему не хочется терять ее и Дэниела. Она не могла поверить, что нужна ему. Может быть, он цепляется за нее, чтобы изобразить перед прессой идеальную семью?
— Они хотят собрать совет, — сообщил он Луизе. — А я сказал «нет».
— Почему?
Вечером они ни о чем не говорили, хотя Луизе этого хотелось. Увы, Майкл, который всегда держал себя в руках и пил только за обедом, был пьян. Естественно, говорить с ним было бесполезно. И утром Луиза решила наконец расспросить его.
— Почему «нет»? Потому что... О Боже!
Ярость покинула его, и он уронил голову на стол. Опять он стал таким, каким был вечером, несчастным и потерявшим надежду.
— Почему? — вновь спросила Луиза.
— Не твое дело, — огрызнулся Майкл, вновь впадая в ярость.
— Если ты хочешь, чтобы я была рядом, я должна знать правду.
— Правду? Что такое правда? Нет никакой правды! Одни слухи.
— В таком случае тебе не о чем беспокоиться.
Майкл посмотрел на нее.
— Ты ничего не понимаешь. Акции падают. Все остальное неважно.
— Мне важно, — тихо возразила Луиза. — Ты продал что-то, что тебе не принадлежало?
Майкл бросил на нее подозрительный взгляд.
— Я думал, ты на моей стороне.
— Да. Но я должна знать...
Заработал факс.
— Проклятье! — взорвался Майкл. — Правительство приостановило инвестиции в колумбийскую компанию. Эти газетчики все испортили! Крысы сейчас побегут с корабля. «Бриам корпорейшн» исчезнет, и через несколько лет о ней никто не вспомнит.
— Все так плохо?
— Плохо. Как у всех больших компаний, у меня доходы тоже в основном бумажные. Наличности у меня нет, так что приходится быть милым с банками. Я должен сделать заявление. Буду все отрицать. Доказать ничего нельзя, и газетчикам придется умолкнуть.
— Не думаю, что это лучший выход из положения.
— А ты-то что об этом знаешь?
Пора, подумала Луиза, сказать, что я слышала той ночью, когда праздновали рождение Дэниела. Как же давно это было. Кажется, целая жизнь прошла с тех пор.
— Ты не можешь всем заткнуть рот, — сказала она, — особенно если они будут говорить правду.
Нет, еще не время. Он все равно ничего не слышит.
Майкл принялся мерить шагами комнату.
— Никто ничего не докажет. Они у меня все в кулаке. Были и будут.
— Сомневаюсь.
— Я уже проинструктировал своих людей, чтобы они молчали.
Луиза решила, что пора что-то сказать, прежде чем ситуация совсем выйдет из-под контроля.
— Мне кажется, я должна тебе сказать до того, как ты сделаешь заявление,— заявила она и рассказала, что слышала, стоя под дверью.
Майкл долго молчал.
— Так все поступают. Грабят одного, чтобы заплатить другому.
— Дело не в этом. Главное, что они говорят правду о твоих методах. Ты же не можешь это отрицать.
Майкл сел в кресло.
— Нет. Не могу отрицать. Перед тобой не могу.
— Ни перед кем не можешь, — возразила Луиза. — Потому что иначе тебя назовут лжецом или вором.
— Я не вор... Что же мне делать?
— Не знаю. Может быть, выждать. Или созови совет директоров. Например, на завтра.
— Хорошо. Я так и сделаю. Спасибо.
Майкл улыбнулся и поглядел в окно. Слабое мартовское солнце пробивалось сквозь тучи, обогревая только что появившуюся травку. Майкл сидел неподвижно и смотрел на солнце и на травку, словно ничего более важного не было в его жизни. Его мысли витали где-то далеко.
И Луиза подумала, что совсем не знает человека, за которого вышла замуж.
На другой день Майкл отказался с кем-либо говорить. Он сидел в кабинете и смотрел в окно, даже не выпил кофе, который Лиззи принесла ему.
— Ты поедешь в Лондон? — спросила Луиза.
— Что?
— Ты назначил совет директоров?
— Нет.
Луиза унесла чашку с кофе, хотя больше всего на свете ей хотелось вылить кофе ему на голову, чтобы пробудить его от спячки.
Она решила позвонить сама. Набрала номер «Бриам корпорейшн» и позвала к телефону директора по имени Хью Смит. Тщательно подбирая слова, она проговорила:
— Думаю, надо собрать совет директоров. Лучше, если вы приедете в Оффертон-манор сегодня. Мой муж не может выйти из дома. У него простуда.
— Пустое. — По голосу Хью Смита было понятно, что Луиза не обманула его. — Он сломался. И не могу сказать, что вы меня удивили. Нельзя долго играть с огнем.
— Но...
— Миссис Барух, позвольте мне дать вам совет. Если у вас есть акции, продайте их. По любой цене.
— У меня нет акций.
— Вам повезло. И Хью Смит положил трубку.