Всё произошло очень быстро и почти без всякого участия самой Марины.
На следующий день после приезда она вместе с подругами пошла к начальнику отдела кадров. Девушки, оживлённо переговариваясь, толпились у двери кабинета. Каждой непременно хотелось войти первой. Одна лишь Марина спокойно стояла в стороне, у окна, и с интересом разглядывала заводской двор. Какая разница, какой она попадёт к начальнику отдела кадров: первой, пятой или последней?
Так получилось, что Марина и в самом деле оказалась последней у двери кабинета.
В это время в комнату вошёл невысокий грузный мужчина лет пятидесяти в синем, порядком поношенном костюме. У него была крупная голова с копной тёмных, уже тронутых сединой волос. Плотно сомкнутые жёлтые губы придавали широкому, чуть одутловатому лицу властное выражение, а прищуренные глаза смотрели хитро и весело.
— У себя? — бросил он на ходу.
— Кто? — спросила Марина, вставая.
Мужчина оглядел девушку с удивлением. Она была выше его, по крайней мере, на полголовы.
— Ого! — Он качнул головой. — Выросла на радость папе с мамой… Рязанцев, я спрашиваю, у себя?
— Не знаю, — сухо произнесла Марина.
Она не любила шуточек по поводу своего роста. Сто семьдесят девять сантиметров — что тут особенного! В Германии, в селении Бенкендорф, жила женщина ростом два метра шестьдесят пять сантиметров — Марина как-то читала об этом, — и то там не очень удивлялись.
— А ты… — начал мужчина и тут же поправился: — А вы к кому?
— К начальнику отдела кадров.
— Так ведь он же и есть Рязанцев! Фу ты, договорились, наконец… — Мужчина улыбнулся, от глаз побежали весёлые морщинки, и лицо сразу же потеряло выражение властности. — На работу?
— Да, — ответила Марина.
— Среднюю окончила? — Он пытливо посмотрел ей в лицо. — Ко мне пойдёшь? — Он снова перешёл на «ты»: вероятно, так ему было привычнее. — В отдел снабжения. Мне среднеобразованные вот так нужны.
Марина улыбнулась. Ей показались смешными и неожиданное предложение, и странное слово «среднеобразованные».
— А что у вас делать? Продукты, что ли, в столовую возить?
Мужчина громко захохотал, уперев руки в бока и запрокинув свою крупную голову.
— Вот тебе раз! — произнёс он сквозь смех. — Вот тебе и среднеобразованная! «Продукты, столовая…» Да ты знаешь, что такое отдел снабжения? Сердце завода. Да, да, не фыркай — сердце! Кто человека кровью обеспечивает? Сердце. Кто обеспечивает завод целлюлозой, химикатами, спецодеждой? Всем, всем? Отдел снабжения. Стоит нам только день не поработать, и завод остановится. А ты говоришь — продукты.
В это время открылась дверь кабинета, и оттуда вышла девушка.
— Есть там ещё кто? — раздался голос.
— Есть, есть, Иван Иванович! — крикнул мужчина и, схватив Марину за руку, потащил за собой в кабинет. — Устрой эту дивчину ко мне в отдел. Хочет работать в снабжении.
— Ну да?
Начальник отдела кадров с недоверием взглянул на Марину.
— С детства мечтает быть снабженцем! — Мужчина весело подмигнул ей. — Все подруги в куклы-матрёшки играют, хороводы водят, а она знай себе лимитки выписывает… Вот, вот, смотри, улыбается. По рукам?
Отвечать нужно было немедленно.
И мужчина, и начальник отдела кадров выжидающе смотрели на Марину.
— Право, не знаю, — нерешительно произнесла она. — Я даже не представляю себе, что за работа.
— Поработаешь — поймёшь… Ну, всё, замётано! — махнул рукой мужчина. — Зачисляй ко мне, Иван Иванович. На должность разнорабочей.
— Почему разнорабочей? Ведь у тебя, Степан Сергеевич, место кладовщика давно свободное.
— Пиши, пиши, Иван Иванович, разнорабочей. Я знаю, что говорю. Она… Да как тебя хоть звать-то? — Мужчина повернулся к Марине.
— Марина. Марина Хромченко.
— А я Ковшов Степан Сергеевич… Ты ведь не будешь в обиде? Все твои подруги сначала походят в ученицах. Так? И ты тоже вроде ученицы, только получать будешь на двадцатку больше.
— Ну как? — спросил начальник отдела кадров и добавил: — Только учтите, в тот цех, куда другие ваши пошли, я направить не смогу — там уже всё.
Марина чуть помедлила с ответом. Если не со всеми, то какая разница куда? Можно и в снабжение. Вот только неудобно как-то разнорабочей. Скажут, среднюю школу кончила, специальность прядильщицы получила — и разнорабочей… Да ну, глупости! Пусть говорят! Когда она придавала значение болтовне? И потом, это ведь формальность. Она только будет числиться разнорабочей.
А если не понравится? Что ж, перейти в цеха никогда не поздно.