Выбрать главу

Хинари держал меня, оставляя ноги навису, лишая любой возможности хоть как-то действовать. Ему доставляло отдельное удовольствие контролировать меня, но я не имела ничего против такого, подчиняясь и отдавая себя без остатка.

Резко стянув с жесткой поверхности стола, оборотень развернул меня и сжал пальцами бедра. Зная все слабые стороны моего тела, он намотал черные волосы на руку и оттянул голову назад, одновременно входя. Я закричала от удовольствия, царапая дерево ногтями. Наш секс всегда был почти безумен, мы доводили друг друга до полной потери какого-либо контроля, упиваясь своей властью и чужим удовольствием одновременно.

Вот как… как без этого можно жить? Как женщины остаются с теми, кто не доставляет им и тени этого удовольствия? Как раньше без этого жила я?

Сказать, что мы получили оргазм одновременно, было бы глупо. Я успела получить не менее шести к тому моменту, как Хинари, низко зарычав, замер, все еще держа меня и не давая пошевелиться без его воли. Да я и не могла — ноги ослабели на столько, что если бы не стол — давно упала бы на пол.

После такого, начинать сразу новый виток любовных игр, было невозможно. Мир кружился перед глазами, а сил хватало только на то, чтобы не заснуть в течение следующих пяти минут.

Я, все еще тяжело дыша, повернулась и почти повисла на муже, обняв его руками за шею.

— Небольшой перерыв, любовь моя? — Хинари довольно улыбнулся и, подняв меня на руки, понес к кровати.

Я сегодня уже говорила, что вышла замуж за идеального мужчину?

* * *

— Итак, как прошло с демонами? — Шетара разлила по чашкам чай и поставила одну передо мной. Женщина была несколько растерянной: волосы торчали в разные стороны, взгляд блуждал, не находя за что мог бы зацепиться, а еще у нее чуть-чуть дрожали руки.

— Думаю, ты и сама знаешь, — я внимательно следила за женщиной, чувствуя что происходит что-то плохое, — я познакомилась с папой малыша, спалила к лешему веревку и, кажется, даже помогла воскресить жеребенка.

— О, даже лучше, чем я думала, — женщина, наконец, села, хотя даже со стороны было видно, что находиться на одном месте ей тяжело, — что же ты попросила за это?

— Ничего, — я пожала плечами, — как-то не доросла я до того, чтобы с демонами договоры заключать.

— Вот и славно… Я никогда тебе не говорила об этом, но думаю, не будет вреда, если все же скажу. Ты же ведьма — такие не склонны к сплетням, — шаман сделала небольшой глоток и впервые подняла на меня полностью разумный взгляд, — север не самое безопасное место для жизни…

Шетара замолчала, прикрыв глаза. Через минуту я заподозрила, что она просто заснула.

— Ээй…

Шаман резко вздрогнула и открыла глаза.

— Ой, извини… ну так вот… все шаманы общаются с демонами — очень важно, чтобы не было ни каких проблем с изначальными силами. Но они такие упрямые! — женщина с негодованием всплеснула руками, — договориться с ними практически невозможно! В итоге, проще всего оказалось…ну… заключать споры.

Я даже поперхнулась чаем, что пила, смотря на Шетару с иронией. Вот это да! Не ожидала…

— Так на меня тоже был заключен спор? — я не сомневалась в положительном ответе и даже не думала обижаться на такое.

— Ну да. Главным условием было то, что ты спасешь малыша и ничего не попросишь. Вторым — уничтожение этой гадости, которую я даже не знаю, откуда умудрились вытащить сварги.

— А что тебе за это? — я сделала еще один маленький глоток.

— А у нас не будет снежных буранов, от которых часто страдали наши животные. Зима пройдет мягко.

— Выгодно, — я даже удивилась тому, что сумела выторговать женщина, — но тебя что-то мучает. Что?

— Духи… много ведают и много говорят, но слишком громко… — Шетара поморщилась, — в голове страшный гул. Я смогла разобрать только несколько вещей. Одна из них относится к тебе, вторая — сулит много беды.

— Давай, рассказывай, — я вздохнула, чувствуя напряжение, что накапливалось в воздухе.

— Они передают тебе… что, чтобы не случилось, ни на одном ответвлении, жизнь Хинари не закончится в ближайшие два года.

Ого — хорошие новости, хотя и с серьезным подвохом.

— А второе?

— А второе касается скорее сваргов, чем вас. На границе с оборотнями неспокойно. Там происходит не просто какой-то катаклизм или откат чужого заклинания, там, кажется, сошел с ума демон ветра — рэнурух.

— В смысле — сошел с ума? — я нахмурилась, разве такие твари способны на нечто подобное? Если бы разум бессмертных допускал безумие в стандартном варианте, даже страшно представить, что творилось тогда в мире.

— Я не знаю — слишком много голосов говорят одновременно. Они злы, они требуют помочь и отомстить одновременно.

Закрыв глаза, я постаралась прогнать из головы любые эмоции. Но выходило это плохо.

— Мне нужно напиться, — тихо сказала я, — тогда, возможно, и у меня получится узнать, что происходит.

— Ну, зачем сразу алкоголь? — женщина сморщилась и, встав, направилась к шкафу. Там она быстро достала какой-то мешочек, затем поколдовала и поставила передо мной на стол небольшую керамическую тарелочку, на которой тлели неизвестные мне сухие растения, — дыши.

Я немножко напряженно склонилась над струйкой дыма и вдохнула резкий аромат. Голова мгновенно пошла кругом, мир вокруг пришел в движение.

— Мне нужно, чтобы ты вопросы задавала, — еще цепляясь за разум, прошептала я.

Женщина только кивнула и, убедившись, что я дошла до нужного состояния, начала допрос:

— Ну что, Луана, что произошло у границы? — Шетара замерла напротив меня, смотря своими страшными глазами. Но на этот раз мне было все равно — словно на ладони у меня оказалась вся жизнь шамана и ее будущее. Ничего страшного или просто яркого в ней не было. Точнее не яркого — просто доброго и светлого. Мне даже было бы жаль ее, но если не было так плевать. Состояние транса, в которое погрузила меня Шетара, имело свою темную сторону: я не вспомню то, что говорила или думала, останется только послевкусие.

— Люди — все зло от разумных двуногих, — я усмехнулась, — вот смешно будет, когда они… она умрет! Так неожиданно будет…

— Это были ведьмы?

— И да… и нет, — я вздохнула, — кусочек стали… кто бы думал, что десять сантиметров металла, отравленного чужой злобой, может такое сотворить. Скажи, а местные знают, что будет, если тебя все же рассердить?

Шаман усмехнулась, но не ответила.

— Ты сможешь помочь с этим?

— Могу… все равно за мной его отправили, чтобы отсюда согнать.

Я рассмеялась, начав раскачиваться. Транс становился глубже, и часть меня, уже тихонько трубила тревогу. Однако спасло меня от ухода «в себя» не это, а Шетара, которая так же поняла, что с травками переборщила.

— Понятно… а теперь отдыхай.

Женщина что-то еще сыпанула в тарелочку и мир перед моими глазами начал темнеть.

Не знаю, когда я очнулась, но на улице была уже кромешная ночь. Ко мне тихо подошла Шетара — женщина явно почувствовала, что я снова в этом мире.

— Ну что? — я подняла тяжелую голову, стараясь прогнать жутковатое послевкусие отчаянья и тоски, что охватывало меня каждый раз после таких «сеансов», — сумела помочь?

— Еще как, — женщина выглядела в разы лучше, чем до этого, даже волосы заплела, — я тут подумала, что ведьмы от шаманов мало отличаются. Ну, в плане восприятия мира — во всем другом, мы дальше друг от друга, чем собака от кошки. Однако одинаково видим и чувствуем.

— Это ты к чему? — не поняла я.

— Да так… ты иди — к Хинари.

Я нахмурилась, но ничего не сказала, лишь пожав плечами. Странная она какая-то. Собственно как и всегда.

— А что насчет вашего безумного демона?

— Завтра, ведьма. Завтра все решим. Иди — иди.

Я лишь пожала плечами и, встав, направилась к дверям. Безумный день — как хорошо, что он практически закончился!