Выбрать главу

Беседа сосредоточивалась исключительно на Сэндитоне, нынешнем числе приезжих и шансах на хороший сезон. Было очевидно, что леди Денхем испытывает больше тревоги, больше боится убытков, чем ее партнер. Она хотела, чтобы курорт заполнялся быстрее, и испытывала больше мучительных опасений, что не все жилища будут арендованы. Две больших семьи мисс Дианы Паркер не были позабыты.

— Очень хорошо, очень хорошо, — сказала ее милость. — Семья из Вест-Индии и пансион. Звучит многообещающе. И принесет деньги.

— Никто так не сорит деньгами, насколько мне известно, как прибывшие из Вест-Индии, — заметил мистер Паркер.

— Вот-вот, так и я слышала. А потому, что кошельки у них набиты, они, возможно, воображают себя ровней старинным семьям. Ну и те, что сорят деньгами направо и налево, никогда не задумываются, а не причиняют ли они вред, повышая таким образом цены. Как я слышала, именно это и происходит из-за ваших вестиндийцев. А если они приезжают к нам повышать цены на предметы первой необходимости, мы им спасибо не скажем.

— Дражайшая сударыня, они могут поднять их на съедобные припасы таким необычайным спросом на них и такой тратой денег среди нас, что это принесет нам больше пользы, нежели вреда. Наши мясники, и пекари, и лавочники вообще не могут разбогатеть, не обогатив нас. Если они не наживаются, страдают наши ренты. А пропорционально их прибылям должны со временем повыситься и наши благодаря росту стоимости нашей недвижимости.

— О! Ну… Однако мне не понравилось бы, если бы мясник поднял цену на мясо, и я буду платить по низкой, пока смогу. А! Эта барышня, я вижу, улыбается. Наверное, она полагает меня странной чудачкой, но со временем ее тоже начнут заботить подобные вещи. Да-да, милочка, поверьте, со временем вы будете думать о том, сколько мясник просит за мясо. Хотя, быть может, вам не придется думать, как кормить такое число слуг, как мне. И я считаю, что те, у кого слуг мало, находятся в наилучшем положении. Весь свет знает, что я не склонна жить напоказ, и, если бы не мой долг перед памятью бедного мистера Холлиса, я ни за что не стала бы содержать Сэндитон-хаус на такой ноге, как сейчас. Мне это удовольствия не доставляет. Ну, мистер Паркер, а еще пансион для благородных девиц, французский пансион, не так ли? В этом ничего дурного нет. Они проживут свои шесть недель. А при таком их числе, как знать, нет ли среди них чахоточных, и им потребуется молоко ослиц, а у меня сейчас как раз есть две удойные ослицы. Но, может быть, маленькие барышни попортят мебель… Надеюсь, за ними присматривает надежная бдительная гувернантка.

План бедного мистера Паркера, заставивший его отправиться в Уиллингден, заслужил от леди Денхем не больше одобрения, чем от его сестер.

— Господи, дорогой мой сэр! — вскричала она. — Как вы могли даже подумать о подобном? Я сожалею о приключившемся с вами несчастье, но, право слово, вы его заслужили. Поехать за доктором? Да зачем нам тут доктор? Это только подобьет наших слуг и бедняков воображать себя больными, если под рукой будет доктор. Ах, прошу, не допустите никого из этого племени в Сэндитон! Мы отлично обходимся без них. У нас же есть море, и вереск, и мои ослицы. И я сказала миссис Уитби, что, если кто-нибудь осведомится о механической лошадке для разминки ног, ее можно будет арендовать по сходной цене. Лошадка бедного мистера Холлиса совсем как новая. А что еще может потребоваться людям? Вот я прожила на этом свете добрых семьдесят лет, никогда не принимала микстуру чаще двух раз и ни разу не видела лица доктора. То есть ради себя. И я твердо верю: если бы мой бедный дорогой сэр Гарри тоже никогда бы никого из них не видел, то был бы сейчас жив. Десять гонораров, один за другим, забрал тот, кто отправил его на тот свет. Прошу вас, мистер Паркер, никаких докторов тут.

Внесли чай.

— О! Моя дорогая миссис Паркер, право же, к чему вы затруднились? Я как раз собиралась пожелать вам доброго вечера. Но раз вы так по-соседски добры, полагаю, нам с мисс Кларой следует остаться.