Идеально белой радужкой и черным зрачком в центре!
От неожиданности я вскрикнула и тут же почему-то сказала вслух:
– Это линзы, а вы псих!
При взгляде на незнакомца вблизи становился более понятным его возраст. Двадцать пять, может, старше, лицо обветренное, губы потрескавшиеся, будто с мороза. Черты лица правильные, в других обстоятельствах я бы даже назвала этого мужчину красивым, если бы он так меня не пугал.
– Это не линзы, – ответил незнакомец. – А я совершенно нормален, в рамках своего мира, разумеется. А ты, Аврора, рискуешь действительно умереть, если серьезно не воспримешь то, что я скажу.
– Хорошо, говорите, – согласилась я, сама при этом незаметно косясь на машину полиции, которая припарковалась в двадцати метрах от меня: встать и бежать.
– Вначале лучше покажу, – мужчина вновь схватил мою руку, равнодушно взялся за ремешок часов, который тут же сломал в креплении буквально сжатием пальцев.
– Эй, вы что творите? – возмущенно зашипела я, вспоминая, как в четырнадцать лет отдала за них уйму накопленных денег, лишь бы скрыть уродливый шрам.
– Клеймо крови, уверен, ты не помнишь, откуда оно у тебя, – глядя на красные нити некогда жуткой раны, произнес мужчина, проведя пальцем, а после резко надавив на края.
Будто огненная плеть скрутила запястье болью, слезы брызнули из глаз, и я была готова кричать, но незнакомец закрыл мне рот рукой.
– Молчи и смотри.
От края шрама расползались его продолжения, будто проступающие изображения на фотографии при проявке. Новые нити не было похожи на свежую рану, скорее, на очень старую, очень болезненную, и при этом забытую.
Кривой шрам теперь стал идеально ровным кругом с письменами внутри. И что самое странное, я понимала: эти символы не похожи ни на один из привычных мне алфавитов, но при этом я знаю, что они означают.
– Можешь прочесть? – мужчина потряс меня за плечо, а я от испуга замотала головой, сама не знаю зачем обманывая его.
– Принцесса достойна смерти, – перевел он, подтверждая мою правоту – А теперь догадайся с трех раз, Аврора. Кто тут принцесса? Кого только что пытались убить в той самой аудитории? И почему я знаю твое имя, сумел вскрыть клеймо и до сих пор стою тут перед тобой и распинаюсь?
– Потому что вы псих… – предположила я, уже не очень будучи в этом уверенной.
– Неправильный вывод, – мужчина вскинул голову и оглянулся по сторонам. Лицо его стало собранным и жестоким. – А теперь вставай и пошли. Мы потеряли много времени. Охотники рядом.
Глава 2
Не то чтобы я сразу прониклась доверием к словам этого человека, но я почти безропотно позволила ему увести меня в неизвестном направлении.
Инерция – великое дело. Особенно сразу после того, как ты выжила исключительно по ошибке. Можно было бы подумать, что этот парень обычный псих, чьи навязчивые идеи подстегнул взрыв, но… то, что произошло со шрамом в эту стройную теорию не укладывалось.
Потому я пошла за ним.
Безрассудно? Возможно, но пока мы двигались по людным улицам города, у меня всегда оставался шанс сбежать. Да и полиции вокруг было много, то и дело мимо проезжал экипаж с мигалками в направлении университета.
– Подожди, – порядком запыхавшись, попыталась я притормозить мужчину. – Там осталась моя сумка.
– Ерунда, – не оборачиваясь ответил он. – Она тебе не нужна.
– Но там документы, паспорт!
Мои возражения остались без внимания, не сбавляя шаг, незнакомец ответил:
– Забудь о них. Времени на обратную дорогу нет. Путь скоро закроется.
На ходу извлекая из кармана прибор, отдаленно напоминающий часы и компас, мужчина поморщился и ускорился.
Теперь мы откровенно бежали.
– Может лучше на автобусе? – предложила я. – Или такси? Как тебя вообще зовут?
– Курт, – буркнули мне в ответ и неожиданно резко остановились, так что я едва не пролетела еще метр вперед по инерции.
– Эй! Поаккуратнее можно?
Судя по сосредоточенному лицу, с которым меня огладывал новый знакомый, аккуратнее было нельзя.
Курт стоял в метре от меня и с явным скепсисом осматривал с ног до головы.
Легкие кроссовки, гетры, юбка чуть выше колена, джинсовка на мне вызывали в мужчине недовольство…
– Так не пойдет, – заявил он, а я, ощущая себя в полной степени неуютно, обтянула край юбки вниз, словно это могло прикрыть голые колени.