— У тебя больше нет никаких ранений? — спросил он, поднимаясь по лестнице. — Как себя чувствуешь?
Тимофей осмотрел себя и покачал головой.
— Вроде цел. Куда вы меня ведёте?
— В мой кабинет. Разговор не для посторонних ушей, — Платон Евсеевич вздохнул. — Я вёл себя неподобающе в нашу последнюю встречу. Прошу меня простить.
Тимофей не смог сдержать удивления. Что это, слова, с помощью которых Скорпион хочет подкрасться поближе? Платон Евсеевич всегда действует ради своей цели, поэтому и за этими фразами наверняка крылось что-то ещё.
Они поднялись на второй этаж и прошли по темному коридору до дубовых дверей. Платон Евсеевич достал из кармана связку ключей и начал искать нужный. Тимофей прищурился, внимательно наблюдая за этим, и проговорил:
— Если вы хотите услышать и мои извинения…
— Я знаю, что ты гордый парень, — хмыкнул Платон. — И что до последнего будешь стоять на своей правоте. Но заметь, как злится и переживает Егор.
Тимофей вздрогнул.
— Переживает? — переспросил он. — Он только и делает, что кидает в мою сторону хмурые и мрачные взгляды!
Найдя нужный ключ, Платон отворил двери, пропуская Тимофея в просторный кабинет. Окна занавешены бархатными красными занавесками. Вдоль стен высятся до самого потолка шкафы, за стеклянными дверцами которых виднеются множества книг. Рабочий стол пребывал в порядке, за исключением нескольких стопок бумаг.
— Переживает, — кивнул Платон. — Ведь он знает тебя лучше всех нас и понимает, что про пророчество Меча Лютой Стужи ты не забудешь. А значит, стеречь тебя придётся вдвойне усердней. Но, видишь ли, я не разделяю его взглядов.
— И поэтому решили со мной поговорить, — догадался Тимофей.
Платон Евсеевич довольно улыбнулся и сел за свой стол, жестом пригласив Тимофея занять кресло напротив. Зверев настороженно сел, пристально разглядывая помещение.
Все складывалось как нельзя удачно. Платон Евсеевич сам начнёт нужную тему, а Тимофею нужно будет лишь впитывать информацию. К тому же, такой союзник, как Скорпион, будет весьма кстати. Но Тимофей понимал, каким двуличным может быть этот человек, поэтому всего рассказывать не намерен.
— Именно, — сказал Платон Евсеевич. — Я готов предложить тебе свою помощь в поисках. Но она должна оставаться в секрете.
— Как и сами мои поиски, — Тимофей посмотрел на Платона Евсеевича. — У меня уже есть некоторые детали, которые могут помочь, и ваша поддержка бы и правда не помешала. Вы понимаете мертвые языки?
Скорпион в изумлении вскинул брови.
— Я весь во внимание.
— Мой сон изменился, и в нём я нашёл табличку с надписью. Вершина Морт-Дэ-Нэву.
— Знакомый диалект, — задумчиво проговорил Платон.
Мужчина поднялся и двинулся к стеллажам. Тимофей поерзал в кресле. В этом доме он чувствовал себя не в своей тарелке. А Платон Евсеевич тем временем доставал одну книгу за другой. Одни он клал на стол, другие ставил обратно.
— Вы можете перевести? — поинтересовался Тимофей.
— Язык очень древний и в наши времена плохо сохранился даже на книжных страницах. Но у меня собрано много старинных источников, поэтому я уверен, что нужное мы найдём. А если не найдём, то посетим одно место, где точно хранятся все ответы.
— Я могу чем-то вам помочь?
— Не думаю, что ты знаешь больше, — усмехнулся Платон. — Но если тебе нечего делать…
Мужчина выудил ещё одну книгу и протянул её Тимофею. Зверев осторожно взял её и, заметив закладку, открыл.
— Что это? — спросил он, бегая взглядом по кривым буквам.
— Книга, в которой написано пророчество об Избраннике Снегов. Тебе наверняка интересно.
Тимофей снова посмотрел в книгу. Его взгляд зацепился за изображение странного рисунка - эскиз двуручного меча. Без каких-либо деталей, без красок. Просто обычный набросок.
— Это и есть меч? — поинтересовался Тимофей.
— Вблизи его никто не видел, — вздохнул Платон. — А если и видел, то молчал об этом. Многим Избранникам во сне виделся этот клинок, но они не могли подойти к нему и рассмотреть. Поэтому информации крайне мало.
Тимофей рассеянно кивнул и продолжил читать. Пометки были везде: то тут, то там. «После этого пророчества я не мог забыть про меч», «Холод настигал меня везде», «После испытания снежной погибели мой внук не стал прежним. Он остался там, наверху, а вниз спустилась лишь его оболочка».
Тимофей перечитал ещё раз. Платон Евсеевич, заметив его реакцию, отвлёкся от своего занятия.
— Ты что-то нашёл?
— Испытание снежной погибели… — прочитал вслух Зверев. — Здесь пишется, что человек остался наверху после него. Что, если снежная погибель как-то связана с Морт-Дэ-Нэву?
Платон молчал, и Тимофей, подняв голову, увидел потрясение на его лице. Долмацкий что-то проговорил себе под нос и уверенным шагом подошёл к самому дальнему стеллажу. Он отработанным движением вытащил чёрный фолиант и открыл его, быстро бегая глазами по страницам.
— И как до меня сразу не дошло! — воскликнул он.
Тимофей с любопытством поднялся.
— Что там?
Платон подошёл к столу и положил книгу под свет лампы. Тимофей наклонился, а Скорпион указал на середину страницы.
— Это не название горы, Тимофей. В племенах Первородных вершиной называют не только горный пик, но и конец какого-то испытания. На табличке, которую ты увидел во сне, было написано не место, нет. Там было написано, что ты прошёл испытание!
Тимофей растерянно молчал. Сказать ли Платону Евсеевичу, что табличка была его могилой?
— А Морт-Дэ-Нэву? — осведомился Зверев. — Что это значит?
— Взгляни.
Тимофей посмотрел туда, куда указывал Скорпион. На рисунке была изображена гора, укрытая снегом, а на её вершине стоял человек, за спиной которого развевалась белая шкура.
А на его фоне виднелась гигантская фигура, сотканная изо льда. Кристально-прозрачный скелет, покрытый снегом, держал гору в своих костяных пальцах и навис над путником, смотря на него невидящими глазами.
— Вот это - Морт-Дэ-Нэву, — сказал Платон Евсеевич. — Снежная Погибель. Божество среди северных племён Первородных, которое отвечает за снегопады и холода. Согласно легендам, пройдя его испытание, путник подчинит себе вьюги и метели, зиму и стужу. Всё, что связано с морозами.
— Тогда и Меч Лютой Стужи где-то среди этих племён?
— Это вряд ли, — цыкнул Скорпион. — Скорее, племена - это те, кто могут что-то знать. Найти сначала нужно их.
— Я найду, — решительно кивнул Тимофей.
Платон поджал губы и постучал пальцами по столу.
— Видишь ли… Тебе придётся лететь в другой город.
Тимофей опешил.
— Лететь? — с неверием переспросил он.
— Северные племена у нас не водятся. Тебе придётся навестить другое место, чтобы попытаться выйти с ними на связь.
Тимофей насторожился.
— Далеко?
— Прилично. Знаю я один город, в котором ты можешь остановиться, я сниму гостиницу. Билеты тоже на мне.
Тимофей поджал губы, размышляя. Ему придётся ринуться в неизвестное место, абсолютно ему незнакомое. Он там будет совершенно один, безо всякой поддержки и помощи.
Тем не менее, меч нужно найти. Это - единственный способ одолеть Огненного Дракона. И Тимофей готов пойти на жертвы.
— Хорошо. Я согласен. Дайте мне нужные сведения.
Платон Евсеевич усмехнулся.
— Смотрю, в тебе просыпается позабытый Ликой.
Тимофей не стал спорить. Именно Ликой внутри него знал, как нужно действовать. Ликой занимал большую часть жизни Тимофея, и Зверев не мог его просто стереть. Ликой был его опытом, его знаниями. Неудивительно, что Тимофей вновь стал им, как только собрался совершать очередное безумство.
Платон Евсеевич убрал книги и сказал:
— Тогда не вижу смысла тебя больше задерживать. Пойдём, я довезу тебя до академии. — Зверев в непонимании посмотрел на Платона, и тот пояснил. — Лучше я довезу тебя прямо до общежития. Свежеватель мог опять тебя подстеречь. Всю нужную информацию я отправлю тебе с анонимного номера.