Выбрать главу

Хотя на улице было солнечно, в доме царил серый полумрак, причиной которого Осипов посчитал грязные окна. Он сразу же почувствовал, что уже бывал здесь. Нет, он не узнал планировку дома, вещи. Да в прошлый раз он их и не видел. Запах! Вот что в первый миг сразу же показалось знакомым. Тогда он неосознанно запомнил его, а сейчас мгновенно восстановил в памяти. Запашок слабый, но весьма необычный. Вроде полынью пахнет, но со сладковатой, чуть приторной примесью. Что это: лосьон, крем для бритья, мастика для натирания полов?

Осипов медленно шел через полутемные комнаты, оглядываясь и принюхиваясь. Обстановка оказалась довольно простой, что называется, дачной: плетенные из тростника кресла, круглые столы на точеных массивных ножках. Довольно старомодно. Некоторые комнаты вообще оказались пусты. Хорошая дорогая мебель стояла только в зале и в спальне. Кое-где висели картины, гравюры. В основном сцены охоты. Так тут живет оборотень?! Ерунда!

Он попытался восстановить в памяти образ Комова. Холеный, улыбчивый, с постоянно ускользающим взглядом. У Осипова в тот раз так и не осталось четкого мнения об этом человеке. Неопределенный. Впрочем, многие деятели искусства, особенно из именитых, были похожи на него. Словно в маске. А может, не в маске? В шкуре? В шкуре другого человека. Человека ли? По лестнице, застеленной мягкой дорожкой, Осипов поднялся на второй этаж. Здесь мебель вообще почти отсутствовала.

Лишь в одной из комнат стоял бильярдный стол, пара мягких кресел, стеллаж с книгами. Осипов присмотрелся. Собрания сочинений классиков. Похоже, ни разу не читали. А вот и несколько затрепанных томов, конечно же, детективы.

Осипов присел в кресло. Чего же он добился? И все-таки… Комов, или кто он там, конечно же, замешан в эту историю. Причем с самого начала. Вполне возможно, что именно он убил Валентина Сокольского. А потом навел на Шляхтина и Грибова. Навел потому, что знал об их, так сказать, «увлечениях». Лучших кандидатур в убийцы племянника и не придумаешь. Но зачем он убил его? Мало ли… Причины возможны самые разные. Извращенное мышление, извращенные наклонности. Кто разберется в их отношениях.

Что же делать дальше? Лучше всего покинуть дом и уйти восвояси. Впрочем, остается еще подвал. В подвале, как показывал опыт, могут скрываться весьма интересные вещи.

Вход он нашел без труда. Мощная стальная дверь, как в бомбоубежище. И снова вспомнились подземелья старой школы, где так недавно он вступил в смертельную схватку с маньяком Шляхтиным. Может быть, и тут его ждет нечто подобное. Дверь, словно ее только вчера смазывали, без звука отворилась. Несколько ступенек вели вниз. Осипов увидел на стене коробку с рубильником. Вспыхнул свет.

Помещение подвала было непомерно большим и совершенно пустым. Ярко горели плафоны на стенах. Звук шагов словно отскакивал от бетонного пола. Осипов недоуменно огляделся. И здесь ничего. Интересно, для чего столь сильное освещение? Обычно в подвалах хранят всякий хлам, а тут стерильная чистота. А это зачем?

В бетонном полу виднелись какие-то канавки наподобие стоков. Действительно, очень похоже на водостоки. И ведут они в зарешеченные отверстия в стене. Странно. Он присел на корточки и склонился над канавками. Кое-где стенки покрыты темным, похожим на ржавчину, налетом. Уж не кровь ли? Он хмыкнул. «Везде тебе мерещится кровь!» Но почему здесь так пусто? Стоп! В одной из стен, почти незаметная, виднелась небольшая дверца. Осипов присмотрелся. Сделана тоже из стали. Ручки нет, имеется только замочная скважина… Он попытался открыть ее, но дверца оказалась надежно заперта.

Сплошные тайны. Что за ней? Комната Синей Бороды, где на крюках висят расчлененные трупы…

Однако пора возвращаться. Ничего конкретного он так и не узнал.

Позади раздался какой-то шум. Осипов быстро обернулся и увидел, как входная дверь медленно затворяется. Он бросился вперед, но не успел. С лязгающим звуком дверь захлопнулась.

С той стороны донесся грохот задвигаемого запора.

— Эй! — заорал Осипов.

— Отворите! Он прислушался. Все тихо.

— Отворите! — забарабанил в дверь.

Но никто почему-то не внял его воплям. Он стучал минут десять, наконец выбился из сил и замер. По ту сторону господствовала тишина. Создавалось впечатление, что дверь захлопнулась автоматически. Он задумался: неужели ловушка? Да еще какая элементарная. Но кому он понадобился? Как это кому? Кинорежиссеру. Тот узнал, что он продолжил расследование, и принял меры. Значит, он действительно преступник?