Меня такие персонажи всегда веселили, а Кира от них просто с ума сходила, я знал.
Отчаянный натуральный блондин, с крупным носом, улыбчивым ртом и вечно хитреньким выражением на гладком лице. Он не вызывал неприязни при этом. Его хотелось в русскую баньку затащить, на рыбалку позвать. Потрепать нервы русским колоритом, потому что имея прекрасную простецкую фамилию, и ещё более прекрасное имя, Александр Сергеевич был сущим иностранцем в наших краях.
— О! Привет, ребята! — в белых брючках и кремовой футболочке-поло, Александр Сергеевич лёгким пружинистым шагом спустился, чтобы начать жать нам руки. — Как доехали? Заблудились, как я полагаю?
— Немного, — улыбнулась Кира, искусно кокетничая. — Я — Кира Кирова, дизайнер интерьера!
— Алиса Лисина, — сверкнула улыбкой Алиса, протягивая в свою очередь руку. — Вы общались со мной!
— Да! Да. Алиса, очень рад встрече! — Александр Сергеевич улыбался во все свои молодые и здоровые тридцать два.
— Ян Григорьев, просто столяр, — я любил так представляться.
Рассказывать, что дерево — это искусство, что это сложная и тонкая работа, которую проделывают мастера… что-то новомодное и чуждое простому русскому человеку. Может мне ещё инсту вести?
“Сегодня я покажу вам, как обработать оливковое дерево…”
Так что проще шокировать человека, и прослыть мужиком с перегаром, чем вдаваться в тонкости и подробности с применением умных слов.
— Ян — краснодеревщик, — важно добавила Кира, как будто это о чём-то могло сказать Александру Сергеевичу.
Он промычал что-то вроде “О-о-о” и кивнул.
С тем же успехом Кира могла сказать: “Вы отвалите этому мужчине туеву хучу бабок!” — и похлопать “Онегина” по золотой ручке.
— Са-а-ань, — прозвенел откуда-то сверху женский голос.
— А-а? — ответил “Онегин” запрокидывая голову, и пытаясь рассмотреть что-то на верхнем пролёте лестницы.
— А фен есть?
— Да!
— Супер! Тогда я в бассейне! Фу, жара, ужас какой-то!
Вот, чтобы вы понимали, насколько я был в этот момент убит, вам мало просто это представить. Я попытаюсь пояснить.
Смотрите, представьте, что… да какие к чёрту метафоры?!
САФО, подложив под задницу полотенце, съехала по перилам, в бикини и с двумя аккуратными шишечками на голове, мягко приземлилась рядом с “Онегиным”, который даже бросился её поддержать (познакомим его загребущие руки с обушковой пилой, как считаете?). Сафо нас пока не заметила. Она явно не рассчитала силы и теперь вопила, потому что прыгнула прямо на ногу, и вот тут я уже “Онегину” не доверял. Первым бросился и поднял её повыше, так что задница в бикини (мать её) оказалась на уровне глаз. (Уж не знаю какое чудо меня остановило, но я был на грани того, чтобы её укусить).
— Ты с ума сошла, так скакать, — даже Кира вспылила.
— Кира, Алиса, вы начнёте?.. — я только заикнулся, а девчонки тут же повели Александра Сергеевича, как две цыганки, во двор.
— Стойте! Сафо?
— Я их всех знаю! Кира моя сестра, — проблеяла Сафо, где-то над моей головой. Ей явно было сложно оставаться в вертикальном положении, потому она вцепилась ногтями в моё плечо. Больно, но того стоит. — Мне Ян поможет.
— Хорошо! Если что, Лёва там коктейли для тебя делает…
— Ага, — она даже засмеялась.
А как только дверь за цыганками и Онегиным закрылась, я со всей дури шлёпнул Сафо по заднице, отчего она тут же стала шипеть и вырываться, а потом просто бессильно повисла животом через плечо, как бы намекая, что сдалась. Я понёс её к закутку под лестницей, где стояла низенькая лавочка, но стоило туда усадить девчонку, как она тут же влепила мне пощёчину.
— Дура! — выдал я, первое, что пришло на ум.
— Дикарь! Даже в Африке себя так не ведут!
— Ты мне ещё Дагестан вспомни! Ты какого хрена тут в неглиже разгуливаешь, зараза? — я не хотел злиться, но подмывало рубить головы с плеч.
Э… я говорил, что ревнивый? Ну так, вброс на всякий пожарный.
Я, сука, очень! Очень ревнивый. Но, опять-таки, Сафо как бы мне не девушка. И вот тут начиналась настоящая головомойка в моём собственном исполнении. Какого хрена я мечусь?..
А с другой стороны, ну вот так чувствую! Очень сильно! И ограничивать себя — смысла не вижу. Зато его видела Сафо.
— Это он твой ММ? — спросил прямо, чтобы не играть в молчанку.
— Переписку мою читал, — тихо констатировала она.
— Да.
— Поздравляю, Шарик, ты балбес. Отойди! Я пошла валяться в бассейне. Не хочу тебе ничего объяснять. Я же говорила, что мы не-со-вме-сти-мы. Ты будешь вечно меня ревновать!