— Мужики за ним пойдут, — сказал Севрюгин. — Уважают.
— Подумай, Алеша. И мы покумекаем! — добавил капитан.
2
У всех, кто жил дальше одного километра от автобазы в своих домах, были и свои машины. Цепочка срубов тянулась вдоль трассы километров на семь. Все жертвы бандитов подбирались из этих индивидуалов, ни один мужик из общежития не пострадал. У Алексея, как у всех, была своя «Нива», но о том, что в сарае стоит джип, не знал никто. Эту ночь он не спал. Предложение майора стало для него неожиданностью. Если шоферы возьмут трассу под контроль, бандитам не сдобровать. Алексей давно понял их схему, под нее и выстраивал свой план.
Оружие было у всех. Ружья, карабины и даже автоматы. У Алексея был американский многозарядный карабин, купленный еще в Новосибирске. Он зарядил его патронами с картечью, положил в свою «Ниву» и поехал на нефтеперерабатывающий завод. Проезжая дом Романа Кочета, заметил стоящую возле него «Ниву». Но Кочет проехал мимо него на своей машине пять минут назад в сторону автобазы. Значит, в его доме чужие. Алексей свернул с трассы на просеку, где шла установка опор под высоковольтную линию, вышел из машины и вернулся к дому с тыльной стороны. На пороге появились трое мужчин, сели в «Ниву» и поехали в сторону завода. Алексей их запомнил. На машине не было номеров, к крыше привинчен багажник. Угрюмов зашел в дом, они все строились по стандарту — огромная русская печь посередине. На ней он и увидел послание, написанное широкой кистью, вместо краски использовали нефть. «Уйди с дороги, Роман! Не то крышка!»
Парня приговорили. Кочет должен стать пятым. Алексей вернулся к своей машине. Выезжая на трассу, он увидел проезжающий мимо рейсовый автобус. Они ходят точно по расписанию, каждые три часа. Алексей посмотрел на часы. Восемь пятнадцать. Он поехал за автобусом. Начинало светать. Небо ясное, будет солнечный морозный день. Дорога до нефтезавода напоминала волнистую морскую поверхность: подъем, спуск, подъем, спуск. Пятый километр считался самым опасным на всем пути. У пологого спуска дорога резко сворачивала влево и начинался новый подъем. Зазеваешься — улетишь в пропасть. На памяти у старожилов были такие случаи. Живым из бездны никто не вернулся. После одной из аварий обрыв огородили бетонными плитами, но каждый шофер бензовоза понимал, что никакой забор не удержит многотонный грузовик. Многотонные цистерны, идущие под уклон, могут снести что угодно на своем пути, особенно зимой, когда дорога покрыта ледяной коркой. Сюда с автобазы высылали самосвалы с песком, рассыпали его, чтобы при резком повороте не заносило цистерну. Гиблое место прозвали Чертов угол. Куда ни поедешь, везде находятся чертовы места. Алексей имел дело с Чертовым копытом, теперь познакомился с Чертовым углом. Похоже, дьявольщина будет сопровождать его всю жизнь. Въехав на холм, Угрюмов остановился и посмотрел на часы. Уже рассвело. На месте вчерашней катастрофы черный снег, сброшенный в кювет, остов сгоревшего бензовоза, бумажный цветок на столбе. Алексей стукнул кулаком по рулевому колесу и двинулся дальше.
Чем ближе он подъезжал к заводу, тем движение на трассе становилось интенсивным. Появились поселки, харчевни, магазины и автозаправки. Мертвая зона составляла километров сорок, на ней и происходили все несчастья. Угрюмов доехал до ворот завода, куда выстроилась очередь бензовозов, и остановился у пельменной напротив центральных ворот. Тут стояли две «Нивы», обе без номеров. В огромном зале пельменной завтракали шоферы, ложками черпая пельмени из больших лоханок. Столы были заставлены кружками с пивом. На всей трассе не встретишь ни одного поста или патруля, гаишники и милиция в эти гиблые места не забредали. Тут не существовало правил и законов, однако ни аварий, ни драк не случалось. Обходились без милиции, она здесь была без надобности. Проблемы начались месяц назад, но они касались только бензовозов, остальные на бедствие смотрели сквозь пальцы, тут каждый сам за себя.
За одним столом сидели шестеро мужчин, троих он уже видел возле дома Кочета. Они весело смеялись, пили пиво и рассказывали анекдоты. На пальцах татуировки, впрочем, в этих местах все ходят разрисованными.
Алексей взял себе кружку пива и сел у окна, не переставая наблюдать за веселой компанией. И не зря. К столу подошел Костя Федотов из второй колонны. Он вынул из кармана свернутую газету, небрежно бросил ее на стол и пошел к раздаче. Мужики на него даже не взглянули, будто он выбросил газету в урну. Один из мужиков молча взял ее и сунул в свой карман.