Выбрать главу

Опыт общения с женщинами бальзаковского возраста у Никиты был немаленький, благодаря госпоже Войцеховской. Владелица брачного агентства, которая довольно долго была ко всему прочему ещё и его любовницей, научила его если не всему, то очень многому.

Разговорить под капельку хорошего коньяка проводницу и её сменщицу до этого безмятежно отсыпавшуюся после ночного дежурства удалось без особого труда. И наградой тому стала домашняя курочка, отварная картошечка с укропом и салат из помидоров, сбрызнутый растительным маслом. Причём и курица, и картошка на стол были выставлены не холодные, а разогретые до приятного жара в микроволновке. И почему такие услуги пассажирам проводники не оказывают? Ведь нетрудно — пара минут и все готово…

В своё купе Никита вернулся довольным, сытым и слегка подшофе.

— Присаживайся, — кивнул один из мужчин в сторону их столика.

Его попутчики расписывали «пулю».

Никита тихо застонал. Играть в преферанс он прекратил ещё в студенчестве, когда обложил все мужское население «векселями» — ему должны были все, с кем он сыграл хоть единожды.

— По маленькой, — добавил мужчина. — Вист — рубль.

Никиты крякнул — ничего себе по маленькой.

— Картами не балуюсь, — покачал он головой и принялся расстилать себе постель.

Большой город будет рано-рано утром — надо выспаться, перед тем, как исчезнуть.

— Научим, — настаивал мужчина. — Ничего сложного. На вид ты не дурачок.

Никита быстрым взглядом окинул компанию. Ну, сколько они могли заработать за две недели вахты? У него в рюкзаке денег гораздо больше, чем у всех вместе взятых вахтовиков. Да и не хотелось раздеть их догола. Видно же, что мужички не картёжники — так, расписывают «пулю», чтобы скоротать время. А он не сможет удержаться, чтобы не продемонстрировать мастерство, и обует их по полной. Да и кольцо с камнем при нём, чтобы пометить карты. И надо-то всего несколько раз черкануть им — тузы и семёрки. Восемь карт. Мужички и не почувствуют его метки на внутренней поверхности листов своими огрубевшими от тяжёлой работы пальцами. Да и сдают они так, что смотреть противно.

Нет, играть он с ними не станет. Даже в дурачка. Жалко работяг.

Подтянувшись, Никита легко забрался на свою полку и, отвернувшись к стене, сделал вид, что уснул. Пусть мужички развлекаются без него. А он поспит, отдохнёт, а к утру ближе к проводницам подастся, чтобы забрать свой билет и тихо исчезнуть в предрассветном тумане. После него не должно остаться никаких следов…

 

***

 

Незнакомый город встретил Никиту неласково — промозглым ветром и моросящим дождём, словно и не лето вовсе.

Пришлось извлекать из рюкзака куртку.

На первом этаже здания вокзала Никита не без труда разыскал киоск, торгующий местной прессой. Он купил рекламное издание с объявлениями о сдаче квартир.

Позвонил по первому понравившемуся номеру.

Ему ответил приятный женский голос.

Никита попытался представить его владелицу и не смог. Ничего, он скоро увидит её живьём. И проверит, что с ним не так. Голос и интонации — главное в его «профессии»...

 

Дверь открыла девушка лет двадцати трёх-двадцати пяти, непричесанная, в коротком шелковом халатике.

— Здравствуйте. — Улыбнулась она и, покачивая бёдрами, прошла внутрь квартиры.

Никита хмыкнул и покачал головой — как его встречают. Ничего не оставалось, как проследовать за ней.

— Чай, кофе, сок? — спросила девушка и выразительно выгнула брови. — А может, вина?

— Ничего не надо. — Отказался Никита.

Скорее всего, снимать эту квартиру он не станет — слишком большая и дорогая для него. Трёшка в элитном доме с охраной на первом этаже. Нет, ему что-нибудь попроще. Не хотелось, чтобы кто-то заметил, что его расходы во много превышают доходы. Да и машину он хотел приобрести поплоше — только чтобы ездила. Не разбитую «Ладу», конечно, но все же. А во дворе стояли только дорогие иномарки. Выбивающаяся из общего ряда машина тоже весьма подозрительна.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Наверное, мне это не подходит, — обиженно сказал Никита и, развернувшись, направился на выход.

— Погодите, — остановила его девушка. — Я вам ещё ничего не предложила.

— Как же. — Обернулся через плечо Никита. — Выпить.

— И все же. — Девушка выразительно поманила его пальцем, а потом ткнула им на диван, возле которого стояла, предлагая присесть. — Или коньяк.

— У меня свой.

Никита вернулся и прежде, чем удобно расположиться на кожаном диване кремового оттенка, вынул из рюкзака початую бутылку Хеннесси.