— Бля, Лем, ну что ты, как не мужик? — возмутился человек.
— Ну… я вообще-то не мужик, — признался он.
— Ха! Мальчик! Я так и знал, — хохотнул Шницель, — но так это же ещё лучше. Представь себе, девственность с асари потерять! Ширнись антибиотиками под самое не хочу, скидывай с ней костюм, и дери пока силы есть. Завтра, конечно, будет полный п…ец, с соплями и температурой, но оно того стоит, — авторитетно заявил он, — тем более я тебя лично в клинику отвезу. Ты ж на своём Флоте легендой среди паломников будешь.
— Я не мальчик, — тихо буркнул квар.
— Лем, не е. и мозги, — нахмурился жрец, — тут как бы бинарный результат. Если с женщиной был, то мужик, если ещё нет, то мальчик. Онанизм не считается.
— Я девочка! — крикнул… крикнула она.
— Как девочка? Какая девочка? — челюсть Щитта отвисла от удивления.
— Кварианская! — повышенным тоном ответил центр гендерной интриги. — Тали знаешь же? Вот я такая же.
— Но, бл. ь, а капюшончик где? — кипящий разум отказывался верить в такую подставу.
— Ты серьёзно? — кварианка как-то сочувственно покачала головой и достала из кармана искомый предмет одежды, после чего демонстративно одела на шлем и прикрепила к ключицам.
— А, а… — человек всё ещё хватал ртом воздух, — а сиськи? Сисек нет!
— Ну извините, — едко прокомментировала Лем, — может, у людей по другому, но у нас не всем генетика даровала фигуру кормящего матриарха.
— Больная тема? — спросил Алекс, всё ещё пытаясь собраться с мыслями.
— А ты походи три года с кличкой «судно класса Гюрус.»
— Чего? — не понял он отсылки.
— Турианский исследовательский корабль, отличается очень обтекаемым корпусом без всяких выпуклостей.
— А-а, «ботан-плоскодонка,» — до человека дошло. — Не комплексуй, не в сиськах счастье, точнее не только в них. Извини. Блин, я был уверен, что ты мужик…
— Да уж, — вздохнула, оказывается, девушка, — ваши походы из душа в каюту в одном полотенце доставляли… особенно когда вы им вместо того, чтобы половые органы прикрыть, голову вытирали.
— Издержки жизни в казарме, — смутился Щитт, и спросил, — слушай, а нахрена вообще этот маскарад?
— У квариан мужского пола во время паломничества риск быть изнасилованным ниже на шестьдесят четыре процента, — сообщила кварианка, — а я к тому же оружием пользоваться вообще не умею.
— Научу… Знаешь, давай я тебя сейчас до дома подброшу, а потом к Карне. Может с ней в Лазурь сходим… Лем, а можно нескромный вопрос?
— Почему нет, капитан, — хихикнула девушка, — спрашивайте.
— Ты как вообще под шлемом выглядишь?
— Э-э, — смутилась она, — это как бы… тебе Тали не…
— Да не собираюсь я на тебе жениться, чудо в скафандре! — заржал Шницель, — можно ведь просто селфи сделать, ты ведь в своей комнате без шлема ходишь.
— Идите вы, — инженер запустила в начальника свёрнутым костюмом, который тот еле поймал.
Поездка на такси до дома прошла в юмористической атмосфере — оба сбрасывали напряжение. Лем от того, что которую неделю водила капитана за нос со своим полом — нечестность заметно давила на её психику. Нет, навешать водоросли на уши какому-нибудь галакту проблемой не было, но вот после вступления в команду начала действовать психологическая деформация к которой были склонны большинство квариан для которых корабль — это семья. Человеку же было стыдно за собственную ненаблюдательность — задним умом были видны множество знаков, и за то что считал свою инженера то ли трапом, то ли просто гомосексуалистом. Девушка оказалась действительно ребёнком, ей ещё даже не стукнуло и двадцати восьми лет — Раннохских, по земным меркам она была семнадцатилетней. Но на Флоте взрослеют быстро, а Кона была вдобавок и вундеркиндом, закончив обучение досрочно. Райя же была ну очень перенаселённым кораблём, одним из лишь трёх, где были условия для почти нормальной жизни, а не прозябания в стальной коробке, так что скидку на возраст ей делали сквозь зубы, постоянно намекая, что неплохо бы освободить жилое место и отправиться в Паломничество, вот девчонка и не выдержала. С Тали Лем была знакома лишь шапочно — учились вместе в одном классе, и она была сильно удивлена, что адмиральская дочка её вспомнила. Щитт дал себе обещание кого-нибудь жёстко обматерить, или даже отп…ить, за то, что отправили ребёнка в жуть космоса, где орудуют грабители, убийцы, работорговцы и ксенофилы, а так же ввёл несколько пометок к действию в омник, пока кварианка смотрела в другую сторону. В бар к Этите он завалился уже ночью, перед самым закрытием.
— Карна, — сказал он, проводив взглядом шатающегося саларианина, что «на рогах» покинул заведение, — сейчас, конечно ночь, но если у тебя нет других планов, как насчёт сгонять в Лазурь? Мы тут закончили е. ться заводом, хочу отпраздновать.
— Квару целку рвать будем? — деловито поинтересовалась матриарх, вбивая что-то в консоль, скорее всего итоги по выручке за день.
— Э-э, мой квар, вообще-то не квар, а квара… — скомкано объяснил Щитт, и добавил для ясности, — девочка она.
— Ну так я и говорю, целку рвать, — недоумённо посмотрела на него асари.
— Ты что, знала? — удивился человек.
— А ты — нет?
— Но как?
— Ну, тембр голоса, изгиб задницы, пропорции пальцев, угол подъёма стопы… — начала перечислять она.
— Издеваешься?
— Ну синь-синь, навёл артиллерию на квадрат, наконец, — хохотнула хозяйка бара, — плечи, дятел. У парней кваров как яйца отрастут, так плечи сразу раздаются.
— А раньше чего не сказала, мать? — возопил «обманутый» человек.
— Так я думала у вас там ролевые игры какие-то, — пожала она плечами, и хитро добавила, — гендерные.
— У, вредина, — Шницель допил пиво, — нет, Лем мы развращать не будем. Ребёнок совсем, ей блин в её возрасте, если не в куклы играть то за партой сидеть и тайком от родителей целоваться, а не шляться по бл. дям в компании ксенофила и развратницы с девяти-вековым стажем. Кстати, о бл. дях, пойдём?
— Ух ты мой ксенофил, — матриарх растеклась в улыбке и погладила Щитта словно котёнка по коротким, чуть длиннее щетины волосам, — можно и отведать голубого мясца. Только не в Лазурь — это понтовое место для малолеток с лишними деньгами и без вкуса, — после чего забрала пустой бокал и отправила его в автоматическую мойку,
— А куда тогда, — заинтересовался ктулхуист.
— О, пора тебе познать секреты Нос Астры, — заявила Карна, — дай пару минут переодеться, — после чего отправилась в подсобку на ходу снимая платье и совершенно не стесняясь человека.
Поход по женщинам лёгкого поведения в компании матриарха запомнился жрецу великого древнего надолго. Ему пожалуй стоило получше подумать перед тем как уговаривать на эротические приключения помешанную на войне и кроганах культуристку, разменявшую десятое столетие. Он, наивный, думал, что будет нечто вроде заведения консорта Шаиры, или, на худой конец, банальный бордель, каких сотни в любом большом городе галактики. О нет, Этита затащила товарища в клуб, где наёмники после очередной хорошо оплачиваемой мясорубки «чинили» сорванные крыши жизнеутверждающим трахом. А поскольку контингент этого клуба был весьма расово разнообразный, то и спектр услуг предлагался широчайший… Щитт своими глазами видел, как какой-то батар отправился трахать ручного варрена… Впрочем, от подобного ужаса Ктулху своего адепта избавил. Карна «всего лишь» заказала оргию с полудюжиной синекожих дев и, конечно же, мускулистым, лоснящимся от ароматного масла, кроганом. Секс с юными асари человеку понравился, а вот уворачиваться от мокрого болта ящера и брызг с… и из него — совсем нет. Ну а потом, насытившись тучанским телом и ласками младых красавиц, матриарх нацепила дилдак и сама начала пользовать кого попало. Шницель еле отбился от домогательств, коварно перенаправив бешеный напор Этиты под хвост рептилии, а сам схватил ближайшую девку и спрятался с ней в шкаф, для «продолжения банкета.»
«Дорогая Тали. Это п…ец! Лем — девчонка! Юмористы вы хреновы, чтоб вам целующиеся батары по ночам снились. Нельзя так издеваться над моей ранимой натурой. Тем более, что я узнал её пол, кода на полном серьёзе предлагал пойти по бабам-асари. Чувствую себя даже не боштетом, а просто — м…ком.