— Якинику собака! — завопил в ответ тот, и они с Щиту-саном крепко обнялись, похлопывая друг-друга по спине, как старые друзья в голливудских фильмах. Винт-переводчик явно сбоил, так как жареную псину не ели даже в Корее (там из неё варили вкусный супчик), и девушка раздражённо открыла экран настройки на омнике.
— Какими судьбами? — тем временем продолжал встречавший. — Как же я рад тебя видеть живым и здоровым!
— Ну, — ответил за молодого Буроба, — когда я вернулся в Киев и напоролся в Борисполе на запоздало празднующего День ВДВ мужика в футболке с надписью «Шницель Сука,» — яростно отрегулированный идиоматический фильтр похоже помог, — то просто не мог пройти мимо.
— Серьёзно что ли? — удивился бугай, выпустив «кодаму» из лап, на что тот расстегнул толстовку. Сзади не было видно, но похоже он продемонстрировал ту самую надпись. — Shoyaebu, — добавил он. Звучало это отдалённо по-японски, но не значило ровным счётом ничего, с чем согласился и отказавшийся переводить реплику Винт. — Дедуля, как ты? Как перелёт, — обратился мужчина к старшему из гайджинов.
— Жив, — ответил старик, — что в моём возрасте уже достижение. Сейчас бы заселиться в местный дом престарелых с медсестрой-асари ровесницей, и вообще прекрасно было бы.
— Ровесница всё ещё в космосе болтается, а моя другая подруга-асари тебя раз в десять старше, — хохотнул Щиту сан и наконец посмотрел на японку. Вот только глаза почему-то совсем не задержались ни на лице, ни на фигуре… ксенофил, что ли? — Kamrady, — продолжал сбоить переводчик, — может даму представите? А то родственниц в стране Восходящего Солнца ни у кого из нас нет, а как девушка, она явно вне вашей лиги, — младший показал какой-то жест, вроде бы хлопнул ладонью по согнутой руке.
— Норико Сато, — наконец проявил толику вежливости усатый, — мисс Сато заинтересована в позиции начальника ИТ у нас.
— Из Тоямы, — констатировал «унтер,» на что его старший товарищ кивнул, а сам он посмотрел девушке в глаза. Вот только плотоядность в этом взгляде была отнюдь не эротического толка, а примерно как у Маэда сана, одного из сайко комон брата, когда тот готовился взяться за очередного лоха. — Стас, помнишь ты мне недавно разъяснил мой дебилизм?
— Ну? — настороженно ответил Буроба.
— Ну, возвращаю его тебе, — заявил партнёр, — ты мне сейчас предлагаешь нанять специалиста гокудо айтишником и запустить в сервера, — Евразиец начал краснеть, причём явно не от тропического тепла, а говоривший снова повернулся к японке. — Норико сан, при всём уважении к вам, я не могу обсуждать с вами сотрудничество до того как у нас с вашим начальством не будет договорённости об… исключительно лицензионном использовании интеллектуальной собственности нашей компании, — так её отшивали разве что волусы.
— У меня есть полномочия провести такие переговоры, — вежливо произнесла Сато, что-что, а лицо держать она умела в любой ситуации.
— Очень рад, — сказал Щиту-сан, — если вам удобно, то можем встретиться сегодня вечером или завтра, по вашему предпочтению.
— Сегодня вечером мне подходит, — выдала она свою лучшую ослепительную улыбку, которая штатно сработала даже на старике, но не на унтере-бизнесмене. Точно — ксенофил… Или яойщик?
— Отлично, можем пообщаться у вас в гостинице, или же я знаю прекрасное заведение неподалёку, Вечность.
— Я с удовольствием познакомлюсь с ним, Щиту-сан.
— Тогда вот вам мой контакт, — он коснулся омника, посылая сообщение, — дайте мне знать минут за тридцать, и мы со Стасом вас подберём.
«Это может быть интересным,» подумала Норико, распрощавшись с гайджинами. На Илиум она прилетела лишь для смены обстановки, но если получится замутить с Евразийцами что-то прибыльное, то можно будет немного утереть нос брату, чтобы не ворчал слишком часто про «не женские дела.» Почувствовать себя немного Фумико, причём без бесполезной нагрузки в виде мужа. Тем более, что хоть один из них не пускает на неё слюни… вот только интересно, кто в его вкусе — асари, мужики, или нечто совсем уж экзотическое?
Полноценный разговор между Илиумом и Землёй… возможен, но не по карману даже дочери богатой по меркам своего города (если не страны) семьи Якудза. В конце концов, в современном обществе мало деньги иметь, их надо ещё и легализовать — вечная проблема криминальных авторитетов и чиновников. Но и это можно превратить в преимущество, если использовать с умом. Например, лаконичный ответ от братика на своё письмо, звучащий как «Да делай что хочешь, хоть местную ячейку гокудо организовывай, дай только поспать!» можно принять как руководство к действию… и в худшем случае невинно хлопать глазками и злорадно ссылаться на «долг» женщины следовать указаниям мужчины. Главное, только, палку не перегнуть.
Ну, а к вечеру девушка успела посетить салон в припортовом торговом центре, прикупить модное платье — естественно пришлось отовариваться в отделе для юных дев, так как матроны асари как правило имели чуть ли не хентайные пропорции, а так же нанести боевой макияж. Выходить на переговоры она собиралась во всеоружии, так как биология есть биология, и если мужик не полный импотент, то его броню теоретически можно пробить, несмотря на сексуальные предпочтения. По крайней мере, так говорил её жизненный опыт в тридцать с лишним лет. Тасале вплотную подобралась к горизонту когда она отослала сообщение гайджинам, маленький орбитальный наклон не только делал полярный климат стабильным, но и дарил нормальный суточный цикл вместо долгих полярных дней и ночей. Также девушка сделала себе заметку временно убрать эпитет из лексикона, даже внутреннего — как никак чужаком-гайвакусеиджин на этой планете была именно она.
Евразийцы были пунктуальны, явились через двадцать шесть минут. Буроба-сан щеголял великолепно подогнанным тёмно-синим костюмом. Фасон, конечно, был позапрошлого года, но мужчинам такое простительно. Пиджак на нём сидел, словно китель на флотском офицере, подчёркивая осанку и лоск, да так, что Норико даже подумала, что этот экземпляр противоположного пола возможно достоин свидания-другого. А Щиту-сан, наоборот, выглядел полной противоположностью. Тот же самый помятый прикид, что был на нём утром, плюс кобура на бедре, нагло выходящая за грань добра и зла. Ну что же, «вызов принят,» решила для себя женщина, садясь в такси.
— А что же вы бронекостюм дома оставили, Щиту-сан? — первую шпильку в противника она отправила уже перед входом в оживлённый бар.
— Ну так мне же не в перестрелку, а так, гопоту охолонить, — пожал плечами мужчина, придержав для неё дверь и игнорируя укоризненный взгляд партнёра. Ноль-ноль. — Карна! Мы в приватную комнату, как договаривались! — крикнул он матроне-бармену. Та подмигнула в ответ и указала рукой вглубь заведения. «Всё-таки ксенофил,» решила для себя японка, пока тот вёл её и усатого мимо галдящих посетителей. Тем интереснее — пусть тяжёлой артиллерии, как у чуть ли не каждой асари, у неё не было, но своим вторым размером она владела мастерски. — Располагайтесь, заказывайте — сам унтер, как прозвала его для себя Сато, уселся в дальнем от входа углу и цапнул со столика одну из планшеток-меню. Комнатка была приятной. От общего зала её ограждала полупрозрачная стена, позволяющая видеть атмосферу бара, но технологично отсекающая лишний шум. лампа под потолком медленно меняло оттенки между красным, синим, и фиолетовым, под стать приглушённой музыке.
— А вы так быстро вжились в местный ритм, Буроба-сан, — сказала девушка чарующим голосом с лёгкой улыбкой.
— Пожалуйста, просто Стас, — ответил он ей. Как там говорят американцы? «Заглотил крючок, леску и поплавок?» — Это Алекс у нас успел обжить Илиум, я его впервые увидел сегодня утром.
— Хорошо, Сутасу-сан, — говорящему по японски сложно произносить западные имена без практики, — а на каких планетах вы побывали?
— О, меня в своё время помотало по колониям, — пустился он в рассказ, который девушка частично пропускала мимо ушей, а частично заносила в ментальный блокнот, памятью, как и красотой, природа её не обделила. — … и последние несколько лет перед отставкой я провёл на Иден Прайм. Воистину райский уголок, — наконец закончил он. «Оба военные, это многое объясняет,» сделала заметку гьяру. Про усатого она знала — простой поиск в экстранете легко находил героя обороны Иден Прайм, а второй будто бы не существовал, что в принципе странновато в век социальных сетей и маркетинговых мегабаз.