— Бунт? — комвзвода сглотнул.
— Считаю до трех. Отойти от пульта. Раз… — начал Бадави.
— Приготовились, — прошептал Ингвар от двери.
— Два…
— Ты обезумел⁈ — Шредингер качнулся вперед, похоже он собрался броситься на комотделения-два.
— Три, — Бадави кивнул, и началась пальба.
Глава 23
Я присел, и гриб надо мной взорвался звоном и грохотом, от него полетели ошметки металла. Очередь прошлась по стене, оставив аккуратный ряд дырочек, вскрикнул и замолчал Ганс.
Автомат уже был у меня в руках, и я приподнялся, спустил курок; то же самое сделали остальные, Ингвар, Вася, Сыч.
Цель находилась как на ладони, хоть и защищенная бронежилетами, и пытавшаяся маневрировать. Но слишком уж мало пространства было в помещении, и единственный шанс Бадави и его вояк оставался во внезапности.
А поскольку мы ждали от них какой-то подлянки, то шанс этот оказался маловат.
Расстреливая магазин, я заметил, что одно из трех лежащих у консоли тел шевелится. Похоже,кто-то из офицеров выжил, а если совсем повезет, то это окажется не гнида Шредингер.
— Как старший по званию приказываю вам сложить оружие! — голос Бадави прозвучал неестественно, будто синтезированная речь.
— И это ты совсем за идиотов нас держишь? — отозвался Ингвар.
Кровь текла по груди норвежца, но он на адреналине выглядел невозмутимым, пуля то ли зацепила шею по касательной, то ли пробила плечо, не повредив ничего важного. Перемещался он в любом случае нормально, и автомат держал уверенно.
— Я ваш старший по званию, — Бадави говорил как робот, совсем не так, как обычно. — Немедленно сло…
— Все готовы? — спросил Вася. — Тогда давай! Получи фашист гранату!
Они были готовы, и встретили нас огнем, но в этом бою уже мы определяли все условия — нас было больше, мы загораживали единственный выход, и мы понимали, за что деремся. А марионетки из второго отделения двигались механически, они находились под внешним управлением, и естественно, немного запаздывали.
Еще двое упали, и один завопил от боли, принялся изумленно озираться.
— Иначе будете уничтожены! — Бадави шел к нам, стреляя почему-то одиночными, глаза его были выпученными, перекошенное лицо совершенно белым.
Но увы, противостояли ему не трусливые хипстеры.
Сразу несколько пуль угодили комотделения-два — увы, бывшему — в лоб, превращая его в кровавое месиво. Но даже в таком состоянии Бадави сделал несколько шагов и лишь потом упал на пол, лицом вперед, прямо, как срубленное дерево.
Следом повалились двое оставшихся бойцов, то ли мы попали удачно, то ли они потеряли сознание.
— Вот ведь ни хрена себе… ни хрена себе… ни хрена себе… — у Эрика заело пластинку, и он никак не мог остановиться.
Комната напоминала бойню, где поработали очень неаккуратные мясники из числа поклонников священной плоти. Всюду лежали тела, одни неподвижные, другие вздрагивали. Кровью было забрызгано все, даже потолок, грибы и продолжавшая невинно моргать огоньками консоль.
В нее попали не раз, я видел, но видимо эта штука была создана так, чтобы противостоять даже стрельбе в упор.
— Эх… — Ричардсон поднял голову, и я облегченно вздохнул. — О, ну это вообще…
Он морщился и был бледен, но смотрел осознанно.
— Что тут было? Что? — боец из отделения Бадави, тот, что ранее вопил от боли, изумленно таращился на собственные руки.
— Да психанули, бывает, — философски заметил Нагахира, которому тоже досталось, пуля вошла в предплечье.
Целых нас осталось семь человек, в их числе я, и мы занялись ранеными.
— Толку в этом? — выдавил Ричардсон, когда я перевязывал ему бедро. — Все равно… Останемся тут.
— Не останемся, — я покачал головой.
Умерший от ножа дрищ подарил мне знание не только о том, как отключить фабрику, но и о том, как отсюда выйти. Нет, дырочка в стене не откроется заново, но зато на подземном уровне можно открыть одну неприметную дверку, и за ней будет отнорок, который выведет нас из дредноута.
— Бредишь, — комотделения сплюнул.
— Ыыыы, мокрожопые, что вы тут натворили? — хриплый голос известил, что Шредингер тоже ухитрился выжить, хотя и получил рану в живот, и умрет в мучениях, если быстро не дотащить его до врачей.
— Бредишь, — Ричардсон смотрел прямо на меня, то и дело облизывал губы, ему явно хотелось пить, но он знал, что воды у нас нет, и не просил.
Вместо ответа я встал и пошел к консоли, по пути перешагнул через тело Бадави, еще одного из его парней. Ганса уже перевернули на спину, и стало ясно, что ему ничем не помочь — ни дыхания, ни пульса; разве что забрать оружие и амуницию, как написано во всех уставах.