– Не так давно случился пожар в отделе почётных титулов, сгорели все архивы…
– Да-да, – кивнул князь. – Кажется, я что-то об этом слышал.
– Четвёртый секретарь Гу Мунь уже понёс уже наказание за свою рассеянность – уходя, забыл потушись свечи, – пояснил чиновник. – От них всё и сгорело. По нашей вине – потому и восстанавливать все мы должны бесплатно.
– Должны, – Баурджин развёл руками. – Таковы правила, что уж с этим поделать? Боюсь, что ничем не смогу вам помочь.
Старик неожиданно улыбнулся:
– И мы бы, конечно, ответили за своё головотяпство сами, но…
– Ах, есть ещё и «но»? – вскинул глаза нойон.
– Да, господин, имеется! – твёрдо произнёс Сань Канжу. – Тут не всё так просто, с этим пожаром…
Баурджин скривился:
– Постойте, постойте! Что же, вы хотите сказать, что по факту пожара дознание не производилось?
– Производилось, господин наместник. Но сейчас неожиданно всплыли новые факты.
– Какие же? – наместник с интересом взглянул на чиновника.
– Я привёл с собой Гу Муня, обвинённого в пожаре секретаря. Он кое-что расскажет, если вы, конечно, позволите.
– Давай, – махнул рукой князь. – Зови своего секретаря-раззяву! Так и быть, послушаем.
Четвёртый секретарь отдела почётных титулов оказался робким молодым человеком с вытянутым унылым лицом и длинным носом вечного неудачника. Держался он застенчиво, войдя в приёмную, долго кланялся и громко бормотал приветствия.
– Ну? – нетерпеливо перебил Баурджин. – Рассказывай всё в подробностях. Какие такие новые факты?
– Мышь, господин, – тихонько пробормотал Гу Мунь.
Князь вскинул брови:
– Какая ещё мышь?
– Она, видать, задохнулась во время пожара, никак не смогла выбраться, – туманно пояснил секретарь. – А я потом не обратил внимания – мышь и мышь – выбросил. А теперь вот вспомнил! Господин Сань Канжу, мой непосредственный начальник, выспрашивал меня о том, не случилось ли перед пожаром чего-нибудь подозрительного, вот я и вспомнил.
– О, Христородица! – воскликнул нойон. – Да при чём же тут мышь-то?
– У неё сильно обгорел хвост!
– Так ведь пожар! – Баурджин посмотрел на посетителей. Словно на клинических идиотов. – Пожар! Огонь! Вот и обгорел хвост.
– Это ещё не всё господин наместник, – пришёл на помощь подчинённому старик Сань Канжу. – Гу Мунь клянётся, что от остатков хвоста этой самой мыши сильно пахло смолой и серой.
– И что с того?
– Такой состав часто используют поджигатели, господин!
Баурджин нервно хохотнул:
– Ах, вот оно что. Значит что же, хотите сказать, кто-то специально поджёг ваш архив?
– Именно так, господин наместник!
– Ну, вы уж совсем с ума посходили… Ничего себе – факты! Мышь какая-то, хвост обгорелый… Кроме тебя, Гу Мунь, эту мышь хоть кто-нибудь видел?
– Не знаю, государь, – секретарь развёл руками. – Может, и видал кто, да, думаю, не обратил внимания.
– А что же ты раньше-то молчал? Ничего не сообщил производящим дознание лицам!
Гу Мунь шмыгнул носом:
– Так они и не спрашивали. Поинтересовались только, кто последним уходил из архива, я и сказал, что – я. Вот они и решили, что от свечи загорелось, а я ведь тушил! Точно тушил!
– Вот что, хорошие мои, идите-ка вы в суд! – подумав, решительно заявил Баурджин. – С таким сложным делом путь судьи разбираются. Идите, идите, что встали?
– Уже идём, господин наместник.
Оба – начальник и его подчинённый – уныло поклонились и вышли.
В приёмную заглянул Чу Янь:
– Не пора ли подавать обед, господин наместник?
– Обед? – нойон задумался. – А что посетители? Никого больше нет?
– Нет. На сегодня все кончились, господин.
– Ладно, тогда давайте обедать… Да, – Баурджин почесал бородку. – Вы случайно не знаете, что это за человек, архивариус отдела почётных титулов?
– Вы имеете в виду Сань Канжу? – Чу Янь поспешно спрятал улыбку. – Кто же его не знает? Скупердяй ещё тот, извиняюсь за грубое слово, к тому же ещё и придира. Мало кто может с ним сработаться, вот бедняга Гу Мунь – исключение. И то – только потому, что слишком уж робкий.
– Про мышь какую-то рассказывал, – князь покачал головой. – Вроде как от неё всё загорелось.
Мажордом усмехнулся:
– Сань Канжу, чтоб что-нибудь выгадать, ещё и не то может выдумать. Небось, просил на ремонт денег?
– Просил, – отмахнулся князь. – Ещё и расследование просил новое. Не знаю, чего уж там расследовать?
– Ой, да, конечно же, нечего, мой господин – время терять только.
– Ну-с, тогда ладно, – заканчивая разговор, Баурджин потёр руки. – Велите подавать обед, Чу Янь.