– Ну, нет! – заупрямилась красавица. – Завтра отпущу!
– Тогда и спать вместе будем завтра! – заявил юноша.
– Хорошо! – фыркнула Хозяйка леса, на миг явив страшную старуху. – Иди спать один, слуги покажут куда! А сестру отпущу завтра! Будет по-моему!
Упитанные барсуки отвели Братислава в богато убранные спальные покои и стражами стали снаружи; он, не раздеваясь, лёг на кровать, сна не было ни в одном глазу.
– Я пойду разведаю, где она, – предложил хлеб. – Потом за тобой вернусь.
– А барсуки?
– Не заметят.
Хлеб потихонечку выкатился за дверь и отправился на поиски Бажены. Его не было долго, или время для Братислава тянулось невыносимо и он потерял счёт минутам. Терпение было на исходе, он собрался уже выглянуть в коридор, как в покои вкатился хлеб.
– Нашёл её? – обрадовался Братислав.
– Нашёл, это было не сложно, она пахнет так же, как и ты. Пойдём, все стражи спят, – прошептал хлеб, и они выскользнули за дверь.
Толстые барсуки спали, мирно похрапывая, и никак не отреагировали на движение в темноте.
– За мной! – шепнул каравай.
Они пошли извилистыми коридорами, спускаясь где по лестнице, а где – по отлогому сходу, и вскоре пришли в самый низ.
– Вон там – чёрный ход, я разведал, – хлеб откатился в самый тёмный угол.
– А где же Бажена? – спросил Братислав. – Куда ты меня привёл?
– А вон она, в клетке.
Парень сразу же увидел решётку, запертую на огромный замок, за решёткой стоял топчан, на топчане кто-то лежал.
– Бажена! – робко позвал он. – Сестра! – погромче. – Сестрица!! – громко сказал.
– Тихо ты! – шикнул каравай.
– Кто меня зовёт? – послышался слабый голосок.
– Это я, Бажена, твой брат Братислав! – обрадованно зашептал он, вцепившись руками в решётку.
– Братик?! – девочка подскочила к решётке. – Ты пришёл за мной?! Да?!
– Да, сестрёнка, я тебя спасу!
Бажена заплакала.
– Не плачь! – испугался Братислав. – Ты же никогда не плачешь!
– Эта злая старуха не давала мне есть и пить, потому что я отказалась ей служить! Она сказала, что когда ты придёшь, она убьёт меня, а мою кровь вы вдвоём выпьете!
– Она так сказала? – ошеломлённо пробормотал юноша.
– Извините-простите, что прерываю вашу трогательную братско-сестринскую беседу, – вмешался хлеб. – Но нам надо бежать и поскорее!
– А это кто? – испугалась Бажена.
– Это хлеб, он говорящий, не бойся, – Братислав вытащил из мешка пёрышко соловья и дотронулся им до замка.
Замок мгновенно рассыпался в прах, и Бажена с Братиславом крепко обняли друг друга.
– Дети! Не время! – напомнил каравай. – Открывай дверь!
– Какво е това? Это что такое?! – в темницу влетела разгневанная Хозяйка леса в своём истинном обличье – страшной старухи.
Братислав закрыл собой сестру.
– Бежать хотите? – злобно спросила она. – А как же твоё слово?!
– А твоё? – возразил Братислав. – Ты же не отпустила бы её, а убила, ведь так?!
– Это кто тебе сказал? Она? – небрежно указала старуха на Бажену. – И ты веришь ей, а не мне? – она превратилась в ослепительную красавицу. – Разве я могу тебя обманывать?? Это она врёт, паршива девчонка!
– Я верю Бажене, она моя сестра! – твёрдо сказал Братислав.
– Возьми у него пёрышко, дотронься до двери и убегай отсюда! – шепнул тем временем хлеб Бажене.
Девочка так и сделала.
– Не останешься? – подошла ближе Шумска Майка, опять перекинувшись в безобразную старуху.
– Нет!
– А уговор?!
– Нет больше уговора, ты сама нарушила его!
– Ну, тогда умри! – старуха оскалила зубы и хотела когтями вцепиться в парня, но каравай метнулся ей в ноги, и она растянулась на полу.
– Брось в неё крошки! – крикнул хлеб, и Братислав, дёрнув узел, высыпал все крошки на Хозяйку леса.
Она завизжала и начала яростно чесаться скрюченными когтями.
– Бежим! – Братислав схватил за руку сестру, и они понеслись за караваем как сумасшедшие.
Бежали долго, пока Бажена не устала. Остановились передохнуть. Братислав отдал сестре остатки воды из туеска.
– Что это было? – спросил у хлеба.
– Вошки, – хихикнул каравай. – Крошки превратились в вошки. Правда, складно? Крошки – вошки! Она не знает, что это такое, и пока от них не избавится – погони не будет. Побежали!
Бажена вцепилась в руку брата. Ей было очень трудно, дыхания не хватало, ноги были тяжёлые, но она и не думала жаловаться и вешаться Братиславу на шею. Упрямо бежала и бежала.
Братиславу казалось, что они промчались уже много вёрст, но хлеб утверждал, что ещё даже полпути не пробежали.
– Вы устали, вам надо подкрепиться, – заявил каравай. – Съешьте по кусочку!