Её щеки запылали.
- Конечно.
- Конечно, - вторил он ровным и любезным тоном.
Эвелина вдохнула. «Ты сошла с ума? Как ты можешь даже думать о том, чтобы выйти за него замуж? Делить с ним постель?» Заставив шепчущий внутренний голос замолчать, она спросила себя, как она не может об этом думать. Как она может отказаться от этого ради Николаса? Он предложил её сыну будущее. Не говоря уже о том, что наступит конец их бедственному положению. Не придется больше беспокоиться об истощающихся в кладовой запасах. Она совершит сделку с дьяволом за такую защищенность.
Скрестив руки на груди, она подняла подбородок.
- Очень хорошо. Я согласна.
Некоторое время он оценивающе на неё смотрел, затем кивнул.
- Мы уезжаем завтра.
Её руки упали.
- Завтра? - она указала на его тело, лежащее в её кровати. - Вы не в том состоянии, чтобы путешествовать.
- На лошади нет, но нам будет достаточно удобно в экипаже.
- Я не смогу подготовиться к завтрашнему дню.
Потребуется больше одного дня, чтобы объяснить происходящее всем домочадцам и передать им все дела.
Он нахмурился.
- Тогда послезавтра мы отправимся в Шотландию.
- В Шотландию?
Эвелина потрясла головой. Всё происходило слишком скоро, становилось реальностью слишком быстро. Она сжала руки ещё сильнее.
- Вы знаете более быстрый способ пожениться без специальной лицензии? - он внезапно усмехнулся, обнажив белые и блестящие зубы.
Она моргнула.
- Почему вы выглядите таким довольным?
- В один день я смог и исправить дело чести от имени моего кузена, и уладить утомительное дело по поиску невесты.
- О! - абсолютно разочарованная, Эви направилась к выходу.
Конечно, он не стал бы улыбаться потому, что женится на ней. Это было бы нелепо. Сколько мужчин радовалось бы при вступлении в брак с настоящей незнакомкой? Он ничего не знал о ней, а то, что он о ней знал, было не о ней, а о Линни.
Их брак был для него вопросом чести. Холодным расчетом. И ничем больше. Она сделает всё, чтобы помнить об этом. Через несколько месяцев они оставят этот фарс позади и продолжат каждый свою жизнь.
Глава 9
Улыбка на губах Спенсера увяла, как только дверь захлопнулась за миссис Кросс, будущей леди Винтерс. Он содрогнулся, вспоминая, что не упомянул этого факта. Это было сделано ненамеренно. Он и сам едва об этом помнил. Формальное обращение звучало странно и чуждо для него. Лишний ненавистный титул, который принадлежал сначала его отцу и братьям. Он никогда не предназначался для Спенсера. Факт, о котором ему не забывали напоминать каждый день. И всё же надо было сказать. Не то, чтобы он считал, что Эвелина будет против. Какая женщина откажется от титула перед своим именем?
Спенсер тряхнул головой. Неужели он на самом деле сделал предложение драгоценной Линни Йена? И более того, неужели он поставил перед ней условие о наследнике, которого необходимо зачать как можно быстрее?
Он хрипло рассмеялся. Он мог говорить, что им движет долг, но будьте уверены, что сам-то страстно желал сорвать с миссис Кросс убогие одежды и неспеша познавать её… для самого себя открыть всё её скрытое очарование. Желание зарыться в её мягкость не имело ничего общего с необходимостью в наследнике, а было связано лишь с желанием обладать ею.
Он осторожно переместил свой вес на кровати, помня о пульсирующем плече. Испытывать вожделение к женщине Йена никоим образом не могло служить почтением его памяти. И всё-таки он, кажется, не может остановить свои распутные мысли.
Его вина несколько смягчалась при мысли, что он сможет обеспечить сына Йена. Причина, которой уже достаточно, чтобы взять Эвелину в жены. И знакомство Линни с его мачехой, что положит конец её матримониальным интригам, имело определенную привлекательность. Без сомнения, Адара тоже приложила руку к этим интригам. Она будет пристально рассматривать ту, что заняла её место в качестве леди Винтерс.
Пять лет назад Спенсер был раздавлен, когда Каллен объявил о своей помолвке с Адарой на ежегодном семейном рождественском балу. Особенно учитывая тот факт, что за день до этого девчонка согласилась убежать с ним. После отъезда из Англии он никогда не задумывался о возвращении. Никогда не задумывался о встрече со своими братьями-выродками, бессердечной мачехой или вероломной Адарой снова.
Без малейшего предупреждения дверь широко распахнулась.
Тетка миссис Кросс прошествовала в комнату, два ярких пятна украшали её тонкую, как пергаментная бумага, кожу лица.
- Что вы замышляете? - потребовала она ответа.
- В данный момент? - он выгнул бровь и шутливо ответил. - Оправиться от стрелы, которую вы выстрелили мне в спину.
Она фыркнула.
- Но вы же живы, не так ли? - она ткнула в него изогнутым морщинистым пальцем. - Итак, Эви говорит, что вы хотите жениться на ней.
- Так и есть.
Её влажные голубые глаза сузились.
- С чего бы это вам хотеть этого? Вы же знаете, что её репутация загублена, - она изобразила в воздухе удар. - Она сказала мне, что вам всё известно. И позвольте сказать вам, что известно мне. Мне известно, что ни один мужчина не захочет объедки другого мужчины.
Прелестно.
- По всей видимости, я хочу.
С презрительным фырканьем она скрестила тонкие руки на худой груди.
- Я не доверяю вам.
- Отец мальчика был моим родственником.
Она качалась на каблуках.
- А, так это честь вами движет, значит?
- Ваша внучатая племянница согласилась выйти за меня. Она доверяет мне. Всё остальное не имеет значения. Даже ваше одобрение, - он наклонил голову. - Хоть и желательно, но необязательно.
Её тонкие седые брови высоко взлетели, практически достигнув линии волос.
- Да уж. И разве вы не высокомерны после этого? - изогнув палец, она указала на него. - Учтите, я буду следить за вами, - она пристально разглядывала его лицо. - Привлекательная мордашка и красивые глазки меня не обманут. Обидишь её и в следующий раз моя стрела, возможно, найдет дорогу к твоему сердцу.
До того, как Спенсер успел ответить на эту зловещую угрозу, она, не дав ему сказать ни слова, решительно умчалась из комнаты, чуть не сбив по дороге довольно крепкую миссис Мэрдок, когда та заходила.
- Думаю, - шутливо сказал он экономке, глаза которой от удивления широко раскрылись, - что если бы она оказалась на передовой, война закончилась бы гораздо раньше.
Миссис Мэрдок тихо засмеялась.
- Это точно, сэр.
Она поставила поднос на столик у кровати. Струйки пара поднимались над чашкой густого супа. Отойдя назад, она прочистила горло.
- Она волнуется за нашу девочку. Как и все мы. Никто из нас не хочет, чтобы она совершила ошибку. А это та разновидность ошибки, за которую женщина может расплачиваться всю жизнь.
Он сурово кивнул.
- Верно. Но справедливо и то, что мужчина также может страдать.
- Не стану отрицать, но при всем уважении, когда брак дает трещину, у женщины остается гораздо меньше выбора, - она пожала одним округлым плечом. - Мир принадлежит мужчинам. Я видела многих женщин, раздавленных… - она помедлила, осматривая его фигуру, растянувшуюся на кровати её госпожи, - неудовольствием мужа.
- Я не причиню ей боли, - пообещал он. - У меня слишком много уважения к памяти кузена, чтобы сделать такую вещь.
- А что если это уважение будет потеряно? - прервала она, сдвинув от беспокойства брови. - Что если вы узнаете, что она не… - она замолчала, отведя взгляд в сторону.
- Что она не…? - подсказал Спенсер.
Она подняла на него глаза, в которых светилась решительность.
- Что если окажется, что она не та женщина, на которой, как вы думали, женитесь?
Как он может разочароваться? Мог ли он даже требовать узнать её? Он знал только, что она была Линни Йена. Матерью ребенка Йена. И больше ничего. Ему и не надо было знать что-то ещё. Этого достаточно.