Древнейшее в Скандинавии изображение Иисуса Христа. Х век. Рунический камень из Еллинга (раскрашенная версия).
Национальный музей Дании
Потом в Дании в течение нескольких лет свирепствовал неурожай, и это было воспринято как Божья кара за убийство в церкви. Затем появились слухи о чудесах на его могиле. Все это способствовало канонизации Кнуда IV в 1101 году.
Первую неудачную попытку крестить норвежцев предпринял Хакон I Добрый, но он умер в 961 году, погибнув от смертельной раны в битве у Фитьяра. Так что первым королем в Норвегии, принявшим крещение, стал Олаф Трюггвасон — в 998 году. В том же году он отправил священника по имени Тангбранд в Исландию, чтобы распространить христианство, но от него оказалось мало пользы: он крестил всего несколько островитян и совершил убийство, после чего быстро вернулся обратно.
Прибытие Олафа Трюггвасона в Норвегию.
Худ. Петер Николаи Арбо (1860)
Олаф Трюггвасон ревностно насаждал христианство. Он крестил норвежские провинции Вик, Агдир и Рогаланд. От него крещение принял первооткрыватель Америки Лейф Эриксон, а тот привез из Норвегии епископа в Гренландию и крестил ее.
В 1000 году Олаф Трюггвасон крестил весь свой народ, а через год крестились исландцы. Между исландцами-язычниками и исландцами-христианами дела доходили до вооруженных стычек, в частности, на тинге (народном собрании) в 1001 году между ними произошел бой, после этого старейшины узаконили христианство как вторую религию, а чуть позже язычество запретили вовсе.
Король Олаф сокрушает языческих идолов
В Швеции первым крестился Олаф Шётконунг, сын Эрика VI Победоносного, но сам народ долгое время еще оставался языческим.
Отметим, что в скандинавских странах (кроме Дании) христианизация шла медленно. Здесь ни одному конунгу не могла и прийти в голову мысль крестить массы язычников, загоняя их в реку «аки стадо», а если бы такая мысль и пришла, осуществить ее не было возможности: масса, по обычаю вооруженных свободных общинников-крестьян (бондов), была включена в языческий культ, тесно связанный с сельскохозяйственным циклом.
Однако на рубеже тысячелетий утверждение христианства было предопределено и в Скандинавии, и на Северной Руси. В последней языческим центром власти и торговли, престольным градом являлся Новгород.
Место крещения Олафа Шётконунга возле церкви в Хусаби (провинция Вестергётланд, Швеция)
При внедрении христианства королям приходилось бороться со старой знатью, которая стояла за язычество, а христианство нужно было королям для централизации государства и обоснования своей верховной власти. Дело в том, что в христианстве утверждалось, что вся власть идет от Бога, власть короля священна и не нужно ей противиться. В этом плане христианство являлось религией зарождающегося государства, знаменующей важный этап человеческой цивилизации.
Наиболее решительно вел христианизацию в своей стране Олаф II Святой. Норвежские короли Олаф Трюггвасон и Олаф Святой действовали порой даже жестоко. Они боролись с недовольными бондами, отбирали у них земли, уничтожали древние капища и храмы. У Олафа Святого возник даже языческий мятеж в 1029 году, и он был вынужден бежать в Новгород со своим сыном Магнусом, родившимся в 1024 году.
Ярослав Мудрый и Ирина (шведская принцесса Ингигерда, дочь первого христианского короля Швеции Олафа Шётконунга) радушно приняли короля. Они отговорили его от скорого возвращения с горсткой сторонников в Норвегию. Олаф с интересом знакомился с Новгородом — с тем самым Хольмгардом, о котором он слышал от путешественников, торговцев, воинов и скальдов.
Несмотря на радушный прием, Олаф испытывал тоску по родине. С течением времени он решил сложить с себя достоинство монарха, уехать в паломничество и закончить жизнь в Святой Земле. Но он был вразумлен посланным во сне видением: венец христианского монарха снимается только вместе с головой, а потому король должен вернуться и сразиться с язычниками. Если он не одержит военной победы, но падет под знаменем креста, то станет «вечным конунгом Норвегии», святым покровителем родины.
Сомнения отпали. Король и его люди, пробыв на Руси год (1029–1030), собрались в путь. Ярослав и Ирина снабдили их всем необходимым. Было решено оставить Магнуса на Руси до установления мира и порядка в Норвегии. На попечении княгини мальчик был в безопасности.