— Нет, спасибо. Я хочу домой, дома хозяйство, деревенских надо лечить… — Дий чувствовал, что он в шаге от свободы, но как правильно ответить — не знал.
— Ой, пацан. 20 золотых! Соглашайся. — Майор снова плеснул в стакан.
— Простите… — Промямлил Дий. Нет, на войну он не хотел, но 20 золотых в месяц!? Он столько зарабатывает за два года!
— Двадцать пять. Это моё последнее слово. И короля Флумара. Подумай, парень. — Майор откинулся на спинку стула, сложив руки на своём необъятном пузе. — Ещё медали, учти. Король тебя наградит. И пансион после конца срока службы — золотой в месяц. Каждый год плюс два серебряных к золотому. Ты будешь обеспечен на всю жизнь, сможешь свою деревню купить с потрохами! Подумай.
У Дия затряслись руки. С одной стороны — такое богатство. А с другой — война, кровь, смерть. И кошки с козой умрут от голода и тоски…
— Простите, мастер майор… Я не могу. — Ответил он, мысленно разгоняя горы золота, еды и падших женщин.
— Что ж. Хорошо. Я предлагал. Давай, Ревид, алкаш ты старый, бланк по номеру два.
Оба засуетились, подготавливая какие-то бумаги. Если маг действительно забегал, подготавливая что-то, то майор просто переставлял стакан с вином с места на место. Имитируя бурную деятельность.
— Подпиши тут. — Шваб положил перед собой пару листов бумаги, скрепленных между собой в уголке, и ткнул пальцем в нужное место.
Бумаги искрили от магии так, что Дию было сложно прочитать сам текст.
— Это из-за печати короля. — Увидев его замешательство, сказал Ревид. — Подписывай. Это отказ от службы.
Травник пригляделся, и в самом деле увидел слова: «не желая проходить службу в регулярных войсках, я…». Терзаясь душевно, и понимая, что плата весьма высока, Дий взял в руки перо.
— Ты грамоте-то обучен? — Почему-то взволнованно спросил майор. — Если нет — ставь крестик!
— Обучен. — Вздохнул травник и поставил подпись. Не каждый день людям приходится отказываться от богатства, пусть и добытого трудом. Судьба не любит давать такие шансы дважды… Майор хлопнул в ладоши и неаккуратно приложился к кружке с вином, так, что потекло по лицу, и закапало, пятная камзол.
— А?! Что, Ревид, какой это у нас дурак? Восемнадцатый?
— Да, восемнадцатый. — Ухмыльнулся маг. — Работает схема!
Они захохотали, а майор тем временем утянул подписанные бумаги подальше от Дия.
— Поздравляю со вступлением в армию, солдат! — Сказал он. — Король Флумар не забудет твоей самоотверженности. Да и жалованье пол золотого в месяц, согласись, неплохо, да? Магию ты, может, и видишь, но в этот раз тебе это не помогло, верно? Ревид… Тост! За восемнадцатого!
Дий растерянно улыбался, переводя взгляд с одного на другого. В глубине души он уже понимал, что попал в задницу, но верить в это ещё не хотел. Глядя на его растерянное лицо, майор пояснил:
— Немножко магии иллюзии, и вот ты подписал контракт добровольца. Надо же нам как-то новые отряды формировать?
Глядя майору в глаза и улыбаясь, травник выдал всё, что о нём думает, припомнив самые ёмкие слова со времён своего беспризорничества. Тот внимательно выслушал, вздёрнув брови и кивая головой.
— Неплохо-неплохо! Ну, думаю, ты научишься ещё лучше. Эй, караульный! — Крикнул он. В помещение заглянул один из скучавших снаружи солдат. — Новобранцу пять плетей за неуважение к офицеру. Потом отвести его в казарму, где формируется рота капитана Пелля Иста.
— Это Лесника, чтоль? — Уточнил солдат. Майор поморщился, услышав это прозвище, но кивнул. — Его. Исполняй. Лейтенант, ты свободен.
Дий, сжав кулаки, повернулся к двери. Ему хотелось рвать, метать, орать. Но природное благоразумие удерживало его, он понимал, что попался как рыбка в сети и уже ничего не изменишь. Разве что можно заработать ещё плетей. Он мельком глянул на Рона. Тот смотрел виновато и пожал плечами: мол, не знал, что так выйдет.
— До вечера, Рон! — Радостно крикнул Ревид.
Снаружи солдат ухмыльнулся и сказал Дию:
— Да, братец, неудачно у тебя служба начинается. Но ты ещё ничего, некоторые до тебя на Шваба с кулаками бросались, так им по двадцать пять плетей досталось. Ладно, пошли к капралу Отану. Он у нас за плети и прочие наказания отвечает. Мастер! Другого слова не скажешь! Кнутом может свиную тушу разделать, всё мясо с косточек отделить!
Слова солдата Дия совсем не приободрили. В душе у него образовалась какая-то пустота обречённого. Примерно то же он чувствовал, когда Каор забирал его из банды в Авене. Он был уверен, что колдун его убьёт и приготовит какое-нибудь страшное зелье, сварив котле его труп. Злость ушла, как разлив в весеннее половодье, ставшего родным, и сейчас таким далёким, Глоена. Когда река уходила с лугов, она оставляла после себя грязную пену и мусор. То же осталось от всех обуревавших чувств и у парня. Грязь и пустота. Солдат, ведущий его, изредка тыкал его в спину кулаком и говорил, куда сворачивать. Уж он-то чувствовал себя хорошо — зубоскалил с проходящими мимо солдатами, смеялся. Дий с безразличием смотрел вперёд. Какая разница, что там вокруг, если всё кончено? Эмоции начали появляться, лишь когда он увидел площадку, с рядом крепких деревянных рам, снабжённых ремнями для рук и ног. И примерно половина из них была не пуста. От вида тех несчастных, которые были там привязаны, у травника зашевелились волосы и появился страх. Голые до пояса, люди были привязаны ремнями к этим рамам, некоторые висели безвольно, потеряв сознание. Но главное — у каждого из них на спине были страшные длинные раны. Если бы не холод, они бы точно были облеплены гнусом и мухами. И тут на Дия накатил страх. Ему вовсе не хотелось оказаться одним из них. Мозг лихорадочно заработал, выискивая пути спасения, а вот ноги встали. За это меж лопаток прилетел чувствительный удар и окрик: